Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

О дне согласия и примирения

Аватар пользователя Григорий Александрович

То, что и народу и государству желательно иметь в качестве государственного праздника некий день, символизирующий единство и согласие, сомнения не вызывает. Тем более такой день желателен для страны, переживший (или почти переживший) период смуты. В том или ином виде такой праздник существует во всех странах. В отличие от общемировых или общеконфессиональных праздников (новый год, рождество, пасха), главные национальные праздники несут некую особую для данного народа идею, призваны донести до нового поколения память особо знаменательного события, сыгравшего ключевую роль в становлении нации. Идея национального единства присутствует во всех подобных праздниках. И всё же реальное смысловое её наполнение существенно различается. В США два главных государственных праздника: День благодарения (последний четверг ноября) и День независимости (4 июля). В них идеи и единства и согласия воплощены в полной мере. Во Франции главным государственным праздником является День взятия Бастилии (14 июля), т.е. по существу день начала Великой Французской революции. Это всё же больше день величия, день становления нации, день торжества неких идей; с единством и согласием тут гораздо сложнее. Наверное правильнее говорить, что речь идёт об единстве и согласии в отношении некоторых идей и лозунгов (свобода, равенство, братство), но не в отношении оценки реального опыта их воплощения.Каково же смысловое наполнение нашего главного государственного праздника?Краткий вариант официальной версии выглядит примерно следующим образом. На Руси была смута. Ею воспользовались поляки, чтобы навязать нам свои порядки и свою веру. Возмущённый народ под предводительством Минина и Пожарского изгнал поляков из Москвы, после чего Земской собор торжественно избрал нового царя. Таким образом Россия отстояла свою независимость, свою самобытность, явила пример единства и согласия. Одно из основных событий по этой версии пришлось на 4 ноября (хотя сначала речь шла о 7 ноября); эту дату и определили в качестве государственного праздника.  Есть ли в нашей истории иные поводы для праздника такого рода, т.е. для праздника, олицетворяющего не просто какие-то значимые победы, а именно народное единение. Есть, хотя и немного. День Победы – 9 мая, раз. День космонавтики – 12 апреля, два. Ещё какая-либо дата, связанная с русским языком, возможно важнейшим фактором, объединяющим сейчас Россию. Вот вроде и всё. Есть, конечно, и другие памятные даты, но они не вполне годятся в качестве главного государственного праздника для многонациональной и многоконфессионной страны, пусть и с явным преобладанием православных русских. Впрочем, по аналогии с Францией у нас есть и день начала Великой Октябрьской революции 7 ноября. Праздник этот конечно восстановят, причём не позже 2017 года, хотя возможно его следовало бы сделать не столько государственным, сколько международным: в конце концов, от нашей революции остальной мир выиграл гораздо больше, чем Россия, а проиграл, так уж точно меньше («выбрали страну, которую не жалко»). Впрочем, это отдельная больная тема, которую сейчас развивать не хотелось бы.И всё же, почему за основу взяты ноябрьские события в Москве?   Краткий вариант официальной версии мы уже приводили. Ну, а если дать расширенный анализ событий …Страна была ввергнута в смуту. Отчасти из-за объективных обстоятельств (неурожаи, голод), но в значительной мере из-за алчности и непатриотизма боярской верхушки, а ещё раньше из-за изуверских наклонностей  первого всероссийского легитимного государя – Ивана Грозного. В период его правления страна находилась на этапе сильнейшего пассионарного подъёма, и при этом, важнейшие достижения, такие, как покорение Сибири и отражение агрессии Крымского хана, осуществились не благодаря, а вопреки его деятельности. А такую миссию, как воспитание достойного наследника …, всем известно как выполнил наш Иван Васильевич. С того то всё и началось. Итак, благодаря действиям тогдашней российской «элиты» (согласно современной терминологии) страна была ввергнута в смуту, принёсшую огромные бедствия всему народу. После того, как ситуация стала выходить из под контроля отдельные кланы этой элиты стали искать выхода из ситуации. Ими в итоге был взят курс на привлечении внешних сил, оказавшихся на поверку не менее алчными, не говоря уже о том, что в языковом, культурном, конфессиональном отношении, они были чужды большинству российского народа. Данные обстоятельства привели к усилению сопротивления низов (и не только низов) общества. Ситуация стала выходить из под контроля в ещё большей степени, что уже грозило не только существованию страны, но и физическому существованию самой элиты[1]. Но и тогда элита не смогла предложить программы выхода из кризиса. Такие программы стали предлагать патриотические пассионарные группы, не входящие в элиту. Одной из таких групп стало народное ополчение под руководством выборного главы нижегородского посада  Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского. Вот тут семибанкирщина, виноват – семибоярщина, т.е. та самая элита в первый раз за полсотни лет повела себя действительно по-деловому. Во-первых, она смогла договориться между собой прекратить взаимную грызню и выдвинуть хотя бы номинального лидера – клан Романовых, кстати, главных союзников поляков. Во-вторых, благодаря своему изрядному политическому опыту семибоярщина сумела навязать обществу свой вариант консолидации: не самый плохой, но, уж конечно, далеко не самый лучший. Вариант предусматривал окончание смуты на основе избрания на царство представителя новой династии. Чем хорош был этот вариант? Тем, что всё же обеспечил окончание смуты. Чем плох? Да тем, что эта консолидация имела то же основание, что и сто и двести лет назад. Тогда в основе лежало стремление к окончательному освобождению от татаро-монгольского ига. Это стремление оправдывало создание абсолютистского государства, которое в тот период было для Руси шагом вперёд.  Однако в начале XVII века ситуация была принципиально иная: кратковременная польская угроза не шла ни в какое сравнение с трёхвековым игом. В новых условиях возврат к прежнему абсолютизму с точки зрения национальных интересов уже не был оправдан. В этом плане Россия сделала шаг назад, лет на сто. Вспомним, что к тому времени уже около четырёхсот лет, как в Англии была провозглашена Великая Хартия вольности, более трёхсот лет существовали парламенты в Англии, Франции, Голландии. Страны западной Европы уже создали к тому времени институты и культурно-исторические  памятники, позволившие обозначить тот вектор общественного развития, который был направлен в перспективе и на освобождение человека, на защиту его гражданских прав. В России окончание смуты не привело к таким последствиям: вектор абсолютизма у нас оказался направлен на усиление закрепощения крестьян, вплоть до его фактического рабства. Решающее участие в прекращении смуты со стороны народных масс (или «средних» слоёв), казалось бы, давало шанс на учёт их интересов при формировании новой государственной модели. Но этого не произошло. Что ж, это всё же история, покрытая пылью веков: что было, то было. Интересно, по-прежнему, другое: почему память именно об этом событии настолько дорога современной элите, что она решила именно в его ознаменование учредить главный государственный праздник. Наверное дело в прямой аналогии. В начале XVII века доведшая народ до ручки элита (семибоярщина) навязала народу консолидацию на своих условиях, вообще говоря, не отвечающих интересам страны. В конце ХХ — начале XXI века доведшая народ до ручки элита (семибанкирщина) …  

Григорий Ржешевский 



[1] Заметим попутно, что в отличие от наших дней, в те времена представители элиты не имели возможность оперативно вывезти с собой основные свои богатства (тогда их роль играли земли и пахари). Да и самим улизнуть было гораздо сложнее, чем сейчас. Кроме того, окрестные страны особым гостеприимством не отличались.