Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

Философский форум в Афинах октябрь 2010 года

ВСЕМИРНЫЙ ФИЛОСОФСКИЙ ФОРУМ
«Лучшие философские идеи на благо Человечества»
“Best philosophical ideas improve Humanity”

который состоится в Афинах – колыбели классической философии
4 — 8 октября 2010 года

http://philosophy.pu.ru/6313
http://wpf.unesco-tlee.org/rus/indexr.htm

Русский

Истинная сущность рынка

Суть рынка состоит отнюдь не в «процветании» постсоветского общества (оно исторически имело место лишь на родине «рыночной экономики», а не в стране торгашей и обманшиков, паразитизирующих на иностранном капитале), а, напротив, в индивидуализации человека, происходящей против общества, а потому разлагающей общества. Это есть уникальный исторический период развития сознания и самосознания человека как индивидуальности. Понятия же «процветание» у нас изобретают только представители могущественных классов, и только до тех пор, пока фортуна с ними и их деньги «самовозрастают» на основе нищеты миллионов людей. И тот факт, что здесь делают упор «на рыночной экономике», связан просто с функцией мировых денег, изменяющейся в процессе «модернизации» капитализма и в которой деньги выходят из производства и работают только в интересах могущественных людей, тем самым разлагая производство. И товарный мир впервые расстраивается в силу того факта, что деньги все больше сосредоточиваются не только в руках людей, но главным образом в непроизводственной сфере: торговля, вся сфера услуги, управления, образования и культуры и т. д, чтобы превратить их в деньги и тем уничтожить.

Просто перевернутое сознание этот процесс отображает в обратном порядке. Одним словом, общество, в сущности, работает на человека вообще, создает все условия для его развития, развивает весь мир применительно к человеку, создает и совершенствует высшую технологию, информационное пространство, разрушая все старые структуры общества. И вместе с тем «общество свободного потребления», таким образом, заходит в тупик из своего естественного, необходимого развития, увеличив именно названную сферу как сферу паразитическую. Подчинять все потреблению, ставшего самоцелью — значит завершить все и закрыть путь к жизни в полном смысле этого слова, стремясь сохранить лишь физическое сущестование человека. Понятие выживание здесь применяеся только в этом смысле, постольку, поскольку человек должен созхраниться, утратив необходимость своего общественного существования.

Тем самым наша эпоха порождает противоречия развития личности (война людей друг с другом, оправданная красивым словом конкуренция), из которого оно уже больше никогда не выйдет, не осознав ситуацию и не уничтожив названное общественное противоречие. И именно в силу того обстоятельства, что названное противоречие воспроизводится на основе денежных отношений, постсоветское пространство запутывается в противоречиях развития личности: здесь стремится к развитию каждый человек, и стремления миллионов людей сталкиваются, воюют. В мире же капитализма эти противоречия только назревают как самостоятельные человеческие противоречия на основе технического прогресса, вытесняющего все больше людей в названную сферу. А что здесь можно говорить, когда кризис свертывает производство и развивает нищету как всеобщего явления? Стало быть, капитализм, как и социализм, создает «армию» потребителей и нищих именно на основе технического прогресса, а постсоветское пространство – на основе «делания денег» на почве иностранного капитала.

Это – две ступени развития. Ведь надо же уметь делать деньги, раздав весь свой производственный потенциал людям и иностранцам, чтобы на этой почве развивались межчеловеческие противоречия. А на Западе все это создается на основе технического прогресса, а у нас на почве беспрерывного обнищания.

На предыдущем этапе истории капитализм обосновывался во всем мире, но он нес порабощение, слабые народы превращал в колонию, повсюду насаждал капиталистические порядки силой оружия и военным превосходством. Теперь колонизация отпала, и на новой основе развиваются процессы интеграции, объединения сил многих государств, консолидация национальностей, взаимопонимание между народами, в результате чего в целом отпадает необходимость глобальных войн, складывается возможность мирного урегулирования всех конфликтов объединенными усилиями наций. И главное состоит в том, что после распада противостояния двух мировых систем мир снова стал единым и неделимым. И противоречия развития общества коренным образом изменились и стали выражаться в единой субстанции.
Вопрос здесь состоит в том, чтобы выяснить сущность этого нового развития, установить его противоречия и движущие силы, осознать направление развития общества к будущему.
Если внимательно рассматривать современное состояние общественной теории, то в целом создается впечатление, будто реальное развитие общественной жизни и в самом деле могло сообразоваться с теорией, созданной когда-то кем-то, будто развитие социализма могло быть реализацией или воплощением основных идей марксизма. В действительности непреходящая истина самого марксизма состоит в том, что всякая теория в конечном итоге порождается и проверяется, подтверждается и опровергается только практикой, реальным развитием жизни. Другое дело, что Маркс мог предвосхитить общее направление развития капитализма, предугадать тенденцию будущих форм действительности, исходя, например, из реального понимания обстановки. Но это не теория будущих форм, а прогноз будущего, основанный на реальных тенденциях настоящего, который может и подтвердиться, но может и не подтвердиться. В этом случае мы мыслим просто на гегелевский манер, что якобы теория предшествует практике и что мысль создает реальную действительность. По Гегелю, изначально существует идеальная модель действительности. Она и осуществляется в реальном мире.

Любое преобразование исторически должно назреть и подготовится, и только после этого, когда обнаружилась потребность в этом преобразовании, оно и осознается как необходимость, осуществление которой неизбежна. Необходимость же развертывается не в зависимости от сознания людей, а объективно, и сознательное отношение людей может ускорить этот процесс, облегчить развитие, придав ему сознательный характер и т. д. И если необходимость развертывается в виде бизнеса как разрушительной силы, то это есть ее внешнее проявление, за которым скрыта ее сущность, противоположная ей. Ведь заблуждается не история, а люди, для которых не так-то просто осмысливать реальное общественное развитие в его историческом движении.

Поэтому мы не можем руководствоваться сознанием индивидов, их амбициями и т. д., а,  следовательно, довольствоваться видимостью. Бизнес в нашей стране во всех проявлениях есть не общественное сознание, а сознание индивидов. В бизнесе у нас общество разъединяется и индивидуализируется и приспосабливается к индивидуальному развитию. Поэтому Запад человека поместил в сферу торговли и обожествляет ее. Теперь и производство индивидуализируется, превращаясь в «мое дело». Американцы, в свое время возносившие крупные корпорации, концерны, картели и т. д., теперь, когда корпорации распадаются, возносят мелкое и среднее предпринимательство, критикуя малоподвижные и немобильные объединения, консервирующие безжизненные правила и подавляющие свободу личности. Не трудно сказать, что, умирая, люди будут возносить и смерть как единственного спасения. Но у Америки сегодня совсем другое положение, чем в период его бурного развития, характеризовавшегося индустриализмом, следовательно, экономической мощью. Та индустриализация, которая в советском обществе начиналась в тридцатых годах, себя исчерпала с распадом социализма, и теперь снова говорят об индустриализации, ориентируясь на Запад. И это в то время, что индустриализм иссяк уже на Западе. И Америка «рыночной» стало не случайно: она стало «потребительским обществом», возложившим производство на другие страны, зависимые от нее и работающие на ее деньги. И законы этого потребительского общества еще не установлены. Америка сама превращается в торговлю, а людей превратила в потребителей и тем привела к бесконечному увеличению названной сферы. А это в свою очередь, в той самой мере, в которой оно выросло на основе производства, в том числе и сельскохозяйственного, давит на последнего. Не так-то просто сегодня обеспечивать аграрному сектору двадцати миллионные города, точно так же, как не просто в достатке обеспечивать и «делающих деньги». Вся эта непроизводственная сфера сегодня непомерно выросла и душит первую. И отсюда вывод: эта сфера должна разложиться из собственного противоречия, противоречия, названного нами «противоречиями развития личности». А все это приведет к разложению всей системы в силу развития названного противоречия, то есть противоречия между обществом и человеком.

Мы познаем реальную действительность более или менее правильно, но познаем не всякую действительность, а развитую и развернувшую свои свойства и проявившую внутреннюю сущность. Ибо, как говорил Маркс, развитое тело легче изучать, чем неразвитое, и низшие формы правильно осмысливаются только с точки зрения более высших форм. Ведь феодальные общества мы правильно понимаем с точки зрения капиталистического способа производства. Точно так же, мы должны обнаружить противоречия, чтобы их осознать. И мы находимся на более высоком этапе не с точки зрения экономики, а исторической перспективы, устремленной к разрешению противоречия развития личности. И для того, чтобы понять это положение, необходимо осмыслить сущность нашей эпохи и то, что движет ею и к чему в силу этого устремлен исторический процесс. Ведь те преобразования, которые сегодня совершаются в мире, нам сами по себе ничего не говорят о том, куда идет наш мир, и всем остается только догадываться, к краху или к некоему чудному возрождению. Во всяком случае, оно не оставляет желать лучшего, и поэтому мы в гораздо большей степени склонны к пессимистическим выводам относительно будущего человеческого общества в силу того обстоятельства, что мы еще не знаем, как все произойдет дальше. Кризис – это просто обострение названных противоречий, которые были неожиданными именно потому, что мы всегда ожидаем другого исхода, но приходим к неожиданным последствиям именно вследствие не знания объективного положения вещей и что о них всегда имеем иллюзорные представления, которые раскрываются и преодолеваются лишь реальным ходом развития действительности.

Поэтому социалистическое движение не могло быть осмыслено в его истинном свете, пока оно не развилось и не проявило свою внутреннюю сущность. Лишь когда социализм развился и в силу своих внутренних противоречий распадался, могло быть установлено его историческое значение, а не раньше и тем более в начале. Поэтому социалистическая теория на всем протяжении развития социализма не могла быть не чем иным, как идеологическим отражением реального социалистического движения.

Но то же самое можно сказать и о теперешнем периоде истории. Пока «рыночное общество», возникшее как результат распада капитализма (развития и распада социализма), находилось в процессе становления, и речи быть не могло о том, чтобы исследовать его объективно, с точки зрения будущего. И это общество, еще не осознавшее себя и свои возможности, не нуждалось в философах и критически мыслящих людях, а только в оправдании и обосновании этого движения как необходимого. И это наиболее отчетливо отразилось именно в развитии постсоветского общества, которое и встало перед выбором: по какому пути пойти? Теперь, с момента преодоления противостояния между двумя системами — социализмом и капитализмом, обстановка коренным образом изменилась во всем мире, и это общество полностью раскрыло свою сущность и развернуло внутреннюю природу, тем более «рыночная экономика» втягивала в свою орбиту многие страны. Стало быть, уже накоплен материал для выводов и установления его исторического назначения с точки зрения развития будущего. Ведь если исходить из мнения отдельных людей, то ничего не стоит и рыночное общество объявить «роковой ошибкой истории». Такой взгляд на историю никогда не исключался. Разве сегодня мы не прислушиваемся к мнению тех, кто предрекает конец человеческому существованию, приводя для этого доводы из самых различных областей жизни, включая и демографическую проблему. И в то же время, совершенно не понимая, в силу каких причин в мире происходят глобальные изменения, действительно угрожающие человеческому существованию и которые именно в силу этого настоятельно требуют изменения самих людей, их стереотипов понимания и образа жизни.  Поэтому объективное понимание общественного развития всегда есть проблема, которая возникала на каждом этапе и каждой эпохой решается по-своему.

 

Настоящее без прошлого и будущего.


Настоящее без прошлого и будущего – это точное определение состояния, переживаемого нами в настоящий период. А это все что угодно, но только не многогранная реальная жизнь, бьющая через край. Это просто гаснущее состояние, обреченное на гибель, поскольку исчезают все социальные стимулы и атрибуты, двигающие этим обществом, умирают побудительные силы и стремления. Их превращеие в страсти людей и в индивидуальные стреления — это уникальный случай в истории, еще не раскрытый. И у нас все так и происходило с распада социализма и происходит по сей день. И общество, стремительно разрушавшееся, сворачивалось. И это неопровержимо доказывается всеми реалиями нашей жизни, обреченными на беспорядок. Даже если идти от точки зрения индивида, то не трудно понять, насколько жизнь человека лишена смысла, если он сосредоточен только на выживании или на обогащении и если он, привязанный к деньгам, при этом не имеет ни прошлого и ни будущего, и перед его глазами нет ничего, кроме его зыбкого и шаткого собственного блага. У него нет ничего, кроме желания просто существовать и потреблять, и его жизнь лишилась изначального творческого характера, заложенного в человеке его историческим существованием. И экзистенциализм это отразил хорошо, положив в основу всего мира «существование человека как индивида», смысл чего так же не раскрыт. И в отчуждении, в котором люди бегут от современного общества, подавлены все их эгоистические стремления его же стремлениями к чисто внешнему выражению жизни. И умирает именно человек со своим эгоизмом — чеовек капиталистического типа.


Гибель старого мира деформирует и сознание общества, которое негативизирует мироощущение и мировосприятие  человека. Кризис психологически отражается как крушение идеалов и целей и утрата веры и оптимизма и вызывает негативное отношение к миру. И он при слепом движении может повлечь массовую гибель людей. Сегодня одна только безработица и утрата постоянного характера деятельности в процессе превращения общественного труда в индивидуальный переворачивает мир людей в развитых капиталистических странах, для которых глобальный кризис явился неожиданно как ангел смерти. И это уже само по себе показало, что с собой представляет ориентация только на потребление.


Историческое развитие человеческого общества есть не только его экономическое развитие, которое находит свое завершение в «изобилии и свободном потреблении», но главным образом развитие самого человека как объективной цели истории. Развитие способностей человека, его ума, интеллекта, мышления, разума и т. д. — это одно, к тому же общеизвестное, а развитие связей и взаимоотношений между людьми, предполагающих этого развития, — это другое. Именно в этом история находит свой результат и осуществляет себя через них, а не вещи. И чем выше ум и интеллект человека, чем выше культура общения между людьми, тем выше и развитие общества. Та форма развития жизни, которая происходила через подавление индивидов, исторически уже себя изжила, исчерпав все свои возможности с развитием технического общества. И теперешнее опора на потребление лишь свидетельствует, что необходимо переоценить критерии и оценки, сложившиеся до этого. Теперь, наоборот, общество должно перейти на новый уровень развития, историческим движением  уже подготовленного – развитие не через подавление человека, а через его развитие. И мы объективно находимся именно на этом историческом повороте, в котором человек освобождается и, вместе с тем, в котором он запутался, привязанный именно к деньгам, — деньги, освобождающие человека, вместе с тем его и запутывают, порабощают. И он должен освободиться и от этих пут, чтобы утвердить себя как личности. В этом смысле и тайна денег нам как раз и неясна. И поскольку этот переход есть необходимость, бессознательно владеющая нашим обществом, но поскольку общество еще находится на старой позиции и требует от людей «рыночного осуществления», то отсюда и возникает конфликт между человеком и обществом.


Но человек и общество – разные уровни, противостоящие друг другу в рамках денег. Социальное и индивидуальное, личность и общество не гармонируют. И если в этом противостоянии исторический процесс направлен на развитие человека и бессознательно осуществляет его, то именно в своей стихийности оно обречено, несмотря на высокий уровень умственного развития человека. Ибо общий умственный и интеллектуальный уровень еще не является достоянием людей, характеризующий индивидов,  их отношения к миру и самому себе. Развитие общества в рамках отчуждения предполагает богатства как такового,  стоящего над людьми, которое на индивидуальном уровне сегодня характеризуется просто как «обогащение каждого». А это вещное развитие, которое просто становится массовым, всеобщим и в этом виде складывается как необходимость.


В понятии «общество», в этом смысле, выражены отношения и связи, складывающиеся между людьми с точки зрения вещи и так или иначе объединяющие их. Это сумма социальных, экономических, культурных, моральных и т. д. отношений, существующие объективно и независимо от индивидов, которые людей подчиняют себе, стоят над ними в виде правил, принципов, норм, традиций. Они усваиваются людьми и функционируют в виде институтов, стандартов поведения, их отношения друг к другу. Определенное устройство общества, организация его структур, системы связей и отношений, — все это уже не соответствует стремлению каждого «жить хорошо», «богато», человечно, что от ныне стало необходимостью, но что еще не осмыслено. Поэтому они и разрушаются. В современных развитых странах, например, основная часть богатства принадлежит 10-12 % населения, хотя при современной технологии богато мог бы жить каждый человек. Но система распределения сводит на нет все достижения технического прогресса, подчиняя его интересам отдельных людей – владельцам денег. Питер Рассел, оценивая США, пишет так: «Вся наша цивилизация нежизнеспособна. Сегодня лишь десять процентов населения мира принадлежат к обеспеченному классу. Однако эти десять процентов потребляют более трех четвертей всех ресурсов планеты. Невозможно обеспечить подобный стиль жизни всему человеческому роду. Все больше людей здесь, на Западе, начинают признавать, что такой подход несостоятелен» (Революция сознания).
 Отсюда эта система в первую очередь разрушается слепыми стремлениями индивидов к их собственному благу. В этом слепом процессе и происходят беспрерывные изменения, в которых эта организация общества, прежде приспособленная к производству вещей и подчиненная созданию богатства как такового, медленно рушится, стихийно приспосабливаясь к этим всеобщим стремлениям. И кто же может доказать, что не эти стремления лежат в основе кризиса? Если сосредоточить внимание на механизмах «разорения богатых людей», то мы увидим определенно, что само объективное движение развития общества направлено на разрушение этого положения. И итогом этого стихийного движения оказывается как увеличение нищеты, так и уменьшение числа миллиардеров и миллионеров. И здесь объективно мы имеем дело с определенным направлением и реальными изменениями, происходящими в обществе не зависимо от сознания и воли людей. Этот процесс можно только осознать.
И эти изменения являются не просто изменениями, а превращением, в котором одно устройство должно превращаться в другое, но на уровне нашего сознания осознается так, что каждый должен стать богатым, разносторонне развитым человеком, личностью. При этом основа нашей жизни не принимается в счет, а только сознание людей.
 И отсюда создается впечатление, что жизнь может улучаться и люди могут быть богатыми и при сохранении собственнического отношения человека к человеку. На основе же этого отношения, сегодня просто облаченного в деньги, в реальном развитии жизни все у нас происходит наоборот. И жизнь давит на людей и постоянно их разоряет, вместо того чтобы обогащать всех. А если учесть, что это миллионы людей, стремящиеся к своему собственному благу и для которых общественное благо — это фикция, то в неорганизованном виде и в своей стихийности эта тенденция разрушительна. Именно в этом смысле общество может развиваться только на сознательной основе, и это становится первейшим законом, непреходящей истиной нашего времени.

Социализм как стык между прошлым и будущим

Для частно-собственнической психологии, вдруг лишившейся реальной социальной почвы, социалистическая революция была полной катастофой. Индивидуалист впервые подвергся ограничению и осуждался морально и идеологически. Но сегодня, когда отношения собственности индивидуализированы и капиталистического производства как такового уже нет, бессмысленно говорить об этом. И, какие-бы последствия они не имели в прошлом, они нас уже не интересуют, так как истина содержится не в них. Каждое поколение людей живет своей жизнью и вырабатывает свои правила и принципы как развитие прошлого и преемственное продолжение жизни на земле, идущее от поколения к поколению. И прогресс состоит в том, что мы уже живем в другой эпохе, полностю подвергшей отрицанию представления предыдущих поколений. В этом смысле социализм — прошлое, и как таковое, и со всеми тсвоими порядками, он уже никогда не вернется. История не поворачивает назад. А люди субъективно могут думать, мечтать о чем-угодно и стремиться к чему угодно. И все это остаеся субъективным.

Речь с самого начала шла о роковой ошибке истории, о непреодолимости стремления человека к обладанию и потреблению. Даже до сих пор говорят о неискоренимости пороков человека, присущих якобы его природе. Ошибаться могут только люди, даже самые великие, ошибаться могли и классики марксизма, а история, простите, как раз не ошибается, а протекает объективно, независимо ни от Ленина и ни от кого бы то ни было, и наша задача состоит в том, чтобы осмысливать весь общественный процесс развития как закономерное движение, а не сваливать все на великих личностей, злых и добрых правителей и на неискоренимые пороки. Если социалистическая теория со временем разошлась с реальным развитием общества, то это доказывает ошибочность и ложность этой теории, а не бессмысленность реального социалистического развития. Социалистическое развитие не изобреталось. И человечество может вернуться к нему только под новым углом зрения, устранив собственнические отношения между людей, а следовательно, и потребительского отношения, являющегося продуктом стомости и потребительной стомости.

Сегодня стоимости практически нет, а потребительское отношение, воспитанное веками капитализмом, сохраняется и убивает людей медленно (какоие масштабы приняло в России и других странах ожирение, диабет, инсульты и инфаркты как следсвие неправильного питания, стресса). Что не эта экономическая категория характеризует людей и их отношения друг другу, это уже обнажилась в денежных отношениях, приняв бессмысленный характер во всех проявлениях жизни. B Историю социализм вошел первой фазой коммунизма и таковой и останется и, отбросив ошибочные мнения, люди новую организацию начнуть снова с него и тем от первой фазы реально будут переходить, на этот раз сознателно, с точки зрения человека, ко второй фазе как к человеческому обществу, обществу всесоронне развитых индивидов. При социализме даже представления не имели, что с собой представляли потребители и производители и каким человек формиовался в этих общественных отношениях. Люди, которые трудились, чтобы потреблять, и потребляли, чтобы трудиться, — это уже само по себе было замкнутым кругом, в котором люди не могли находить своего счастья, отождествленные с вещами и чисто вещными отношениями. И такой потребительски или производственный коллекивизм коммунизм вовсе не характеризует. И если теперь общество вернется к социализму, то только для того, чтобы создавать человеческое общество на основе соцалистических коллективов. Другого пути история еще не придумала и не придумает никогда. И в жизнь воплощаются не фантазии собственников, разрушивших социализм ради своих амбиций, а стремления миллионов людей просто жить по-человечески. И сознания это они обретут. Осуществляется именно историческая необходимость, а люди смотрят на амбиции и стремления отдельных людей. Этого социализм сделать не мог с людьми, выходившими из классового общества, с людьми с собственническим сознанием. И надо было разложить эти отношения и этого сознания), чтобы люди остались самим собой, чтобы они потом решили свои человеческие проблемы сами, самостоятельно разъединившись и оставшись одинокими. А потом и объединившись. И История все подвела к этому.

Дело в том, что в социалистической теории реальное развитие социализма попросту отождествлялось с коммунистическим движением, которое будто бы и должно было уничтожить капитализм и в дальнейшем перерасти в полный коммунизм, а реальное развитие общества опровергло это чисто внешнее понимание, тем самым, перевернув и наши представления о социализме. И этот чисто внешний взгляд и исчез, но чтобы породить внутреннй, человеческий взгяд на нашу жизнь. Стало быть, мы разочаровались не в коммунизме, которого никогда не было и быть не могло, а в социализме, отождествленного с коммунизмом и который должен был разрушиться, чтобы освободить людей и предоставить их себе. Денежное рабство есть, например, не настоящее рабсво, из которого люди могут выходить, совершив переворот, а самый настоящий обман, подлежащий раскрытию. И не более. В действительности же, социализм не мог быть коммунизмом ни в каком отношении, а был, как на это указывал К. Маркс, «политическим переходным периодом, лежащим между капиталистическим и коммунистическим обществами, в котором первое превращается во второе». И этого преврашения история не отменяет, а только отбрасывает ошибочные мнения и амбициий, опустив людей на дно. И государство здесь подавляло и разлагало собственнические отношения как продукта капиталистического развития. Причем это отношение должно было разложиться на уровне индивидуального отношения, обнажившись после устранения товарных отношений. А разложения этого отношения естественно отражается как деградация человека, который уже становится разрушителем и все меньше приспосабливается к современной форме жизни. Тем самым он уже сам бессознательно бежит от этого мира, пытается скрыться в деньгах, которые как раз его уводят от действительности, все более отчуждая людей друг от друга и общества. Практика показывает, что деньгами можно превращать людей в рабов и тем свернуть всю жизнь, и рассматривать это законным. Но этими же деньгами можно превращать людей и в людей и дать им человеческого сознания, которого не могло дать советское общество, обремененое своими противоречиями. Но если этот политический переходный период, лежащий между капитализмом и коммунизмом, в теории социализма был приписан самому социализму, то в этом нет вины К. Маркса. А социализм при более точном определении ничего другого и не означает, а потому он является именно социализмом, а не коммунизмом. Для рождения коммунизма нужно рождение нового человека, а не сказочное богатство. Это значит, что социализм мы должны понимать как историческую силу, призванную разложить капитализм и создавать условия для перехода человечества к высшей фазе коммунизма, только освободив человека и сложив его дух в самом настоящем выживании. И он должен был разрушиться как умирающий капитализм, и возродиться как становящееся будущее человеческое общество. Именно таким образом в истории социализм выступает стыком между настоящим и будущим. А то, что социализм является первой фазой коммунизма, означает, что социализм как специфическая политическая организация деформирует капитализм и разлагает его и в итоге с необходимостью порождает элементы будущего и с их развитием сам отрицается как умирающий капитализм, с чем, в сущности, и связано болезненность его развития. И само собой разумеется, умирающее капиталистическое общество и люди как продукты этого общества не могли любить социализм как государственную империю, возникшую как неодолимая преграда на пути развития капиталистической системы. Ведь «муки родов» нового общества не бывают блаженными, и социализм не мог быть таким, поскольку именно здесь, а не в капиталистическом обществе, общество «беременно» коммунизмом и, породив его, само отрицается. Но тот факт, что социализм «беременно» коммунизмом и порождает его, отнюдь не означает, что социализм есть коммунизм. Вся ошибка состояла именно в этом. В действительности же он тем самым создает необходимые объективные и субъективные предпосылки будущего, разложив капитал и капиталистические общественные отношения. Но ведь люди – не птенцы, вылупившиеся из скорлупы, а продукты общественного развития. А по сей причине они так же должны были изменяться в соответствии с изменениями общества и освобождаться от капиталистического содержания. Тем более никто даже и представить не мог, какое сознание породит распад социализма и его дальнейшее развитие «по Запалу». И мы сейчас переживаем именно такое неопределенное состояние. Разве мы знаем, кто мы такие и что нам надо и зачем вместо нас в великолепных дворцах и зданиях живут товары и зачем наши элементарные потребности нам обходятся столь дорого, а духовным в этом мире не остается места?

 Значит, если теперь социализм распался, то это говорит о том, что уже возникли и действуют силы, являющиеся результатом развития самого социализма и которые отнюдь не тождественны со структурами капитализма. И естественно, «капиталистические формы», понимаемые нами, так же должны быть оценены с этой позиции. Значит, социалистическое движение создало за семдесят лет своего существования мощные разрушительные силы и тем разрушил капитализм не только в постсоветском пространстве, но и подрубил корни капитализма во всем мире. И только этим он заслужил презрения собственников.

В этом смысле ориентация на Запад, который не содержит названных элементов, мистифицирует наше сознание и тем вводит в заблуждение, порождая иллюзию о бессмысленности социалистического развития. Эти элементы там складываются только вслед за социализмом и выражаются в становлении человеческого содержания общества, освобождающегося от капитала и принимающего  денежную форму личности – то, что мы рассматривали выше как владельца денег — разрушителя. Мы должны помнить, что советское общество, повернув экономику и культуру к обществу, создавало благосостояние каждого. Тем оно каждого сложило просто потребителем. А на Западе «потребительство» и тем более  «голое потребительство» от капитала еще не отделилось, как советское общество отделило людей от средств производства (основной капитал) и богатства как такового противопоставило людям, чтобы они его разграбили и уничтожили. А теперь средства производства просто расщеплены и попали в руки людей, и люди в силу этого разъединились.  Там капитал, еще объединяющий людей в общество, просто индивидуализируется, а у нас индивидуализируется человек, оказавшийся в полном одиночестве в силу названного разъединения общества.

Это значит, что в капиталистическом мире человек отделяется от капитала. А у нас от капитала люди освободились через государство социалистическим движением и теперь  отделяются от общества, стоят вне общества и над обществом. Это не государство стоит над обществом, а люди друг над другом, захватившие общественное богатство, включая и государства. И это состояние хаоса будет упорядочено только новым объединением людей, в котором впервые сознательно обуздывается и устраняется власть денег над людьми как общественные силы. И теперь объективным движением люди, при помощи того же государства, отделяются от денег и тем остаются нищими в богатстве, привязанные к этим деньгам. И точно так же, как именно государство отделило людей от средств производства, теперь оно отделяет их от денег, превращаясь в единственного владельца денег. Сейчас мы видим государстваименно в этой роли. И другим оно быть не может. В чем здесь скрыты пороки человека, если мир разрушается? Ведь до сих пор подавляются амбиций людей, их стремления к их собственному благу, а к объединению, любви и дружбе, братству и солидарности им никто дорогу не закрывает, все наоборот. Деньги сами говорят, я вас обман, я ваша смерть и отбросьте меня и подумайте друг о друге. Я призвана вас уничтожать, сталкивая друг с другом, и я ваше проклятие.

На Западе общество еще имеет избыток и в состоянии сохранить себя. У нас, напротив, все разрушается, свернув производство. Так, посмотрите на наше общество, каким оно стало сегодня после распада социализма и разъединения людей и разложения общества. У нас сложилась целая армия чиновников, стоящая над обществом, появились целые массы людей, занимающиеся просто «своим делом» и так красиво называемые малым и средним предпринимательством; образовались и беспрерывно растут армия безработных и контингенты людей, называемых бомжами. Распад общества беспрерывно растет, и система безудержно разлагается.  И мы это называем переходом к западной рыночной экономике?  Дожили.
Следует иметь в виду, что капитал образует основу общества. Но парадокс состоит в том, что только освободившись от капитала, человек освобождается от старого общества и тем выходит из него и противостоит ему как индивид. А то, что я имею свой индивидуальный капитал и занимаюсь своим делом, это просто сказки людей, иллюзия, о которых я рассказал. Многие из тех людей, кого я знаю лично, сегодня ворочают миллионами. Но не они определяют прогресс. В советском обществе людей отделили от средств производства и тем, в конце концов, отделили и от общества, тем самым предоставив каждого себе. Человеку стоит, например, остаться безработным, и он тут же теряет все связи с обществом. Ведь не каждый же способен выживать путем «самозанятости» и жить собственными усилиями. В этом нет никакого смысла, если общество достигло высего развития. Если в одном только Казахстане число «самозанятых» уже превысило трех миллионов, то это говорит о масштабах того зыбкого положения, в котором люди оказались, сами того не желая. И никто из этих людей даже понятия не имеет, почему так с ними играет судьба, в то время как общество именно как общество этих людей могло бы организовать и заботиться о них. В конце концов, для чего же общество достигло такого высокого уровня развития? И почему оно именно в этот момент бросило большинство людей на произвол судьбы? И эти вопросы будут возникать в людях, пока они живы. И если в обществе все идет вниз, то вниз пойдет все и в человеке.

 

Аватар пользователя va

Много рассуждений на уровне обыденного сознания. Такие разговоры хорошо вести за столом с рюмкой чаю. Какое отношение они имеют к теме осознания общечеловеческих интересов людей как граждан планеты Земля, как «граждан мира»? А Вы не могли бы позиционировать себя, свои взгляды относительно имеющих хождение теоретических представлений? Какие теории Вы разделяете или, быть может, у Вас сформировалась собственная платформа взглядов, тогда в чем она состоит?

Из Ваших материалов я понял только одно: у Вас муторно на душе. Старая идеологическая система, оправдывавшая всегда и во всем правильную  политику вечно ленинского (а иногда еще и сталинского) ЦК партии, рухнула, не имея подлинной поддержки в умах граждан, как только путеводная звезда этой абсолютно непрагматичной идеологической системы завела Советский Союз и мировую систему социализма (исключая, пожалуй,  Китай) в социально-экономический тупик (глубочайший всеобщий кризис) вместо торжественно обещанного построения коммунизма и коммунистического изобилия уже к концу 20 века. 

Так кто и что не так делал? Как надо было действовать, и какой должна была бы быть, по Вашему мнению, идеология советских времен, чтобы она не могла так быстро улетучиться из сознания большинства советских граждан? А что не так было в политике и экономическом курсе страны? Где были народные депутаты? Почему они всегда голосовали единогласно? Почему в дополнение к краху социально-экономического устройства СССР на повестку дня вылез и национальный вопрос, приведший к тому, что страна рассыпалась на отдельные царства и княжества? Как это видится с Вашей точки зрения как казаха и жителя, гражданина Казахстана?

Что нужно было нам делать в советское время, чтобы всё, как Вы пишете, не рухнуло вниз в обществе, а следом и в самих людях? А уж раз рухнуло, то кто и что должен делать сейчас? Можете ли Вы сами четко сформулировать вопросы и тезисы, которые вы хотели бы вынести на обсуждение участников форума Альтернатив? Хотите ли Вы такого обуждения или оценки Ваших тезисов?

В.Архангельский

Мистика и религия в современном мире


Мистика есть уродливое порождение денежного рабства. Денежная психология уже не ищет опору в религиозных догмах, а вырабатывает свои нормы, сознательно используя религию. Она, в отличие от религии, стремящейся формировать определенное мировоззрение, давно овладела способами деформирования сознания людей, чтобы сознательно расстроить их ориентацию. Такие люди — рабы, действующие только по указаниям и не имеющие ничего своего. Современный мир, в котором люди подчинены интересам миллионеров и миллиардеров, нуждается в гораздо более утонченных и хитрых приемах и механизмах, мистифицирующих сознание массы самыми различными способами. И их создают целые армии платных наемников. Не надо забывать, что наш мир есть мир мошенников, манипулирующих доверием и наивностью массы и делающих все для того, чтобы удержать людей в неведении и только в силу этого использующих их энергию. И в то же время это не значит, что в сознании для людей закрыт мир. Напротив, мир ему как раз открывается, по мере того как таким образом закрывается движение к прошлому. Современная мистика, всеми своими средствами отупляющей человека, отталкивают людей от себя, принимая уродливую форму и постоянно им как бы подчеркивая, что я обман и не ваша подлинная душа. В религиозном же мышлении такого нет. Напротив, она постоянно стремиться притягивать людей к себе, воздействуя на чувства и подчеркивая, что я ваша душа и весь смысл вашего существования.
В рыночном обществе мы вообще оказались в удивительном мире, превратив социализм в миф. Главным образом из-за того, что социализм был просто отброшен и не анализировался. И ум человеческий сразу ударился в мистику. И зато над этим активно работала и до сих пор работает вся идеология бизнеса. Теперь люди сами не замечают, как они сами становятся прямо мифами и превращаются в призраков. Западное сознание уже давно мистифицировано. Даже создается впечатление, что мы возвращаемся в древность и стремимся возродить все характерные ему черты мифологии. Вы представляете, миллионы людей ждут воздаяния, фортуну, счастливую случайность, вдруг их спасающих или обогащающих. Миллионы людей ждут возвращения Иисуса Христова! То есть некую карающую силу. И мы все живем уже не в реальном мире, а в том потустороннем, который существует только в нашем сознании — мифическом мире. И наше сознание безудержно мистифицируется. И в этом уже не обвинишь религию. Поэтому мы должны четко различить мистику, порожденную денежным рабством, от религиозного сознания. Исторически религию использовали господствующие классы как духовную основу общества и развивали ее как идеологию, создававшей определенное миропонимание.
Роль, которую играла религия в жизни предыдущих поколений, казалось бы, детально и основательно анализировано атеизмом и давно уже сформулировано. Здесь, казалось бы, не осталось ничего таинственного. И умные люди здесь уже давно сделали выводы. Но оно предназначалось для советских людей, которым атеизм просто навязывался как сознание общества, даже как политическое сознание. А большинство этот вопрос для себя еще не решил как свою личную проблему. В распаде социализма стремительно сложилось массовое сознание, и появлялись свободные люди, которых такая интерпретация уже не устраивала, тем более в момент, когда это общественное сознание разлагалось. И атеисты растворились в нем, как в хаосе. Теперь эта тема стала интересовать каждого человека, и это потребовало нового подхода к этому избитому вопросу. Появляются различные «пророки» и «святые», и люди снова внемлют их мыслям, будто атеисты ни о чем никогда не говорили. Складывается странная ситуация, в которой именно мистика овладевает сознанием массы. И мы начинаем поклонятся собственным творениям и, интенсивно создавая какой-то другой мир в своем воображении, начинаем жить этими представлениями.
Таким образом, старый мир умирает не только паразитируясь, но и мистифицируясь, принимая в нашем сознании некий потусторонний образ. Старая жизнь уже безвозвратно уходит, а новая еще не известна, и пространство, то есть пустота между прошлым и будущим заполняется мистикой. Здесь ясно одно: в этой системе люди уже не могут находиться постоянно и жить как люди. Это люди с высоким культурным сознанием, задавленные только денежным рабством как чисто внешней социальной силой, которую они могут сбросить в любую минуту. А вместе с этим улетучивается и мистика.
Современный человек с мистическим сознанием — это само по себе изумительно. Это просто суеверие, которое овладело умами людей, вдруг оказавшимся на зыбкой почве, их сознанием, поскольку они одиноки и беззащитны, поскольку они бессильны в этом положении. Ведь сам по себе страх, который их охватывает, связан просто с отсутствием элементарных условий жизни людей, когда они остаются безработными и т д. Или их воровской природой. Кража чужого труда, установленный Марксом, было прикрытым обманом. А сегодня она стало просто открытым. И если этот процесс осмысливался самым причудливым образом еще раньше, когда о людях заботилось общество и государство контролировало законы, то теперь, в хаосе, оно становится, естественно, еще причудливее. Ведь сознание современного человека еще не является самостоятельной сущностью, способной иметь научную интерпретацию. Тем не менее, не только в мистике, но и в религии скрыт уже совсем другой смысл, раз бог уже перебрался из внешнего мира во внутренний и теперь находится в нас и нами управляет как бы изнутри, являясь нашей душой. Так уже говорят все. И я не желаю с этим спорить. И бог, спустившись с небес, в душу человека закрадывается не спроста.
Мы имеем сознание, которое соответствует нашему устройству. И распадающемуся обществу соответствует распадающееся сознание, которое никак не поддается определению ни с марксистской и ни с идеалистической точек зрения, а с духовной как раз обосновывается. Становящийся человеческий дух ищет себе опору. Но пока ее не находит в реальном мире. И поскольку единственной опорой человека становятся деньги, то и развивается поклонение могуществу денег как самой высшей силе. И это, а не религия, формирует мистическое сознание, закрывая человеку доступ к реальной жизни.
Поскольку капитализм на данном этапе экономически превосходит нас, то во внешней оценке его развитие совпадает с логикой развития исторического процесса, и за этой видимостью мы не видим нисходящую линию развития капитализма и мистифицируем его. И в этом слепом движении мы ищем не только свое будущее, но главным образом самих себя, какими мы вышли из социализма и как изменяемся дальше по логике исторического развития. И для нас проблемой оказалась осознать себя и понять смысл распада и действительную логику исторического развития, которая совпадает, напротив, с логикой развития социализма и с его превращением в общество свободных людей.
Все сказанное доказывает, что никакие события, даже потрясения и попятные движения не могут служить основанием для того, чтобы сознание сосредоточивалась только на настоящем и тем более отрицала прошлое и отвлекалась от будущего. Напротив, принявшие характер неодолимого развития, именно они доказывают, что мы стоим перед лицом крупных качественных перемен, к которым мы идем слепо, но упорно, ломая и разрушая старые структуры и формы старого общества. И они представляются нам неодолимой судьбой в образе сказочного капитализма или «рока». Но мыслимы ли эти неизбежные качественные перемены, завершающие «эпоху» выживания и заменяющие ее восходящим развитием, представлять себе в виде возврата к капитализму, формы, в рамках которой человечество живет уже несколько столетий и из которой мы как раз объективно и стремились выйти? Мы страдаем не от недостатка капитализма, а от ужасов его разложения, от которых мы слепо стремимся освободиться. И если наше общество претерпевает только такие перемены, которые нас обратно приводят к капитализму, то это было бы полным крахом. Сегодня во всем мире капитал распадается, и общество повсюду приспосабливается к развитию человека, и эта тенденция уже неодолимо развивается. Мы же вступили в новую полосу истории, которая уже не может быть осмыслена с точки зрения стереотипов прошлого и даже стандартов «нового». Иллюзии о возрождении капитализма и неуловимом разумном рынке, в сущности, вполне допустимы только с точки зрения здравого смысла и обыденного сознания, но не с точки зрения науки и философии. Это только отдельные люди, ограниченные своими стремлениями к собственному благу и интересами своей семьи, выживающие или наживающиеся, могут мечтать о сказочном богатстве и жить представлениями о той реальности, которая их окружает. И возводить в ранг теории это сознание и через него идеализировать капитализм – это и есть мистификация, которую использует идеология как способ обработки сознания индивидов. Просто в мире развиваются, как мы уже упомянули, однотипные общества, которые способны развиваться и изменятся с точки зрения личности и основанные на денежных отношениях – то, что нами в обычном понимании осмысливается как отношения «рыночные» или «бизнеса». И если К. Маркс исследовал капитализм, исходя из товарных отношений, то так происходил потому, что товарные отношения образовали основу капитализма. Иначе говоря, капитализм основан на стоимости и ее самовозрастании, которые и делают капитал само развивающимся организмом. Теперь же наоборот, мы имеем дело с деньгами и с их самовозрастанием, которые и определяют нашу жизнь. Причем деньги в капиталистическом мире и у нас – это разные вещи, несводимые друг другу. И мы попозже увидим это различие. Здесь же мы можем сказать, что деньги, интересующие нас, уже не являются деньгами в марксистском смысле, а есть «облик человека». Стало быть, только деньги формируют человеческую личность, облекая его своей кровью и плотью. А это есть нечто совсем другое, чем марксизм.
Отсюда и общее основание мира и различия. Но особенность денег, работающих у нас, такова, что они всегда находятся в карманах людей и функционируют только здесь и выражают поведение индивидов. В этом смысле если товарные отношения являются экономическими отношениями общества, то деньги — индивидуальные отношения, отношения между людьми. Стало быть, они – основа человеческой личности. Здесь следует отметить, что в капиталистическом обществе деньги приводят в движение капитал, следовательно, производительные силы, у нас, напротив, они сковывают общественное производство и приводят в движение индивидуальную деятельность. А это и значит, что они в основном стимулируют индивидуальное развитие человека, а общество – нет.
Изменение общества применительно к развитию человека – это общая тенденция, сложившаяся во всем мире, но наиболее выраженная у нас и упорно развивающаяся. И в этом и скрыт смысл того, что именно из этих условий вырастает общество свободных и всесторонне развитых индивидов. Другими словами, будущее общество уже заложено и «проектировано» в настоящем и вырастает из индивидуального развития человека. И задача состоит в том, чтобы разгадать его и теоретически овладеть его развитием и тем соответствующим образом организовать общественные отношения. И все это должно делаться сознательно, и только сознательно! Будущее уже никогда не сможет развиваться стихийно, бессознательно.
Отсюда и сущность тех коренных изменений, которые произошли в нашем обществе и в мире капитализма. Мы увидим дальше корни всех этих явлений и сущность самой системы, в которой оказались неожиданно после общественного поворота. И я с самого начала хочу подчеркнуть, что мы потеряли свое будущее не для того, чтобы похоронить его вместе с социализмом, а чтобы заново открыть в новом качестве и с более высокой точки зрения.

СОЦИАЛЬНАЯ СУЩНОСТЬ УМИРАЮЩЕГО СОЗНАНИЯ


Если внимательно рассматривать современное состояние общественной теории, то в целом создается впечатление, будто реальное развитие общественной жизни и в самом деле могло сообразоваться с теорией, созданной когда-то кем-то, будто, например, развитие социализма могло быть реализацией или воплощением основных идей марксизма. В действительности непреходящая истина самого марксизма состоит в том, что всякая теория в конечном итоге порождается и проверяется, подтверждается и опровергается только практикой, реальным развитием жизни и что самостоятельное существование идей, мысленных конструкции, идеальных моделей как таковых – это идеалистический вздор, а потому остоваться в низ в новую эпоху — это просто бред. Другое дело, что Маркс в свое время мог предвосхитить общее направление развития капитализма, предугадать тенденцию будущих форм действительности, исходя, например, из реального понимания обстановки. Но это не теория будущих форм, которая могла возникнуть в голове Маркса, а прогноз будущего, основанный на реальных тенденциях настоящего, который может и подтвердиться, но может и не подтвердиться практикой. В этом случае мы мыслим просто на гегелевский манер, что якобы теория предшествует практике и что мысль создает реальную действительность. По Гегелю, изначально существует идеальная модель действительности. Она и осуществляется в реальном мире. И тот факт, что в современном мире создают проекты и «осуществляют» их, вовсе не значич, что они имеют научную основу и построены на верных прогнозах.
В действительности любое преобразование исторически должно назреть и подготовится, и только после этого, когда обнаружилась потребность в этом преобразовании, оно и осознается как необходимость, осуществление которой неизбежна. И осознание это происходит не просто, а только в конфликте между старым и новым. И в этом конфликте мир сам по себе начинает разрушаться. Необходимость же развертывается не в зависимости от сознания людей, а именно объективно, и здесь нет за ранее созданной модели. Никто не создает заранее сознательно модель разрушения, разрушение происходит просто бессознательно, как результат перевернутого осмысления реальности, в котором любое новое воспринимается через призму старых мерок и подгоняется под них. А потому происходит борьба. И сознательное отношение людей может лишь ускорить этот процесс, облегчить и т. д. И если необходимость развертывается в виде «стремления каждого к своему собственному благу», «к личному обогащению», то это есть ее внешнее проявление, к которому мы подстраиваемся и за которым скрыта ее сущность, противоположная ей. Общество не может каждого обогатить материально и подстраиваться под их собственнические стремления. Это абсурд. Сегодня, например, только в одной России три миллиона человек работает в силовой структуре власти. И она направлена на то, чтобы ограничивать и подавлять эти собственнические стремления людей, идущие вразрез друг к другу. И общество, которое налегает на этот метод, саморазрушается, беспрерывно увеличивая паразитические структуры. Как же люди могут жить так, чтобы один подавлял другого, в то время когда каждый человек может разумно владеть собой и сообразоваться с разумным образом жизни. И общество вполне в состоянии создавать эти порядки, объединив людей на новой основе. Люди могут разумно управлять и собой и своим обществом. И история все подвело к этому. Ведь заблуждается не история, а люди, для которых не так-то просто осмысливать реальное общественное развитие в его историческом движении. Поэтому мы не можем руководствоваться сознанием индивидов, их амбициями, желаниями и т. д., а,  следовательно, довольствоваться видимостью. Бизнес в нашей стране, например, во всех проявлениях есть не общественное сознание, а сознание индивидов, стремящихся к своему собственному благу. В бизнесе у нас общество разъединяется и индивидуализируется и приспосабливается к индивидуальному развитию. И на этом основании просто разрушается старое общество со всеми его порядками, созданными применительно к интересам собственников. И от того, что в постсоветском пространстве люди вдруг обратно стали собственниками, история продвинулась не вперед, а только по-настоящему взялась за разрушение этого отношения людей, что, в сущности, и свернуло это общество.
Поэтому Запад человека поместил в сферу торговли и обожествляет ее. Теперь и производство индивидуализируется, превращаясь в «мое дело». Американцы, в свое время возносившие крупные корпорации, концерны, картели и т. д., объединявшие миллионы людей, теперь, когда корпорации распадаются, возносят мелкое и среднее предпринимательство, критикуя малоподвижные и немобильные объединения, консервирующие безжизненные правила и подавляющие свободу личности. Тем самым и Америка взяла курс на разрушение, обосновываемое идеологией бизнеса. И этот процесс там разъединил людей и обострил их собственнические отношения, а на этой основе — и войну между людьми, называемую красивым словом конкуренция. И это они называют прогрессом. Вот каков перевернутое сознание! Не трудно сказать, что, умирая, люди будут возносить и смерть как единственного спасения!
Но у Америки сегодня совсем другое положение, чем в период его бурного развития, характеризовавшегося индустриализмом, следовательно, экономической мощью. Та индустриализация, которая в советском обществе начиналась в тридцатых годах, себя исчерпала с распадом социализма, и теперь снова говорят об индустриализации, ориентируясь на Запад. И это в то время, что индустриализм иссякает уже на Западе. И Америка «рыночной» стало не случайно: она стало «потребительским обществом», возложившим производство на другие страны, зависимые от нее и работающие на ее деньги. И законы этого потребительского общества еще не установлены. Америка сама превращается в торговлю, а людей превратила в потребителей и тем привела к бесконечному увеличению названной сферы, то есть паразитической структуры. А это в свою очередь, в той самой мере, в которой оно выросло на основе производства, в том числе и сельскохозяйственного, давит и разлагает общество, объективно требуя коренной перестройки. И дело не в том, что не так-то просто сегодня обеспечивать аграрному сектору двадцати миллионные города, точно так же, как не просто в достатке обеспечивать и «делающих деньги». Дело в том, что эта форма жизни, созданная и совершенствовавшая капитализмом на протяжении столетии, уже изжила себя, а потому эта форма жизни самоликвидируется из внутренних противоречий. И как вы думаете, 300 миллионов человек, живущие в постсоветском пространстве, должны пасть жертвой этого способа производства?
Вся эта непроизводственная сфера сегодня непомерно выросла и душит все общество, разлагает людей. И отсюда вывод: эта сфера должна разлагается из собственного противоречия, противоречия, названного нами «противоречиями развития личности». Личность, как и всякое другое явление, развивается в противоречиях. А все это приведет к разложению всей системы в силу развития названного противоречия, то есть противоречия не между производством и потреблением, а между человеком и обществом, между людьми. От этого погибнет и погибает только мир капитализма, а не человечество. А людям надо осознать это как назревшую необходимость, развертывающейся прежде всего в нашей стране.
Мы познаем реальную действительность более или менее правильно, но познаем не всякую действительность, а именно развитую и развернувшую свои свойства и проявившую внутреннюю сущность. Это противоречие в развитых капиталистических странах еще не созрело. И если обман, еще скрытый на Западе под оболочкой рынка, в нашей стране обнажилась и выступает неприкрыто и это осознается каждым гражданином постсоветского пространства, то значит ли это, что теперь и далее мы обречены на то, что нами будет управлять неприкрытая ложь?  Ибо, как говорил Маркс, развитое тело легче изучать, чем неразвитое, и низшие формы правильно осмысливаются только с точки зрения более высших форм. Ведь ложь и обман существовали во всей истории. Но они прикрывались. А теперь она перед нами как на наших ладонях. Ведь от феодального общества люди оттолкнулись как от неприкрытого угнетения, и это люди правильно поняли с точки зрения капиталистического  угнетения, которое уже было маскировано. А в деньгах это угнетение приняло неприкрытую форму. И человечеству нужны были тысячелетия, чтобы дойти до этого прогресса. Точно так же, мы должны обнаружить и осознать противоречия нашей жизни, чтобы сознательно управлять ею. И мы, по сравнению с Западом, находимся на более высоком этапе не с точки зрения экономики, а исторической перспективы, устремленной к разрешению противоречия развития человека. И для того, чтобы понять это положение, необходимо осмыслить сущность нашей эпохи и то, что движет ею и к чему в силу этого устремлен исторический процесс. Ведь те преобразования, которые сегодня совершаются в мире, нам сами по себе ничего не говорят о том, куда идет наш мир, и всем остается только догадываться, к краху или к некоему чудному возрождению. Во всяком случае, оно не оставляет желать лучшего, и поэтому мы в гораздо большей степени склонны к пессимистическим выводам относительно будущего человеческого общества в силу того обстоятельства, что мы еще не знаем, как все произойдет дальше и что люди будут делать с этим открытым обманом. Кризис – это просто обострение названных противоречий, порожденных денежными отношениями, которые для нас просто были неожиданными именно потому, что мы всегда ожидаем другого исхода, но приходим к неожиданным последствиям именно вследствие не знания объективного положения вещей и что о них всегда имеем иллюзорные представления, которые раскрываются и преодолеваются лишь реальным ходом развития действительности. И тием более было бы наивно думать, что Маркс или Ленин могли знать что-либо о нашем времени, в то время как о нем ничего не знаем мы сами, придерживаясь схем и находясь по своему сознанию еще в прошлом. Взгляды классиков менялись и улублялись в полной зависимости от изменеии, происходящих в практике. И практика всегда была критерием истины. О какой же практике речь идет у нас?
В западной идеологии перед нами в перевернутом сознании предстает современный мир капитализма, не изученный за последнее время, как мы вступили в этот мир. В мире, в котором все взаимосвязано и взаимно определяется друг другом, не может быть такого развития, чтобы Америка осталась в стороне от Советского Союза и последний находился вне истории. Напротив, мир за последнее столетие двигался и развивался в противостоянии двух мировых систем и достиг теперешнего состояния как необходимый результат этого взаимодействия. Все остальное — иллюзия. Просто потребители не желают думать. Они попросту разучились размышлять, всех благ ожидая из вне.
Мы не можем продвигать вперед свою реальную жизнь, не осознав это мировое взаимодействие и себя через него, остаемся в плену иллюзий и самообмана, пока оно окутано мраком и не освещено с точки зрения перспективы. Ориентироваться на западную идеологию и искать вершину в рыночном обществе – значит отвлекаться от собственной сущности и тех законов, которые управляют нами и в силу которых мы и бессознательно идем именно к своей исторической перспективе, освобождая человека и раскрепощая его дух, а не обогащая каждого. Обогащать каждого — значит порабощать каждого вещами и материальными отношениями, даже не задумываясь о том, что люди — духовные существа, личности, способные прийти к человеческим отношениям на основе их духовных связей, идей, сознания. Так что, освободившись от одной мистификации, мы оказываемся просто во власти другой. Таков объективный принцип нашего движения, в котором не так просто внешнее развитие превращается во внутреннее.
Из сказанного ясно, что если социализм развился и в силу обострения своего внутреннего противоречия подвергся разрушению, то это есть не миф, а факт объективного общественного развития, представший перед нами, бесспорная реальность, никем не предвиденная и подлежащая объективному и бесстрастному научному исследованию. Научное исследование должно не отбросить это явление, а изучить и установить его в его движении, развитии и изменении, вплоть до его превращения в новое качественное состояние, когда данное явление и может восприниматься «исчезнувшим». Поэтому, разумеется, что через призму весьма упрощенной политической оценки и тем более моральной, в которой мы имеем дело с сознанием и волей людей и их свободой, по Ницше, невозможно создать целостную картину действительности в ее диалектическом движении. Поэтому в рамки социалистической теории это превращение не укладывалось, и эта теория, не выдержав испытания практикой, улетучилась. Следовательно, социалистическая теория, порожденная реальным социалистическим движением, была опровергнута не буржуазной идеологией, а реальным общественным развитием, и только после этого у нас утвердилась рыночная идеология, которая теперь усердно обрабатывает сознание масс, перевернутое общественным поворотом. И сторонники «возрождения капитализма» теперь пытаются убедить всех, что социализм был мифом и роковой ошибкой истории. Но если поддаться влиянию этой идеологии, то мы не найдем ответ на вопрос, куда идет человечество этим путем – путем порабощения и открытых разрушений.


 

ЧТО НАС ЖДЕТ В БЛИЖАЙЩЕМ БУДУЩЕМ?


Сегодня о будущем как раз никто не может сказать ничего, ибо не знают, что такое это будущее для общества, переживающего упадок. И для людей. В действительности нет никакого будущего, если у нас нет  чувственно воспринимаемого, практического движения, если нет осязаемых изменений, вызывающих радостные ощущения у многих. А то, что происходит в жизни отдельных людей, нашего общества не характеризует. Поэтому для нас время впервые остановилось, и мы ясно ощущаем его движение вспять. И это определяет и дух людей. И каждый ежедневно ощущает, что изнашивается под давлением выживания. А движение назад — это  ощущения одиночества, это боль утраты и разочарований, в которой каждому хочется кричать и все разрушать. В этом смысле, т. е. с точки зрения индивидов, мы явно идем к краху, в котором выживут только сильные. И в то же время мы живем напряженным ожиданием. И если это ожидаемое постоянно уходит от нас, значит, наша жизнь просто уже утратила тот смысл, который удовлетворял наших предков. А мы поэтому, в глубине души находясь в поиске нового смысла, обречены на бесконечное ожидание и в то же время впервые на безрезультатную и бессмысленную борьбу, живя в сознании в прошлом и в сущности желая его восстановить. Поэтому, если мы хотим вернуть уже утраченный смысл, то и наши прогнозы обращены к прошлому и строятся на тех принципах, которые себя уже давно изжили и для нашего времени не имеют никакого смысла. Будущее становится только в нашем внутреннем бытии, а потому время, работающее на него, есть всего лишь идеальное время, подлежащее раскрытию и осмыслению, а потом и реализации. В этом смысле мы идем к чему-то новому, неизведанному. А вот именно к чему, этого мы не знаем, так как не знаем, что произошло с нашим обществом и почему утрачен тот смысл, который вполне устраивал людей в прошлом.
Но это прошлое живет в настоящем, в сознании огромного числа людей, которые сложились в советском обществе и вышли из него уже зрелыми, с сложившимися представлениями. И двадцать лет потрясений, пережитых людьми, расшатывает и деформирует это сознание. Это психологическая точка зрения.
Что это не простой вопрос, видно из его формулировки. Тем не менее, я не эксперт и тем более не пророк, чтобы прогнозировать ближайшее будущее и предсказывать грядущее. Я указываю лишь на основные противоречия нашего общества и прослеживаю их развитие вплоть до их разрешения, при этом я основываюсь на реальное движение. Что же касается экспертов, то сегодня их имеет каждая компания. А политологами, социологами, желающими блеснуть своими знаниями, хоть пруд пруди. И все они занимаются именно прогнозами. И, как это ни странно, и новоявленные пророки, и святые, и не признанные гений и многие другие в последнее время приходят к выводу, что между 12 и 13 годами произойдет невероятная катастрофа, которая накроет мир сильнейшей волной мирового кризиса. А верующие это связывают с гневом божьим. И если первая волна буквально парализовала все общество и на время все остановила, то второй принесет полный крах. С того дня, если такое действительно произойдет, то, по мнению многих, люди просто забудут о том, что такое обогащаться.


Я не верю в предсказывания, которые не имеют научного обоснования. Но верю в то, что люди перестанут стремиться к обогащению.  Что касается конца света, то уже полвека, как обещают конец света, а он никак не наступает. И неизвестно, сколько предрекают полную нищету, но она тоже никак не наступает. Обогащение еще продолжается, а духовная нищета и невежество растут. И вот то, что человек в этом хаосе действительно превращается в мистическое существо, больше того, он уже сходит с ума, это абсолютно верно. Капитализм не случайно хочет всех превратить в мутантов: он просто всеми своими возможностями стремится сохранить свое существование в истории. И это такое же естественное стремление, как и стремление каждого человека, желающего выжить в мире собственнических отношений, не размышляя еще о том, чтобы изменить свои отношения к людям и миру.


Тем не менее, в этом сообщении, на мой взгляд, содержится и доля истины. По логике истории люди идут к новому объединению.Они должны преодолеть разобщенность. Образец этого объединения давал только социализм. Но социализм был государственным устройством, государственными мерами объединявшим людей. А здесь речь идет об объединении людей как об их свободном союзе. Стало быть, оно рождается как стремление людей, стремление еще бессознательное, беспрерывно поддерживаемое идеологией и осмысливаемое бизнесом. В современные формы объединений государство действительно не вмешиваются. Различные и многообразные формы объединений (малые и средние предпринимательства, образование и распад фирм и компаний происходит как свободный союз, основанный на стремлениях людей). Пойдем дальше, и мы увидим.
 Во-первых, крики рождаются не спроста. Новый человек тоже рождается с криком. Во-вторых, и старое общество, с незапамятных времен обещавшее всех обогатить, тоже умирает не блаженно. Если в основе этого общества лежала жажда обогащения, то для того, чтобы это общество развалилось и перестало функционировать, прежде всего необходимо разбить эту страсть как внутреннего механизма общественного развития и деформировать ее, тем более если она охватила многих и уже превратилась в разрушительную силу как чисто индивидуальное, собственническое стремление, идущее в разрез обществу. А деформированная страсть или это стремление будет работать в обратном направлении и становится иррациональным, неподдающимся пониманию, будто человек уже свихнулся и ничего не соображает. И на уровне элиты, и на уровне выживания это стремление работает одинаково. И поэтому человек твердить только одно — деньги, деньги и еще раз деньги… И если действительно все превратилось в деньги, то уже капитализму действительно пришел настоящий конец, а не конец всего света. Вспомните, о чем беспрестанно твердил социализм — труд, труд и еще раз труд, и, в конце концов, от этого труда он и скончался, сводив им людей с ума. Вот если сейчас происходит нечто подобное, то это похоже на правду. А оно и происходит. И действительно люди медленно сходят с ума. Но, по-моему, они и с ума сходят не спроста, а чтобы  набраться нового ума и осознать свою обстановку с другой позиции, еще не осмысленной. Им нужен не труд, обогащающий некую систему, стоящую над ними, и тем более не деньги, властвующие над ними, а просто нормальная человеческая жизнь с нормальными человеческими отношениями. А что это такое, люди еще не знают, а потому кривят душой.


Люди действительно встревожены, обеспокоены, но я бы не сказал, что ими двигает страх. Люди боялись бога, боялись власти, а сегодня они как раз ничего не боятся, следуя только велениям денег. И такой поистине неопределенный мир в постсоветском пространстве впервые сотворил владелец денег. И поэтому, прежде всего, только владельцы денег, повторяю, сотворивший этот мир и совершенно не знающий, где начинается реальность, а где завершается его страсти, может ясно показать, где находится будущее, если рассматривать его действия в обратном порядке.
Мы до сих пор не поняли одну очевидную истину – владелец денег не созидатель, а разрушитель. Уже более двадцати лет он разрушает мир, созданный до этого, чтобы перестроить его по образцам Запада. И если сегодня имеются какие-то прогнозы, то они делаются только с позиции этого бессознательного разрушения, которое на деле может привести только к концу света. И только поэтому в этой ситуации ум человеческий бессознательно начинает искать другую систему, достойную ему. Больше того, он ищет спасения, не понимая реальную жизнь и объективные законы ее разрушения и созидания. Если общество в своем разложении действительно дойдет до такого состояния, что большинство его членов и в самом деле уже перестанет мечтать о богатстве, то, что останется в человеке, живущего в этом обществе? Наверное, только жажда жизни. Тогда жажда обогащения, двигавшая до этого обществом, безусловно, сменится жаждой самоутверждения человека. И тогда вступит в силу новые механизмы развития общества – индивидуальные, личностные, которые сейчас дремлют под крылом идеологии владельца денег. В этом смысле индивидуализация самого общества, включая и государства, в глубокой сущности подчинена становлению этого нового механизма развития общества. А мы оплакиваем разрушения прежних механизмов. Если вступит в силу настоящая логика, разложив жажду обладания, то мир на этой основе преобразиться неузнаваемо. И современное сознание человека, обращенное еще в прошлое, еще просто не может увидеть этого. А если увидит, то тогда, наверное,  людьми будет двигать не одно только потребление. Потребление — это взгляд общества, основанного на этом. Иначе говоря, оно есть просто потребительная стоимость без стоимости, то есть без производства. А это уже другой вопрос. На этом основании общество существовать долго не будет. Ибо бессмысленно думать, что Восток вечно будет содержать Запал, а Китай будет содержать Казахстан или Россию. И манипулированию деньгами приходит конец. Именно поэтому для постсоветского пространства имеется единственный выход: объединиться, вернуть общество к социализму, но уже на новой основе с сознательным отношением к деньгам.
А теперь попробуйте прогнозировать, что произойдет с человечеством в ближайшем будущем, если производство в постсоветском пространстве прекратиться вообще, в процессе индивидуализации превратившись в «мое дело» миллионов людей? Эксперты этого не знают и знать не могут, ибо они следят за деньгами и ценами, а о человеке за этими деньгами ничего не видят. Человек для них — пустое место, призрак, раб. А малые и средние производители во всем мире обречены, если гибнут уже миллиардеры.
Фактом является только то, что большинство людей уже действительно выживает. И никто не знает, для чего. В век высоко развитых технологий и высокого потребления люди вдруг начинают выживать, захлебываясь в богатстве и запоях.
Ни один эксперт, с другой стороны, прогнозирующий жизнь с различных сторон, до сих пор еще не рассматривал развитие мира с точки зрения владельца денег. Для них существуют только миллионеры, миллиардеры, олигархи — обычные понятия, известные нам с древних времен. И все ждут, когда просветлеют их головы. Современный мир, называемый эрой денег, создан владельцем денег. И только по его меркам он созидается и разрушатся. Это не правда, что помещика убил буржуазия, а буржуазию уничтожил пролетариат. Они все сначала разложились и уже были неспособными управлять производством и обществом и все уже сворачивали, а потом их скинули уже как никуда негодных и никчемных элементов общества. И этот мир разлагается только по мере того, как сначала складывается, а потом разлагается эта историческая фигура. Не забывайте, капиталист, буржуазия и т. д. для Маркса были социальными фигурами. И прогнозировал он жизнь только с их точки зрения, а не с человеческой, кому жарко, а кому холодно. Основным критерием для него было борьба классов. И они до конца жизни следили за этим основным противоречием общества и ждали его исхода, заранее зная, чем оно завершится для человечества. А что эксперты, следящие за движением денег и товаров в мире, могут увидеть в нашей реальной жизни, если для них реальностью являются не люди, а только деньги, если они не имеют даже элементарного понятия о реальных противоречиях нашего общества, действительно ведущих его к катастрофе? У нас уже не классовых противостояний, нет войн между богатыми и бедными. У нас есть только одна война, происходящая беспрерывно и впервые неприкрыто. Это война между владельцами денег, это война между людьми, которая порождает и воспроизводит другую войну – борьбу за выживание. И эта война не может иметь конца, пока над людьми господствуют деньги и пока их отношения к ним бессознательны. Стало быть, все зависит от этой фигуры, фигуры не какой-нибудь, а исторической, призванной выполнять определенную миссию.
Итак, какова продолжительность жизни владельца денег? Денежной формы личности? Если вы это определите точно, то установите точно, сколько осталась жить «рыночной экономике». А «паника» о кризисе — это просто орудие устрашения в руках владельцев денег. Они еще в пеленке так кричали и хотели пугать всех — вот, конец света наступает! Спасайтесь!
Искать смысл в обогащении каждого человека и видеть цель в создании изобилия и свободного потребления, — значит, отождествлять человека с вещами и путать его историческое назначение с функцией экономической системы, которая еще не сложилось как человеческое общество и которое, следовательно, только в ходе исторического развития  переходит в такое общество из развития самого человека, человека уже как личности.  Главная ошибка социалистической теории в этом отношении состояла в том, что она развития человека выводила из совершенствования общественной системы, и отождествляло его со свободным потреблением. Отсюда человек, рассматривавшийся производным, оставался в тени — его растворили в коллективе и манипулировали им так, как было угодно государству. А государство ведь — это только система, функционирующая по отработанным исторически механизмам. И как мы уже знаем, в его механизмах историей было заложено разрушить капитализм, а не созидать коммунизм. Это последнее было чистой идеологией. Хорошо или плохо, что государство с советского времени постепенно попадает в руки людей и работает по их воле? А теперь вообще оказалось орудием индивидуального подавления и воплощает силу отдельных людей, восседающих во власти? Уже в советское время деньги миллионами оказывались в руках людей и замуровывались неизвестно где. Тем не менее, капиталистический мир, обнаруживший глубокую антигуманную сущность в нашу эпоху, уже не изменит свое направление и с вступлением в свою последнюю стадию будет углублять свои противоречия, этим просто для того, чтобы сохранить собственное существование, превратиться в разрушительную силу. И какого-либо другого стремления мир уже не знает. Мир, созданный капитализмом, должен быть разрушен. И он разрушается уже во всем мире перед нашими же глазами.
Искать какой-то смысл в этом отношении в западном мире, который сам гибнет бессознательно в саморазрушении, не имея даже элементарного представления о своем существовании, значит просто заблуждаться, не понимая собственное существование и забывая свою неповторимость. Запад, уже обращенный в прошлое и в потусторонний мир, не может нам дать ориентира. Мы никогда не были ниже Запада и не будем им и впредь, рас мы первым вступаем на историческую полосу духовного осуществления человека, раз мы первым благодаря этому можем встать и на путь созидания.
Сейчас уже каждый человек знает, что процветание Запада отнюдь не означает и его духовного расцвета. Запад гибнет духовно. И это сегодня признали все. Духовно же гибнущий мир, как правило, не интересуется реальной жизнью, а только потусторонней, существующей только в человеческом воображении, но который, тем не менее, является лишь перевернутым пониманием реальной жизни и следствием ее преобразования в сознании. В таком обществе люди утешаются только мифами, надеясь, что будет отсрочено их существование. Другой картины мы сейчас нигде не наблюдаем.
Поэтому западный мир  усиленно производит мифы, питающие  людей. Они сами уже превращаются в мифы. Люди же,  раз материально они насыщены, лишь отталкиваются от этого мира и бессознательно ищут иные способы выражения, являющиеся уже нематериальными. Страх же смерти есть лишь боязнь, преследующая каждого в этом искусственном мире с угрозой разрушить его и лишить человека иллюзии эгоистического блаженства. Парадокс состоит в том, что материально завершенный мир полностью порабощает человека материально, и он развивается по материальным законам, еще не осознавая свое происхождение и воображая себя суверенным. Тем не менее, человек как духовное существо бессознательно стремится к своей человеческой сущности, отталкиваясь от своей материальности, телесности. В поисках ее этот дух человека устремляется в прошлое и создает будущее, отталкиваясь от настоящего. Очевидно, отталкиваясь от реальной жизни, порабощающей его своей низменностью, человек стремится лишь к идеальной жизни, в которой свобода ему представляется свободой духа, но обусловленной только деньгами. И это говорит о том, что даже сказочное богатство убивает дух познания, превратив его в голого потребителя, каким он является в реальной жизни и в то же время от чего и отталкивается, не находя в нем творческого удовлетворения. И наслаждения его так же оказываются лишь сиюминутными и иллюзорными.
Таким образом, человек не может освободиться от общества, поработившего его в вещных отношениях. Но деньги его как раз освобождают от этого, индивидуализируя его и отделяя его от общества и тем делая его одиноким. И человек свободен лишь постольку, поскольку он одинок. И мы не поняли одну неоспоримую вещь – одинокому человеку уже ничего не нужно. У него нет никакого стимула к деятельности. Поэтому он сосредоточен на деньгах как на своей единственной основе в этом мире. Именно таким образом человек через деньги уходит от действительности. И это характеризует владельца денег любого ранга. И этот человек инстинктивно стремится к превратности жизни и тем, сам того не сознавая, выворачивает жизнь наизнанку. И современный мир поэтому не предлагает человеку другую форму выполнения его личности, кроме иллюзорной в его стремлении к его собственному благу, в котором он как раз отчужден от реального мира в процессе его отделения от него. Ибо человеческое лицо капитализма создается деньгами, воспроизводящими эгоизм как единственную сущность человека в сознательном его отношении к жизни, за которым глубоко спрятана его общественная сущность и историческое происхождение. В этом смысле человек западного мира не имеет перспективу в иллюзорной духовной свободе и обречен на деградацию в сказочном богатстве. У запада нет никакой перспективы. И если люди окажутся на том уровне кризиса, на котором оказались люди бывшего советского общества, то они попросту самоистребятся и не выживут.  Ибо они еще приучены к трудностям, а советское государство людей не баловала и научила быть готовым ко всему. Там еще возможна война между государством и гражданами, а у нас нет.
У нас же люди озабочены не проблемами потусторонней жизни и освобождения духа от сует мирской, а, как раз наоборот, вполне жизненными задачами выживания. И это его заставляет духовно осваивать реальную жизнь, чтобы не только выжить. Сравните: средний гражданин США в среднем имеет доход 30-40 тыс. долларов на каждого работающего человека в год, а средний же  гражданин Казахстана немногим больше трех тысяч долларов. Это по официальной статистике, данные которой весьма сомнительны. В действительности средний уровень граждан Казахстана ниже этого уровня. Поэтому каждый казахстанец радуется «экономическому процветанию» своей страны, прибавкам к зарплате, пособиям, с надеждой смотрит на свое государство, безмолвно возмущаясь, если оно обманывает его. Словом, казахстанец живет каждодневными заботами существования, и у него попросту нет времени на подобного рода мечтания. И если даже он и мечтает, то только о вполне реальных вещах, которые могут осуществиться в реальной жизни, а не в потусторонней. И ради этого он борется. Жить ради потусторонней жизни, пожертвовав земной, – это характерно только средневековью, сжигавшего людей на костре инквизиции за отступления от веры. Но сегодня оно воспроизводится в самоубийствах не по велению бога, а кризисными ситуациями, ломающими судьбы людей и убивающими в них стремления к жизни. И саморазрушение обусловлено этими фактами. Сегодня их оправдывают «неизбежными издержками переходного периода», будто он имеет свой конец и завершится «разумным рынком». И я даже не знаю, как оценить подобную бесчеловечную философскую позицию.
Нами могут руководить только такого рода иллюзии, а не вера в потустороннюю жизнь. Мы верим, что, в конце концов, обогатимся как американцы. И в этом нет ничего предосудительного и тем более мифологического. Просто мы еще не понимаем, что этого мы достигнем другим путем – преодолев разобщенность и объединившись на новой основе.
Мы определяем общество исходя из того положения, в котором находится большинство членов общества. 30 процентов нищих, живущих в США, например ничего не значат по сравнению в среднем с обеспеченным населением, превышающего этот процент нищих в несколько раз. У нас, напротив, большинство населения поставлено в условия выживания. Поэтому рекламируемый призыв «стань миллионером» может быть созвучным только стремлению американца, для которого это вполне реально, тогда как для казахстанца — это просто миф, навязываемый на широкие слои населения состоятельными гражданами Казахстана.
Состоятельные, богатые люди в Казахстане составляют единицу, и их стремления поэтому не находят отклик в душах обездоленного населения. Казахстанца нужно освободить, прежде всего, от материальной необеспеченности, чтобы стремится к богатству и мечтать о райе, но не о потустороннем мире. Он не пожил еще как следует в этом мире, и материальная жизнь ему еще «не надоела». И они еще не хотят себя заморозить, как это делают миллиардеры.  Большинство населения здесь, поэтому, поставлено в условия выживания. И безденежье здесь охватывает все более широкие масштабы. И хотят этого или нет, именно в этой сфере люди вынуждены размышлять, искать пути и способы выхода. А богатый думает только о том, чтобы сохранять нажитое свое состояние, и он кровно заинтересован в сохранении выживания. Просто сам принцип его жизнедеятельности как денежной формы личности задает ему цель и направление деятельности.
Как видим, различия совсем не маленькие. И нам необходимо знать их, чтобы знать функцию денег, которая порабощает человечество, удерживая его на уровне материальных отношений и тем приковывая к потреблению, которые в действительности являются лишь предпосылкой для полного и свободного развития каждого человека – пространство развития человека, пока заполненное паразитическими структурами, блокирующими общественное развитие.

Кто сегодня чувствует себя хорошо?

Кто сегодня чувствует себя хорошо? Нищий, миллионер, министр или бомж? В условиях, где все рвется по швам и все ясно видят зияющую пустоту, все более растущую, усливается лишь ощущение смерти. Страх и боязнь становятся всеобщим состоянием. Почему?

Сложившаяся историческая ситуация требует кардинального измения подхода, соответствующего реальным изменениям, произходящим в действительности. А это значит, что прежние способы рассмотрения, устраивавшие социализм, здесь уже не пригодны. Социализм был государсвенной империей, а сегодня мы имеем дело с империей денег. А это разные эпохи, противоположные друг другу. Стало быть, применявшийся в прошлом социално-экномический и политический подходы уже стали вздорными, ложными. Даже государство сегодня является уже не государством, и культура, характеризовавший прошлый период, уже не является ею ни в советском смысле, ни в капиталистическом, и они требуют иного подхода. Совершенно ясно, миллиардер не тождествен капиталисту и имеет другое призвание, место рабочего как главной производитеьной категории заняла техника и теперешнее общество характеризуется безработицей. Что творил в мире фигура капиталиста и чем был наемный рабочий, об этом мы знаем благодаря исследованиям Маркса. А какие последствия мы имеем сегодня, когда капитализма в марксистском смысле уже нет, этого еще никто не знает. Одним словом, сегодня от прошлого не осталось ничего, кроме воспоминаний о нем. А жить воспоминаниями — значит ничего не знать и жить слепо.

  Мир переживает настоящие роды. Он действительно теперь застыл в ожидании великого чуда. И чудо это может представляться и страшилишем. В любом случае мир развивается в свою противоположность, отрицая себя как токового. И он уже не сохраниться в виде «рыночной экономики», хотя он может сохраняться неопределенное время в своем стихийном развитии.
Самый тяжелый процесс, переживаемый женщиной, это роды. Предродовые и родовые муки вынесет каждая здоровая женщина, она к этому подготовлена природой. Но, о которых она каждый раз забывает, увидев своего ребенка. Мужчине это состояние недоступно. И хотя каждая женщина, переживающая дискомфорт, до родов твердит, что больше рожать не будет, инстинкт оказывается сильным. Этот инстинкт есть инстинкт любви, заложенной в ней природой. И этот инстинкт в ходе исторического развития социализируется и психологизируется. И в итоге превращается в духовную силу. В период беременности психика женщины сильно меняется. К чему я об этом говорю? Причем здесь гинекология?
        В обществе тоже есть периоды беременности и родов. Периоды схваток и мучений. Да и духовные роды, известные пока только творческим людям, тоже не бывают блаженными в обществе. Современное общество как общество, как общество беременное будущим, себя должно сохранить от разрушений. Оно поэтому в период беременности озабочено только самосохранением. Никто даже понятие не имеет, что постсоветское пространство переживает страшные муки родов после распада социализма. У женщины родовые схватки могут продолжаться и три дня, и больше и меньше. А в обществе они занимают вообще больше времени. Историческое развитие измеряется не индивидуальными ощущениями. И никто этого еще не подсчитывал, ибо на этом уровне они еще попросту неизвестны.
      У женщины расстройства появляются уже через некоторое время беременности, и это состояние продолжается до самих родов. А после родов происходит полное обновление и очищение женщины, и в несколько раз прибавляются ее силы. Просто здесь все происходит сознательно. А вот в обществе все бессознательно. Социализм не строил и не порождал никакого коммунизма, а просто забеременел новым обществом и творил его в своей внутренней сущности, ограничивая внешние проявления жизни. А измерять общество просто сознанием индивидов, кому жарко, а кому холодно — это мистика, это абсурд. Это мне сегодня было грустно и тоскливо, а завтра я об этом забуду. Я сегодня голоден, а завтра сыт, и в зависимости от этого будет меняться и мое настроение. Так и миллионы людей. И общество никогда никому из них не угодит, если не будут общих порядков, нужных каждому. В любой ситуации людей любовь и внимание согревают. Они ими двигают. И у людей все чередуется. Они любят и ненавидят. Их нельзя насытить, чтобы они были довольны. Людям нужно духовное развитие и человеческие отношения. И они даже этого не осознают, хотя большинство людей живут в сходных ситуациях и переживают одно и то же состояние. И то, что мне лично нужно много денег, отнюдь не означает, что и обществу и тем более истории нужно именно они. И что и мир и его движения надо измерять через эту субъективную мерку.
       Все это, тем не менее, сейчас находятся в руках людей, в их сознании и подсознании. И люди, хорошо знающие физические роды, творческие роды, нравственные муки и эстетические наслаждения, не знают пока ничего о духовных родах, потрясающих сегодня все общество, парализуя его, давя на людей неким ожиданием и неутолимым чувством голода, хотя есть все: изобилие и т. д. Людям почему-то некомфортно. Они хотят все разрушить, их охватывает страх и ненависть перед рождением нового, перед надвигающимся неизвестным чудом.      
Оказывается, женщину охватывает ужас незадолго до родов, останавливается время, она вспоминает даже грехи, а в какой-то момент даже прощается с жизнью. Общество тоже почти вплотную подошло к концу света, и ему мерещится все что угодно, не воспринимаются реалии жизни, куда-то исчезла наука, испарились представления о культуре. И люди застыли в ожидании некоего чуда.
В этот период общество сохраняется только сильным государством. И все силы сосредоточиваются в государстве. Это только такие маленькие и незначительные страны, как Киргизия, Чечня могли совершать государственный переворот и менять своих президентов. И это совершал не народ, а центробежные силы в государстве. А государственные перевороты никогда ничего не решали. И никто из названных государств мыльными революциями до сих пор еще не решило никакую проблему коренной перестройки. Крупные страны этих переворотов не допустят. Ибо они слажены и собраны, и они всегда имеют достаточно сил, чтобы не допустить бунтов, прерывающих эту беременность и роды.

После того как в обществе произойдут роды, как предполагаю я, духовные, государства уже не будет нужно, и все защитные силы, стянутые для защиты плода, распускаются. И точно так же, как в организме женщины происходит обновление после родов, то же самое происходит и с обществом. Организм думает не о женщине, а о плоде, и все силы направляет на его развитие и благополучные роды. Это какую колоссальную силу имеет женщина, чтобы в себе носить и родить человека. Об этом можно узнать только в период беременности и родов. А наше общество идет к духовным родам. Социальную революцию история уже однажды пережила и уничтожила капитализм в постсоветском пространстве. И такой революции здесь уже больше не произойдет. Поэтому бунт — это просто разрушение, к тому же возбуждаемый теми же недовольными элементами, которые конкурируют друг другом и для этого пытаются используют народное движение, как бывало всегда в истории. Но этот трюк теперь уже не сработает, и историю ничто не повернет.
Это аналогия, сравнения индивидуального с социальным, духовного с материальны. Никто людей не принуждает изолироваться, разобщаться, чтобы каждый жил только за себя. И этого не написала природа на лбу каждого человека, и люди не обречены на то, чтобы навеки оставаться только конгломератами и просто единством механических соединении. И никогда не будет такого строя, чтобы миллионы изолированных и воюющих друг другом людей были счастливыми в бесчеловечном обществе. И если в Советском Союзе вообще люди были счастливы, то это было обусловлено солидарностью и товариществом, коллективизмом и приоритетом общественных интересов над индивидуальными. 
Сначала надо признать, что экономическое или денежное проявление человека существует объективно и является отношениями между людьми, их реальными жизненными связями и что тот факт, что люди обладают сознанием, отнюдь не означает,  что мы можем понять жизнь, исходя из сознания людей и их представлений. Сознание людей может быть и внешним сознанием, привязанным к внешнему миру, и социальным сознанием, привязанным к системе. Экономическое проявление жизни или денежные отношения – это не человеческие отношения, а общественные, сложившиеся исторически в многообразных формах проявления. А наше сознание лишь отражает это положение вещей. Здесь нет научного понимания, которое как раз отвлекается от чувственных данных и осмысливает общее, закономерное движение. Как это ни странно, сегодня и наука опустилась на этот уровень и буквально затерялась в психологии индивидов. Стоя же на этом индивидуальном уровне,  мы никогда не сможем понять, куда идет семья как социальный институт и отношения между полами и поколениями  и тем более общество и почему сегодня вдруг всех охватила «жажда любви» или «ненависть» наряду с жаждой денег. И мы будем только недоумевать, глядя друг на друга и, в особенности, на своих питомцев. И каждый сегодня имеет такое чувство, что мир идет неизвестно куда и чего мы ждем от этого развития и какого чуда. И людей будто подменили. Так неожиданно наступила рыночная эпоха для людей постсоветского пространства как чудовищная эпоха разрушения.
Но мы определяемся своим обществом и, как бы ни чувствовали себя свободными, мы всегда находимся под влиянием общественных отношений, даже если этого общества уже нет и оно ассоциируется с государством. В этом смысле нам нужно не сознание индивидов, т. е. не психология личности, а общественная теория – демографическая концепция, теория взаимоотношений между людьми, а не любовь как некий внеземной феномен, существующий только в нашем воображении.
Людьми управляет общество, манипулируя законами или деньгами. Деньги – последний рычаг, сохранившийся от старого, капиталистического общества, в которых принципы старого общества как бы аккумулированы и беспрерывно воспроизводятся, являясь жизненными взаимоотношениями между людьми. В связи с распадом общества, в настоящее время люди предоставлены себе,  своему разумению или невежеству, и им управляют деньги. И общество как таковое уже утратило способности к сознательному управлению людьми. И они учатся управлять собой сами. Здесь важно знать одно.
Общество само по себе — это абстракция. В основе общества лежит общественные принципы, которые усваиваются в первую очередь в семье и дальше совершенствуются и закрепляются обществом. «Управлять обществом» поэтому включает и семью. А в основе семьи лежит отношения полов и поколений, которые строились тысячелетиями и сохранялись моральным сознанием и обществом в целом. И думать, что мы можем управлять людьми и создавать разумное общество, не зная эти важнейшие сферы жизни, — значит жить слепо и ничего не понимать о нашей реальной жизни. И без каких-либо конкретных научных знаний об этих важнейших основах общества наши знания о человеке и обществе не стоят ничего и останутся пустыми мудрствованиями.
Становится новое общество, и оно требует уже новых знаний не только для того, чтобы понять современного человека, но и для того, чтобы сознательно создавать человеческое общество. Старые знания о старом обществе и его порядках уже никуда не годятся. Ситуация, сложившаяся сегодня, такова, что любой обречен на невежество, если он не знает свою семью, не понимает собственную жену и детей и тем более самого себя. Блистать своими знаниями о человеке, государстве, цивилизации, культуре и начале и конце света, значит просто философствовать впустую, ненужными никому потусторонними знаниями. Сегодня и наше общество, и люди как никогда нуждаются в конкретных знаниях о реальной человеческой жизни. И прагматическое сознание, отрицающее философские конструкций, складывается вовсе не случайно.
В историческом развитии человеческого общества такой запутанной ситуации в сфере непосредственных и конкретных связей людей, которая сложилась сегодня, еще никогда не была. В этом отношении страны постсоветского пространства особо отличились и заходят прямо в безвыходный тупик. И люди, кажется, впервые начинают познавать и понимать, что такое несчастье в истинном смысле этого слова, связанное именно с расстройством брачно-семейных отношений. Семейному идиллию явно приходит конец. И это расстраивает нас в самой глубокой нашей сущности. И мы поистине начинаем жить своими мечтаниями, иллюзиями, нередко даже выдавая их за реальность. Говорят, что настоящее счастье познается только в несчастии. Если несчастье становится всеобщим, то  не значит ли это, что уже близок и всеобщее счастье в человеческом смысле? Ведь до сих пор гонялись за счастьем в материальных отношениях, в которых счастье одних строилось на несчастии других. И так до сих пор развивалась история. Не означает ли эта всеобщая бедствие просто концом именно этого счастья, которое на самом деле было подлинным несчастьем для угнетенных и задавленных классов? Вот в чем суть. Должна же в этом уродливом отношении история когда-нибудь завершиться. И я не думаю, что то, что завершается, умирает красиво.
Сегодня даже нет смысла говорить, что семья и даже брак восстановятся в прежнем смысле и что люди еще будут жить, как жили их предки. Поэтому мы оказались в эпохе полной неизвестности.
И хотя жизнь стремительно очеловечивается и все становится «человеческим» в индивидуализации, в целом сохраняется прежний общественный взгляд, все сводящий к экономике и политике. Сегодня, вместе с тем, многие заняты, по существу говоря, «менеджментом и маркетингом», то есть продажей и куплей, что, естественно, не может не определять все самое тайное и интимное в нашей жизни.  Демографическая же наука, сохраняющаяся лишь формально, уже давно утратила способности к пониманию изменившейся реальности. И на изменившуюся ситуацию она смотрит по-прежнему. Она уже отбросило и то понятие общества, которое было создано в советском обществе, не восприняло и западного и вместе с тем не рассматривает общество и  как общества людей, а семью как конкретную форму общества. Деньги и кризис всех так запутали, что в хаосе человеку все труднее становится находить себя и противостоять окружающей действительности. Сами понятия «семья и брак» просто заменены «тендерными вопросами» и трактуются совершенно произвольно. Между тем даже в обыденном, здравом понимании демографические проблемы сегодня выдвигаются на передний план и настоятельно требуют анализа, причем не с привычных  позиций, а  именно с позиций развития человека. Ибо уже очевидно, что традиционная форма семьи, сложившаяся исторически и изначально приспособленная к экономике, хозяйству, за последнее время подверглась качественным изменениям и теперь разлагается, медленно приспосабливаясь к необходимости развития человека именно в денежных отношениях.

 

 Почему мир нам стал тесен?

Ныне никто не может отрицать, что человечество отягощено такими проблемами глобального масштаба, которые, если не решить их усилиями всех народов и стран в ближайшее время, могут грозить гибелью земной цивилизации. Сюда следует отнести и загрязнение окружающей среды, и энергетический и продовольственный кризисы, и сохраняющуюся угрозу термоядерной войны, и снижения уровня морали, и ослабление родственных и социальных связей. Поэтому ради сохранения жизни на земле сейчас чрезвычайно важно понять, что наша планета — это наш общий дом, защитить благополучие которого – дело всех людей, независимо от их политических и мировоззренческих позиций.
Наряду с реалистической оценкой сложившейся на планете ситуации и поисками реальных средств предотвращения угрозы катаклизма часто можно встретить сегодня и восприятие всего, чем страдает человечество, как предвестие надвигающегося конца света, предсказанного в древности пророками как «божьи знаки» или «божья кара» неминуемо надвигающейся катастрофы. Среди таких «знаков», как правило, называют засухи, землетрясения, ураганы, затмения Солнца и Луны и распространение различных болезней, особенно СПИДа. При этом, как правило, ссылаются на библейскую книгу Апокалипсис, или Откровение святого Иоанна Богослова, где содержится предсказание конца света и последнего, Страшного, суда божьего над грешным человечеством и где описывается, что бог посылает на землю семь ангелов с семью золотыми чащами, наполненными гневом божьим: «и когда вылил первый ангел свою чащу, сделались жестокие и отвратительные гнойные раны на людях» и так далее. 

 И насколько все это серьезно и насколько в них содержится заблуждение, обусловленное, в частности, ограниченностью научного познания, — обо всем этом я подробно рассказываю на протяжении своей работы. Но, как уже было сказано, все скрыто именно в самом человеке и в трудностях его становления в эпоху неограниченного господства денег над людьми.
Является общепризнанным мнением,  что в нашу эпоху человек сам для себя остается тайной, хотя он постиг глубинные тайны окружающего его мира. Поэтому о себе самом он создает иллюзий, которым часто сам не верит, но, тем не менее, следует. Отсюда делают выводы, что сократовское «познай самого себя» для современного человека является актуальным. Может быть, такова она и есть, и человек действительно познает окружающий его мир в себе самом и через себя. Именно об этом говорил Кант, когда он создавал «вещи в нас». По Канту, «вещи в нас» — это наше сознание, духовный мир, «вещи же вне нас» -  внешний мир. Кант сомневался в исчерпывающем познании мира «вне нас», настаивал на познании человеком только своего внутреннего содержания. И для него было первостепенным развитие «вещи в нас» Но развитие истории показало обратное, и человек, напротив, глубоко проник во многие тайны мироздания и овладел многими его законами. Тем самым он подчинил своей власти силы природы, создал высокую технологию. А вот сам сегодня не на шутку озадачен и стоит перед выбором: как ему быть, как ему использовать то богатство, которое уже создано и называется «сказочным богатством»? Я бы даже сказал, он в смятении, растерян, и уже не знает, что делать с этим богатством, как его распределять, потреблять. Распределение для него стало поистине неразрешимой проблемой именно в этот момент, когда он создал изобилие, о котором мечтал тысячелетиями.
Но разве смысл жизни человека сведен только к потреблению, потреблению, в котором стремления к неограниченному потреблению уже превращается в голое потребление и неприкрыто опустошает каждого и где одно только «удовольствие» или «погоня за наслаждениями», лишенные разумности, становятся образом жизни для современного вполне цивилизованного человека? И он даже не подозревает, что именно «голое потребление» сделало его нездоровым, больным, подчинив все его духовное, человеческое существо внешним проявлениям жизни. Разве внешние, телесные потребности современного человека не поработили его самого их многообразным ростом, не имеющим границы?
Что стал с духом человека в эпоху глобальных перемен, что стало с его возвышенными чувствами, с его творчеством и высоким полетом мыслей,  окрыляющих его? Куда его ведут его ненасытные потребности и влечения? Почему в нашу эпоху человек мельчает, ограничивая себя внешним выражением жизни, голым потреблением?
Мысль о человеке сегодня звучит далеко не однозначно. Мы все лишь чувствуем себя человеком, но еще не знаем, как им стать в мире, в котором над нами неограниченно господствуют деньги. И это парадокс нашей жизни. И, на мой взгляд, об этом сегодня задумывается каждый человек, хотя, может быть, не каждый отдает себе отчет.    
Мир, в котором мы живем, можно было бы называть миром вещей — «товарным миром», «миром денег». Ученые же наш век называют совершенно другими словами: «космос», «индустрия», «информация», «атом». А сегодня придумали еще «электронный мир». И у меня складывается такое впечатление, что способностью к развитию обладают не люди, создающие для себя их, а именно эти обезличенные «миры», стоящие над людьми. А другую ориентацию современное общество не дает. Имеет ли смысл отрицать эти очевидные факты нашей жизни, приносящие нам только блага? Но при всем нашем желании они не являются человеческими фактами, и эти «миры» нам не объясняют, почему люди выживают, а во многих странах даже бедствуют при наличии самой высокой техники. Они скрыты именно в «товарном мире», а еще точнее, в деньгах. Ни один из названных «миров» не является «собственно человеческим миром». А люди должны найти этот мир, мир человеческий, чтобы они могли очеловечиться и отделить себя от вещей, обезличивающих их и вместо них обладая индивидуальностью.
Я пережил одиночество, проходил через страдания и унижения, прежде чем смог понять самую глубокую суть этого положения вещей и осознать, что все творения человека, все создаваемое им богатство сегодня впервые выступают не просто в их вещной форме как сумма стоимостей или потребительных стоимостей, а как деньги. Деньги — вот в чем находит свое завершение товарный мир. Капитализм, начавшийся к концу средних веков с первоначального накопления денег, которое превращалось в капитал, завершает свое развитие и прекращает свое существование, когда товарный мир находит свой предел в деньгах. Кто бы мог себе представить, какую глубокую тайну в себе скрывает это знакомое каждому с детства понятие — «деньги». И еще более удивительно, когда мы вдруг обнаруживаем, что эта тайна скрыта глубоко в сознании человека – в наших взаимных отношениях друг с другом. И уж никому и в голову не придет, что именно деньги своеобразным образом «формируют» человеческую личность, впервые индивидуализируя его.
Маркс интересовался только обществом. Для Маркса «клетчаткой» всего общества был товар, в котором было синтезировано все богатство мира и что составляло основу всего сущего в общественном мире. Ибо все самые поразительные свойства этого мира состояли в том, что все его предметы и явления, включая и самого человека, могли завоевать себе право на жизнь, на существование, на развитие, только превращаясь в товар. И ничего не оставалось в мире, что бы не превращался в товар и не получал товарную оценку. Когда в западном мире появилось товарное производство, стремительно развивавшееся в 18 веке, то весь мир был перевернут наизнанку и предстал в новом облике, в котором беспрерывное изменение и беспрерывное развитие впервые стали неотъемлемым атрибутом развития мира.
Но с тех пор утекло много воды, и мир уже забыл не только Адама Смита, но и самого Маркса, открывшего все свойства товара. И теперь нас интересуют только деньги. И не каждый знает, что сегодня только в них аккумулировано все богатство мира. Впервые деньги становятся всеобщим богатством, неограниченно господствующим над людьми. Действительно, «богатство как таковое» в истории впервые сложилось в непосредственно воспринимаемом конкретном виде. И люди сегодня его носят в своих карманах. И что самое интересное, люди уже сами не знают, зачем им хочется все превращать в деньги.  И зачем весь смысл нашей жизни сведен к «деланию денег»? Прислушайтесь к окружающему вас миру, и вы увидите, что денег не хватает не только вам, но всем, особенно государству. И чем больше их не хватает, тем глубже мы размышляем. И парадокс состоит не в том, что их нет, а в том, что они не осваиваются, не используются так, как нужно было бы, чтобы деньги созидали. А люди их попросту «поедают». И наша жизнь, неожиданно оказавшаяся в полной зависимости от денег, разваливается в полном соответствии с самоликвидацией денег, т. е. с их беспрерывным обесценением, что на нашем обычном языке называют «инфляцией», «девальвацией» и т. д. Что же здесь происходит, почему в деньгах весь мир ополчился против человека и неприкрыто стремится его уничтожить? И почему мы не видим именно этого, а только деньги и их движение?
Товар существовал для общества и определялся производством как общественное богатство, а деньги были лишь всеобщим эквивалентом товаров, и они обслуживали производство, распределение, потребление. Для общества всегда важно было производить и создавать богатство. А теперь все сложилось наоборот, и те же самые деньги стали вдруг властелином мира, а мы все – рабами денег. Это, казалось бы, уже не человеческое рабство, а какое-то нечеловеческое, рабство, которому нет сравнения. Разве когда-нибудь было так, чтобы миллионер вдруг стал нищим, а нищий становился миллионером? И чтобы несметное число людей было порабощено наркотиками, алкоголю, собственными страстями? И денег стало так много, что «делать деньги из денег» становится основным принципом нашей жизни. Разве не поразительно, что даже наше общество (вся постсоветское общество) все свое богатство променяло на деньги, и жажда денег парализовала все общество настолько основательно, что мы даже до сих пор не знаем, что вдруг с нами произошло, когда социализм распался и когда наше общество по кирпичикам было разобрано и продано. И заводы, и фабрики. И в кратчайший срок их место заняли торговые и развлекательные центры. Разве это не парадоксально. Они вдруг стали нам не нужны. И это было самым уникальным событием в нашей жизни, оглушившим всех.  Что вдруг произошло? Что стряслось? Никто даже понятия не имел. И все разом заговорили «о роковой ошибке» истории. И, как это ни странно, это объяснение всем понравилось.
И с тех пор человек в деньгах желает обладать всем миром и подчинить его своей власти. Заметьте, человек в обличии денег! Он нищий,  он миллионер, он миллиардер, и ему безразлично, даже если на земле происходит потоп, лишь бы сохранился сам. И он стремится сохранить мир только для самого себя, безжалостно устраняя все другое, что мешает его этому желанию. И так каждый человек. И почему именно человеку, облеченному в деньги, вдруг доверили весь мир и предоставили его произволу все общество? Почему именно владелец денег манипулирует всем миром? Ведь это же не обычный случай в эпоху культурного развития человеческого общества, в эпоху высоких технологий. В эпоху средневековья для помещика было небезразлично, что происходит с его крепостными крестьянами, и хотя  он манипулировал ими, чтобы ему одному жилось лучше, присваивая труд крестьянина, но он их все же сохранял, позволял им иметь семью, размножаться. И этот произвол, сочетавшийся с церковным засильем, составлял содержания этой эпохи. Но, в конце концов, товарные отношения это упорядочили. А у нас в денежных отношениях происходит нечто невообразимое, непостижимое – в погоне за деньгами все рушится. И каждый человек становится одиноким в полном смысле этого слова. И разрушают все люди, овладевшие деньгами и «по воле Бога» ставшие миллионерами и миллиардерами. Разрушают ради денег. И началась невиданная до этого война между людьми различных рангов, которую просто назвали красивым словом «конкуренция».
И с того времени началась бешеная погоня за деньгами. Ведь в товарную форму облачались вещи, и общество стремилось увеличивать производительность труда, даже подавляя людей, а человек как товар был просто производителем, продавал капиталисту только свою рабочую силу, а во всем другом он оставался человеком. А сегодня все происходит наоборот, и на основе падения производительности труда и вообще распада экономики мы настолько превращаемся в деньги, что в нас не остается ничего человеческого. И удивительно, что мы все живем, даже не подозревая об этом как о всеобщем явлении!
Вот откуда могущество денег. 
И после этого надо знать, насколько история упростила всю задачу, впервые превратив все отношения между людьми из товарных отношений в денежные и всего богатства — в деньги. Как вы думаете, сколько люди еще смогут прожить на белом свете в рамках денежных отношений, если за предыдущие два десятилетия они уже оказались в полной нищете и уже живут в «хаосе»? Предположим, что старшее поколение как-нибудь доживет свой век. А молодое?
По-моему, человечество зашло не в тупик, а просто озадачено. История поставила человечество перед выбором: или деньги, или человек, или в скором времени деньги действительно уничтожат людей, или люди уничтожат деньги. Одно из двух. Действительно, история все подвела к этому и именно поэтому все дальнейшее возложила на людей, на их сознание, разум, самосознание. И если мы поглубже заглянем в наш мир, то в этом убедимся: мы деградируем под влиянием неограниченной власти денег над собой, воспринимая силу денег  Немировой силой и бессознательно  поклоняясь их могуществу как необходимости. Раньше классы давили друг на друга, государство давило на людей, и общество на этой основе создавало богатство, а теперь деньги давят на всех, и это отражается как неумолимый распад, а его результат – рост всеобщего обнищания. Причем само понятие «обнищание» никак не согласуется с тем, что мы наблюдаем в реальной жизни: нас окружает чрезвычайное изобилие вещей. Но поскольку деньги находятся в карманах каждого человека, то мы на каждого и смотрим, обвиняя его во всех грехах, будто человек сильнее денег – этой могущественной исторической силы. Напротив, необходимо предположить, что разум человека уже достаточно окреп для того, чтобы раскрыть тайну этой силы, скрытой, прежде всего, в его психологии — душе. И его на это надо направлять. . 
А теперь вспомним, в чем состояла историческая задача, возложенная на социализм: социалистическое движение должно было уничтожить капитал и тем освободить людей от власти товарных отношений. Для социализма не существовало понятия личности. Для него важными были понятия наемный труд и капитал. И он освобождал не человека, а труд. А потому и возвеличивал человека труда.
Но ведь никто не знал, как это происходило на самом деле, и каким именно образом люди освобождались от товарных отношений. В действительности же, под строгим контролем государства, социализм попросту разложил капитал (капиталистический способ производства) и тем, в конце концов, свернул производство, основанное на товарных отношениях. И это произошло не сразу, а на всем протяжении социализма.
Тот факт, что было создано социалистическое производство, отнюдь не означало, что был уничтожен капиталистический способ производства. Не надо забывать, что в основе капитализма лежит наемный труд. И тот факт, что владельцем средств производства стало государство, отнюдь не означает, что капитализм уничтожен. Таким образом социализм просто обуздал капитал и наемный труд и их поставил просто в подчинение государству – абстрактной системе. Они были просто под контролем этой системы и регулировались ее механизмами. Но сознание наемного труда и собственнические отношения сохранялись в сознании людей. Поэтому на протяжении всего своего существования социализм просто разлагал этот способ производства как базиса капитализма. Именно этим он человека из капиталиста и наемного рабочего превращал во владельца денег, чтобы потом, освободив его от денег неизвестным нам образом, превратить его наконец в личность.
И отсюда только можно понять, какова здесь роль денег. Именно поэтому здесь возросла роль государства и ее функция по обузданию сил, противодействующих этому движению.  И социализм сошел со сцены истории, полностью развалив общество и тем миллионы людей предоставив хаосу и произволу владельцев денег.
Неповторимый и уникальный случай в истории – производство с незапамятных времен работало на экономических законах, и никогда оно не производило блага в современном его смысле. Когда социализм распался, от капитализма уже ничего не осталось, кроме воспоминаний о нем и денег, которые уже перестали работать как экономическая категория и устремлялись только в руки людей. Деньги как последний атрибут капитализма по своим внешним проявлениям. И мы в этой работе увидим, что в стихийном развитии деньги в руках людей  «самоликвидируются». А на этой основе и система, основанная на самоликвидации денег, расстраивается, и что человечество, наконец, вступит в человеческое общество, обуздав власть денег над людьми.
Я не знаю, сколько денег попало в руки людей в период «кредитного бума». Во всяком случае, это огромный объем денег, на котором могло бы процветать общественное производство всего постсоветского пространства и люди могли бы жить богато. Но все они бесследно исчезли в качестве потребительной стоимости, то есть просто были потреблены.
И это — последняя акция истории, свидетельствующая, что мы находимся на стадии этого реального превращения, в котором бессознательно становится человеческое общество, а экономическое гибнет, превращаясь «в общество свободного потребления».
Социализм производил не стоимости, а просто потребительные стоимости, блага. Дома строились для людей, заводы и фабрики работали для нужд народа. И это благо было лишь предметом потребления, рост которого действительно освобождал людей от непосредственных материальных забот и позволял им мечтать, создавать идеальные конструкции будущего. Потом, когда экономические (товарные) отношения разложились и после общественного поворота деньги оказались в руках людей, происходило все самое неожиданное. Одни стали сразу богатеть, а другие сразу обеднели, и инфляция, как тень, стала нас преследовать неотступно, тем самым, воочию нам показывая, в каком пространстве мы оказались. И наше общество до сих пор не может оправиться и обуздать ее. И теперь мы начинаем смутно осознавать, что мы боремся с многоголовым огнедышащим драконом. И сегодня чувствует каждый, что мы сразу опустились на уровень средневековья. Цены сводят людей с ума уже на мировом рынке, расшатывая весь мир. А с нами они просто играют, будто с наивными, глупыми детьми. И такого, чтобы столь неприкрыто деньги манипулировали людьми, история еще не знает. Что здесь происходит, почему участились кризисы и почему человек все больше убеждается, что он приближается к своему концу?
С этого момента деньги уже перестали двигать развитием общества и создавать прекрасные представления о будущем. С этого момента, следовательно, деньги, облекая своей кровью и плотью людей, двигают только людьми и именно этим дают каждому определенную ориентацию, образуя опору индивидуального сознания, благодаря чему отдельные люди обогащаются, быстро овладев тайнами «делания денег», а отдельные попросту нищают и деградируют, не умея их делать. И здесь впервые на передний план выходит стремление «обогатиться», которое охватывает каждого. Результат же всего этого – распад общества. Но ведь «каждый» — это не общество, а отдельные люди, и «личный успех» — не интересы общества. Мы имеем дело с интересами индивидов. А кто же такой владелец денег? Миллионер? Миллиардер? Социальные структуры, экономические формы?
И что интересно, об обществе здесь никто не думает. И поэтому  кризис сегодня впервые является «кризисом человеческого фактора», обусловленного тем, что впервые бесчеловечность неприкрыто становится правилом нашей жизни. И она неприкрыто «благословляется» всей организацией «рыночного общества». А против освященного, как известно,  не выступают. И оно стало необходимостью только на фоне разрушения как выражения гибели старого мира. Но какую тайну это положение человека в себе скрывает с исторической точки зрения? Именно об этом люди до сих пор еще не задумывались.


2. Психология денег или куда ведет человека его разум?


Мы привыкли говорить о сознании человека, о психологии личности, о разуме, интеллекте и т. д. А вот о денежном сознании как о реальном мировоззрении мы не знаем ничего. Мы говорим об идеях, мыслях и чувствах без их материальных источников. А что касается своего собственного сознания и о его происхождении, то о нем мы вообще не знаем ничего и живем совершенно бессознательно. И это оправдано для определенных эпох, когда деньги действительно не имели влияния на людей, находясь в руках господствующих слоев и групп общества (меньшинства). Поэтому и погоня за богатством было характеристикой классовой. Сегодня дело обстоит уже по-другому, и денежное психология сложилось как всеобщее сознание. И отсюда, с переходом денег в руки людей, начинается новая эпоха — «эра денег».
Когда деньги оказались в руках миллионов людей, и само общество всего ждало от деятельности этих людей, то большинство попросту было брошено на произвол судьбы, а общество в целом попало под стихию мирового рынка. Ведь в советском обществе людей учили не деньги делать, а трудиться и потреблять. А США и другие страны Запада этим занимались с пеленки. Поэтому вместо того, чтобы перестроиться по западным моделям, мы, напротив, неожиданно оказались на почве иностранного капитала. Тем самым неожиданно превратились в «иностранцев». А иностранному капиталу выгодно превратить нас в своих рабов, и не как-нибудь иначе, а именно через деньги. Тем самым мировая рыночная стихия нас обескровила. И теперь мы всему миру выплачиваем дорогую цену только за то, что они организовывают нашу расстроенную общественную систему на «рыночный лад».
Поэтому нашу психологию уже вполне можно называть денежной психологией. И это уже не экономический человек (не производитель), а денежный – денежная форма личности. Так определяю его я. Но именно она столь же естественно станет, по моему убеждению, человеческой психологией с устранением денег. И вся мировая история подводит именно к этому, свернув производство у нас и превратив нас в пространство развития человека. А мы растворились в деньгах и в «потреблении». Мы прямо превратились в деньги. Вот что я доказываю в своей работе. Причем, как это ни странно, именно через это реальную жизнь на земле мы уже изображаем «адом», а идеальную на том свете, существующую и создающуюся только в нашем воображении, – «раем». Отталкиваясь от уродливой жизни, на почве иностранных денег мы фантазируем о некой прекрасной демократической жизни, которую мы опять же представляем По-западу. А свою жизнь мы не понимаем. Мы хотим стать капиталистами! И все!

Стало быть, стремясь стать капиталистами, мы оказались в условиях, когда сама человеческая жизнь вдруг для нас, в рамках денег, уже становится поистине недосягаемой. И для бедных, и для богатых в полном смысле этого слова. Даже мораль предыдущих поколений, нравственность, дававшие каждому облик человека, становятся недоступными. И это говорит лишь о том, что мы лишь стремимся к лучшей жизни, но еще не знаем, как ее создать в человеческом облике, когда нашим обликом являются деньги. И отсюда не удивительно, что мы не имеем даже элементарного понятия, куда идет наш мир и что нас ждет впереди, если учесть, что мы идем «к эре денег» и желаем быть таким, как западные капиталисты. И вот мы и являемся жертвами собственных иллюзий. Поэтому у нас и говорят, «пойдем туда, куда и капитализм и куда нас ведут деньги, а туда, куда нам хочется, мы не сможем пойти, так как на нашем пути непреодолимым барьером встали деньги». Отсюда и судите, насколько нас ослепили деньги, ставшие вдруг смыслом нашей жизни. В деньгах наша жизнь превратилась в своеобразную опасную игру, на каждом шагу угрожающую нам, игру, в первую очередь обесценившую самого человека, человека, которого в советском обществе возвеличивали как труженика.
Куда же теперь ведет человека его разум?  Даже общественный поворот, вывернувший нашу жизнь наизнанку, рассматривался не иначе, как через сознание людей и их волю, в то время как речь шла о деньгах, попадавших в этот момент как раз в руки людей и определявших и их сознание, и их влечения, и волю, а не наоборот.  Деньги им дали колоссальную энергию разрушения. Так бессознательно осуществлялось необходимость разрушения старого общества. И по сегодняшний день мы взираем с изумлением на действия владельцев денег, политиков, государственных деятелей, звезд, приписывая все их сознанию, будто Путин или Назарбаев способны относиться разумно к людям и к деньгам, а не сами люди, являющиеся владельцами этих денег. И по сей причине ни одна программа, не учитывавшая это, не работала до сих пор. И мы себя успокаиваем мифами: в конце концов, человек образумится. И голова владельца денег просветлеет, поумнеют и президенты. Сядет когда-нибудь на трон умный король, и он изменит весь мир. И вот таким образом у нас овладевали способностями и самыми хитрыми приемами создания мифов.
Таким образом, общество впервые оказалось перед необходимостью раскрыть тайны денег, чтобы раскрыть тайну своего существования в современном мире, называемого информационным и в то же время и рыночным. Мы, в конце концов, приходим к такому положению, когда должны раскрыть тайну самого человека, отбросив всякие другие представления, мешающие этому, и познать общество в человеке. И мы с удивлением узнаем, что здесь главную роль играют деньги как облик человека. Поэтому и марксизм, и ленинизм, исходившие из общества и общественных отношений, стали нам не нужны. Просто общество действительно впервые становится обществом людей, людей свободных, но еще изолированных, разобщенных.
Для Маркса понятия «деятельность людей», «индивидуальное развитие», «массовое потребление», «массовое сознание», «благо» и т. д. не имели значения. Для нас же, напротив, уже утратили смысл «общественно-экономические отношения», «способ производства», «производственные отношения» и т. д., установленные им. Мы просто мыслим деньгами как межчеловеческими отношениями. И именно смысл этого коренного исторического изменения еще не раскрыт.
С другой стороны, сама деятельность людей, на которой основана жизнь нашего общества, определяется не их сознанием и волей, а организацией общества, но основанной уже на деньгах. Стало быть, здесь главную роль играют деньги. Но деньги, находящиеся в руках людей. Но поскольку деньги находятся не только в руках людей, но и в обществе, то должна быть установлена и роль этих денег в нашем общественном развитии. А разве тот факт, что их роль установил Маркс, не имеет отношение к нашему времени и «общественные деньги» не связаны с «деньгами в руках людей»? При этом мы должны помнить, что в общественной форме мы имеем дело не с такими деньгами, которые способны работать вне людей и на людей, как в капиталистическом обществе. Деньги «работают» только в руках людей, и общественные деньги устремлены к ним. И они у нас приводят в движение только людей, а не общества. Именно этот принцип у нас работает как закон, а потому разрушения объективны. Человек, стремящийся к своему собственному благу, не может заботиться о целом обществе. Это исключено, если стремления людей не совпадают с объективными интересами общества. Эту функцию всегда выполняло общество, а в советское время — государство.  Сегодня и государство озабочено собой, оказавшись на почве этих денег и в силу них перейдя на индивидуальные механизмы развития. И в этой необычной ситуации и для него высшим законом становятся деньги, называемые у нас налогами.
Денежная психология — это наша психология, сознание каждого человека. Эту психологию формирует общество как психологию каждого человека, обосновывая это западом, а в семье мы закладываем основу этой психологии каждому ребенку. И куда же мы после этого пойдем? Если у нас до сих пор нет критического отношения к основанию своей жизни.
Отдельные люди сегодня могут прожить и своим собственным трудом, так или иначе, осуществляя себя в индивидуальной деятельности. Но нас здесь интересует не то, как отдельные люди живут, а то, к чему они стремятся и как разваливается общество, основанное на их стремлениях. Здесь основным принципом становится принцип «делать деньги» — то, с чем связаны самые поразительные превратности нашей жизни, неприкрыто и вполне законно разрушающие и парализующие ее. Представьте себе, какую форму сегодня приняли коррупция, протекционизм, преступность, проституция, наркобизнес и вымогательства. А что можно говорить о спекуляции, которая возведена в ранг закона? Взятка, использование служебного положения стали нормами. Нажива, обман, мошенничества становятся инструментом обогащения. Беспринципность, амбиций, личный успех становятся движущими силами. И люди свободно делают деньги. И общество, открывшее простор для свободной деятельности индивидов, в первую очередь открыло простор именно для этого принципа, и об этом сегодня мало кто задумывается, связывая все это с волей и сознанием индивидов. И теперь общество, повернувшееся таким образом к человеку и основывающееся на его свободной деятельности, всего как бы ждет от его самоосуществления, сознательного отношения, разумности, даже не подозревая, что здесь произошло и что в обществе с людьми все происходит как раз наоборот.
Однако каким бы этот поворот  и его последствия ни были, именно этот поворот к человеку вызвал к жизни глубокие изменения и поставил человечество перед выбором, по-настоящему озадачив его. Для чего же разделили все богатства общества между людьми? Только ли ради того, чтобы «построить» «рыночное общество» на западный лад»? Что стоит за этим вопросом?
В самом начале предполагали, что люди, разъединившиеся распадом и жившие каждый за себя, объединятся и со временем создадут крупное производство, образующее экономическую основу нашей жизни, образуются классы на лад западной системы. Но не поняли самое главное. Именно такие крупные объединения людей, созданные социализмом, распались, именно не отвечая индивидуальным стремлениям людей, которые уже не удовлетворялись социалистическими стимулами. А сегодня они разлагаются и на Западе, именно противореча этим стремлениям людей. Человек уже не хочет старых форм объединений, но еще не знает и новых форм, к которым он идет бессознательно, стремиться, бессознательно разрушая собственную основу.
На предыдущем этапе истории людей объединяли не деньги, а капитал, капитал сплотил их в классы: рабочих, капиталистов, интеллигенцию, крестьян и т. д. У нас же, обобществив средства производства, капитал разложили. А стало быть, разложили и классы. Раз так, то деньги, накапливавшиеся в руках отдельных людей уже в советском обществе и служившие в основном средством потребления, уже не могли быть применены как капитал. Напротив, объективная роль этих денег после общественного поворота состояла именно в том, чтобы разъединить людей, а вместе с ними и саму общественную систему, основанную теперь на этих деньгах.
Это говорит о том, что исторически мы имеем дело с уникальным случаем: основу общества впервые образовали деньги, которые работают только в руках людей. И это — объективное положение вещей, не придуманное никем. Весь смысл социализма состоит, стало быть, в том, что он своеобразным образом экономические отношения (производства) заменил денежными и тем подрубил корни капитализма, заменив экономические законы на время государственной властью. Тем самым впервые в истории социализм человека отделил от капитала при помощи государства и государственного управления. Но если все произошло так и деньги стали господствующей силой, то кто должен обуздать их власть? Сами люди или государство? Это очень серьезный вопрос. Ибо деньги, являющиеся обликом личности, уже не являются экономической категорией. И, как мы увидим дальше, и государство бессильно против них.
Сказанное означает, что основу общества впервые образовали  денежные отношения (не экономические). А поскольку деньги в основном находятся в руках людей и вообще устремляются к ним, то общественные отношения были заменены индивидуальными. Стало быть, и общество индивидуализируется.  вместе с ним и государство оказывается в руках людей. Если государство в советском обществе работало как система и подчинялась общественным механизмам развития, то теперь и оно индивидуализируется и работает на интересы индивидов. И поскольку в капиталистическом обществе государство вообще работало на интересы избранного меньшинства, то и здесь оно продолжает работать так же, хотя избранного меньшинства (элита) здесь уже не должно быть. Отсюда оно подчиняется индивидуальным механизмам. Отсюда непосредственная зависимость общества от людей и их деятельности. И здесь наше сознание не может не повернуться к человеку, и государство уже не может оставаться таким. И люди должны повернуть к обществу силу государства, если хотят выжить и развиваться дальше на новой основе. А значит, и  люди уже не могут оставаться в изолированности и должны объединиться, раз они изолировались самим распадом и он был необходимостью именно как распад старых отношений, ранее объединявших людей. Ведь даже брачно-семейные отношения, бывшие на протяжении столетий прочными, сегодня оказались зыбкими и на денежных отношениях стали разваливаться, лишаясь способности к самовозобновлению.

 

Аватар пользователя va

Уважаемый админ! Уже больше недели реклама Ролекса мирно пасется на Альтернативах. Уберите ее отсюда или переведите ее на сайты олигархов и высших светских и духовных вельмож!!! По любому этой рекламе тут нечего делать!!!

Революционная ситуация или куда устремлена история



Если мир действительно меняется, то непременно наше сознание заменится новым. И мы станем друим, оказавшись в другом пространстве. Но новое сознание придет не само по себе. Как и новый мир не придет по щучьему велению. И люди останутся пребывать в темноте до скончания своих веков, если не задумаются, что мир движется и не может когда-нибудь остановиться на чем-нибудь. Много людей в наше время носятся своими идеями, унаследованными от прошлого. Но как разрознена жизнь и как люди в ней разобщены, так же и их идеи. Мы живем в удивительно едином и целостном мире, расщепленном только нашим анализом и который должен синтезироваться только  нашим мышлением. Мы вступили в эпоху, когда людей должны объединять идеи, дух и их стремления к человечности, противодействующие произволу. И ничто другое этого мира интегрировать уже не может, раз мир расщеплен нашими стремлениями. Другого пути не дано. Поэтому учиться новому надо будет каждому, кто желает обрести новое сознание. На пути нашего общества к его будущему нет совершенно ничего, кроме невежества.


Моя концепция от других отличается тем, что прежде, чем приступить к изучению реальной жизни, я долгое время изучал и разрабатывал точку зрения будущего, ни на минуту не отрываясь от действительности. А потому моя первая книга вышла под названием «Настоящее с точки зрения будущего». Как же я сформулировал это будущее, в то время когда оно исчезало, а марксизм-ленинизм отбрасывали на свалку. Марксизм я не отбросил. Из марксизма я, наоборот, взял все его рациональное зерно, очистив его от преходящих форм, из социализма взял все лучшее и те элементы, из которых вырастет будущее. В марксизме я понял его диалектический метод, и в исследовании применял его во всей области, которую я изучал. Приенял — значит искал, как искал Маркс. Вот и все предпосылки. И, разумеется, постепенно я пересмотрел всю предыдущую историю.


Чтобы показать, что жизнь в обществе обновляется и устремлена к будущему, надо, прежде всего, ясно показать, как она распадается и почему. Мы жизнь общества, а вместе с ним и свою, видим превратно, в состоянии разрушения, за которым скрыты содержательные процессы. Мы никогда не увидим в обществе обновления, если даже почувствуем, что оно должно обновиться. И это останется просто интуицией, предчувствием чего-то. И если бы новое пявлялось в образе старого, то мы его узнали бы. Но поскольку оно появляет как результат трудного превращения настооящего в будущее как переход в свою противоположность, то все переворачивается и пявляется новая реальность, уничтожающая старую форму.
Ни одно общество нсторически не обновлялась, а лишь качественно изменялось, разложив старые структуры. И обновление выражалось в создании нового содердания. И этот процесс всегда развивался диалектически. Поэтому мы никогда не знаем и не можем знать, почему распадается и разрушается мир, если не знаем объективное направление его развития и куда он устремлен. В этом смысле само понятие «к разумному рынку», «модернизация» — это абсурд. Я говорю «мир», а не запад и восток, и что мир уже выходит за рамки настоящего, разлагая капиталистическую систему и соответствующего ему способа мышления. Тем более если наши представления ограничены нашим собственным узким миром, который именно и разрушается, чтобы выйти на свободные просторы познания. Ведь кричат миллионы людей, потому что расстраивается их прежняя жизнь и собственнические представления. Ведь суть состоит именно в том, что наше сознание упорно не желает воспринять распад объективно, и его рассматривает просто результатом волюнтаризма, субъективизма и политического произвола. И я говорю не о обывателях.


Именно распада без обновления нет и быть не может. Распад и созидание – неразрывные стороны единого целого. В философии оно называется распаданием единого на противоположные стороны или раздвоением вещи. И наше сознание, плавающее на поверхности, к этому не имеет отношение и остается прикованным к распаду. И это поверхностное сознание может осознать лишь то, что происходит, с одной стороны, в реальной жизни, и с другой — и в нашей духовной сущности. Ясно, негативное восприятие жизни отсюда связано только с процессами распада, давящими на людей. А взгляд людей – это не научное познание. Здесь нужно точка зрения общества, на которую нужно подняться, отодвинув индивидуальную. И нас сейчас совершенно не интересует, как данная система интерпретируется, как она одними защищается, а другими отвергается, вызывают они в людях, в людях конкретных, боль или страдания или кого-то радуют. И к этой жизни мы уже не можем подходить, как Жан-Жак Руссо, который «золотой век» видел в прошлом, а в настоящем только падение нравов. Мы находимся на очень высокой стадии истории, и должны иметь свой компас. И ни те, кто остались в прошлом, и ни те, кто орудует настоящим, чтобы приспособить его к себе, уже не пойдут к будущему, не овладев сознанием будущего.


Итак, мы уже поняли, к чему устремлена история вообще и общественное развитие в постсоветском пространстве в частности. Поскольку все сводится к деятельности людей и трудному становлению человеческих отношений между людьми, происходящего в рамках денег, то сосредоточимся на этом и рассмотрим это в человеческом плане. В этом смысле я пришел к выводу объединения людей как к необходимому результату развития нашего общества в постсоветском пространстве.


На каком бы уровне отношения между людьми ни складывались, сегодня они представляют собой полное отчуждение индивидов, а потому конечным пунктом, за которым нет движения вперед и в то же время и возврата назад, к образу и подобию предшествующих поколений. Отсюда и туман в голове. И дело даже не в том, что история не знает такого движения, в котором люди прямо упирались бы в «конец света». Дело в том, что деньги уже объективно закрыли путь, во-первых, и к прошлому, став обликом личности, а во-вторых, и к будущему в обычном смысле, что будто бы каждый может обогатиться, являясь собственником. Путь к прошлому закрыт деньгами потому, что в данном виде они уже больше никогда не станут производительной категорией, следовательно, они уже не станут экономической категорией, раз они уже превратились в облик человека и теперь характеризуют только деятельность людей и их отношения к миру. Люди не производили и не будут производить. Теперь они стали просто потребителями. И в обществе идет борьба за потребителей. Деньги, стало быть, уже не общественные отношения (а люди — не социальные роли, функций), а просто отношения между людьми. В этом смысле они уже практически не нужны. Раз к прошлому все закрыто, а будущее еще неизвестно, а движение к нему возможно только сознательное, то в реальной жизни объективно исчезают стимулы положительной деятельности и активизируются превращенные формы внутренних стремлений, противодействующих с окружающим миром и вызывающих деградацию. Действительно, здесь нет движения ни туда и ни сюда, все как бы застыло в безмолвном ожидании какого-то чуда. Наш мир являет собой в данный момент именно такое состояние. И мы так близко стоим к тому положению, а может быть уже переживаем его, «когда верхи не могут править по-старому, а низы не могут жить по-прежнему». И взрыв налицо. Ситуация сложилась революционная.


Раньше деньги использовало общество, а для людей они были просто потребительной стоимостью (зарплата). А теперь все это предоставлено им, людям. И вот отсюда и хаос, сложившийся вдруг. Государство печатает деньги, а люди их поедают. И вот люди смотрят на государство, а государство «смотрит» на людей и просит «подождать», призывает к разуму,к терпению. Поскольку отчуждение от окружающего мира в то же время есть и осознание ее враждебности и противоречивости (по религиозным понятиям бренности и тленности), то просто противоречия между людьми и в обществе, порожденные  деньгами, достигают предела и вступает в силу этап интенсивного саморазрушения личности, где одиночество становится уделом каждого. И, что интересно, эти люди уже не имеют каких-либо прочных убеждений, объединяющих их. Одинокий человек уже не в состоянии отстаивать не только свою позицию, но и права, ибо «жить ради самого себя», подвергшее отрицанию все прежние формы бытия — объединений и жизнедеятельности, разрушило всю систему взаимоотношений людей и тем разложило и критерии, и ориентиры индивидов и общества. Рыночные принципы, которые здесь складываются как неприкрытые бесчеловечные формы, не были законом ни в прошлом, не являются им и сегодня, но они просто насаждаются обществом, распадающимся, как соломинка спасения. Поэтому они и не станут человеческими отношениями никогда. Только чтобы спасти себя, мы делаем деньги, делаем деньги любыми способами, и какого-либо другого способа не видим. Поэтому и жить ради самого себя – это лишь временный этап, необходимый только для обретения сознания личности, для обретения духа в противоречии с миром. Нас не интересует, что эти противоречия могут на время разрешиться и разрешаются для отдельных лиц, и они могут приспосабливаться к обстоятельствам и что одни могут прийти к божественному откровению и найти в нем свое самоосуществление, а другие – предаваться научным изысканиям и перевоплощаться в поэтов, артистов, политиков, третье – стать бизнесменами и чиновниками. И тот факт, что немало людей еще наслаждаются жизнью, для нас не имеет совершенно никакого значения.


Фактом является то, что этот процесс развивается как необходимая тенденция. Здесь паразитизация общества и личности парализует деятельность индивидов, а здоровые сохраняют сознательную борьбу, раскрывают личность и направляют ее энергию к бессознательному преобразованию обстановки. Но как бессознательные они подавляются господствующей идеологией, призванной охранять данную систему от разрушения. И обе эти стороны, основанные на деньгах, не выходят за рамки настоящего и бессильны против идеологических устоев общества и поэтому лишь слепо стремятся к выходу, бессознательно разрушая старые структуры. В нашей реальной жизни этот процесс выражен и проявляется как «вопли», «крики», отрицание, бегство от общества. Вообще, необходимо иметь в виду, что любое общество, отжившее себя, умирает, паразитизируясь и паразитизируя людей. В данных условиях,  поэтому обе эти тенденции обречены на медленное угасание. Сегодня можно слышать отчаянные крики, призывающие к бунту. И слышать от умных людей, людей вполне образованных, грамотных. И идея объединения упала нам не с неба. Она идет к нам из глубин, а сегодня — из сознания одиночества.       


Сейчас очень важно понимание «распада владельца денег», так как он приведет к полному расстройству механизмов развития общества. Индивидуальные механизмы развития, на котором сейчас сидит общества, есть просто выражение медленного распада, совершающегося упорно. И как индивидуальные в ходе развития они должны превращаться в личностные. Механизмы же развития личности и индивидуального сознания, от которых зависит дальнейшее развитие общества, еще полностью не сложились. Этим и объясняется зыбкость общественных оснований и расплывчатость наших понятий, блуждающихся в мире в поисках эталонов и лучших моделей развития, отвлекаясь от собственного существования. Попытка восстановить «умирающее» общество, поиск путей и способов реставрации и реконструкции структур и форм общества, обреченных на распад, отвлекают всю силу и внимание, и тем самым оказывается, что мы бессознательно стоим на позиции распада и обосновываем его необходимость. Это видно в том, что мы «мужественно» боремся с инфляцией и с многими другими формами негативного развития людей, и в то же время не находя объяснения проявлениям в собственной стране. Ее аналоги за рубежом далеко не тождественны с нашей по уже означенным причинам. Отсюда  искусственное приукрашивание жизни и убеждение, что светлое будущее настанет, и каждый станет богатым, соответствует лишь стремлениям индивидов, отрицающих общество, а потому оно является фантазией. А это — сознание владельца денег, которое станет сознанием личности, но только освободившись от денежной оболочки.


Поэтому самоликвидация денег – болезненный процесс. Распад же владельца денег есть просто деградация человека, разложение денежной формы личности.  Просто мы не желаем расставаться с прежними убеждениями и старым подходом. А будущее требует, чтобы мы не приковывались к настоящему и оторвались от него и смотрели на него с точки зрения будущего, — того, к чему общество идет в своем необходимом движении. И в том, что индивидуальное сознание созреет и станет сознанием личности, которое и будет способно мыслить общественными категориями, — в этом не надо сомневаться. Абстрактное общественное сознание отражало лишь общество, опиравшееся на производство и на развитие богатства как на самоцель. Оно и отождествляло человека с товаром и деньгами. И если оно сегодня реально опирается на еще не развитое индивидуальное сознание, но ищет опору в западной идеологии, то это свидетельствует о том, что мы еще не определили себя и не выработали собственное мировоззрение, которое должно сложиться как сознание человека, а не общества, класса и т. д. Будущее сознание общества проецируется из сознания личности и складывается как такое сознание. И только тогда мир станет миром человека, а общество — человеческим обществом, опирающимся на каждого отдельного человека. Отсюда и тот факт, что развитие человека как самоцели складывается сегодня. И мы лишь слепо оправдываем и обосновывает эту слепо развертывающуюся тенденцию как необходимую только в силу этого обстоятельства, отвлекаясь от ее разрушительного характера и бесчеловечных проявлении, связанных с господством денег над людьми.


Философский взгляд – это целостное видение мира и его развития, которое нарушается только только с нарушением прежней, относительно устойчивой системы мироотношений. Она – сознание каждой эпохи, которая изменяется и совершенствуется в соответствии с реальной жизнью как ее отражение в системе понятий и категорий. Движение, основанное на осознании и стремление предвидеть будущее, характерно не  только нашей эпохе. Оно характеризовало всю историю. Такое предвидение давала только философия. Но в наше время, время быстрых перемен и стремительного развития еще больше возросла роль философии и философского видения во всех областях жизни и науки, она уже становится сознанием каждого человека. Массовое общество, породившее в то же время хаос, породило «массовое желание» жить сознательно и возродило интерес к философии как всеобщего интереса.  И это связано с ее функцией охватить мир в целостности и дать полную картину мира. Но индивидуализация и философию превратила в индивидуальное сознание, и люди не знают, что делать с тем богатым арсеналом понятий и категорий, выработанных историческим развитием философии. И они тем боле не знают, как их применить к современному этапу развития общества. А распаду общества – здесь вообще слов нет. В этом смысле философия не дает некий системный подход, а именно видит движение мира в его целостности, создавая синтетические понятия и обобщая все развитие и сводя движение мира к единой основе. В этом смысле, даже идеалистический взгляд предполагал именно такого отношения к миру, в котором законы развития духа прикладывались к реальной жизни, и развитие реальной жизни осмысливалось через развитие духа и его законов. Аристотель, Кант, Гегель, Маркс давали целостное представление о развитии мира и его будущем.  И Конфуций заслужил вечной памяти поэтому. 


Теперь, напротив, философия расщепилась и размельчилась на множество отделов и подотделов и потеряла свою целостность и самобытность, а значит и способность к целостному видению. А различные отделы ее поделили между собой не объективный и субъективный мир, а просто содержание философии, и теперь она занимается историческим самопознанием развертывания самого философского сознания, отчужденного от реального мира. С этим связана «смерть» старой философии как сознание общества, как сознание истории в прежнем понимании. Философия же, опирающаяся на человека, как сознание человека, личности становилась на Западе. Этим и объясняется ее привлекательность. «Психологизированная» философия близка людям. Вся постсоветское пространство раздроблено и расщеплено и находится в неопределенном состоянии, а философия, к сожалению, здесь занята поиском смысла в этом хаосе, и просто обосновывает нисходящее движение общества, выдавая это за восходящее. Именно в этом обнаруживается ее идеологический характер. Отсюда и тот факт, что она отрывает любое явление действительности из системы общего взаимодействия мирового процесса и превращает его в абстракцию, в систему абстракции.


В этом смысле понятия о рынке и «обогащении каждого» (модернизация, посиндустриализм и т. д.)  в современном обществе являются результатом такого перевернутого мышления, при котором перед нами появляется идеальная модель действительности, и ее бытие принимается за реальное движение. Причем эту идеальную модель создают, главным образом, только люди, уверенные в своем могуществе. Тем самым в действительности для нас существует не реальное движение материального и духовного мира, а лишь его субъективное, идеальное отражение в нашем сознании и преобразование его в мыслях. Мы сначала создаем идеальный образ реального мира, а потом жизнь сверяем с ним, и живем в напряженном ожидании, насколько быстро он воплотиться в жизни. Именно эта идеальная модель представляется реальностью, одухотворяющей жизнь и придающей ей цель и смысл. Отсюда и идеальная конструкция коммунизма была реальностью. Ведь на протяжении существования всего советского общества люди занимались не строительством социализма и коммунизма, а были озабочены созданием наиболее убедительной идеальной конструкции коммунизма. И, в конце концов, эта модель и улетучилась, а вместе с ней на свалку пошли и все наши прежние понятия и убеждения. И думать, что идеальная модель «разумного рынка», созданная по западным стандартам, находит свое воплощение, значит верить, что денежное рабство станет последним вздохом человека-собственника, желающего иметь все при этом своем отношении. На Западе сегодня закачивают в экономику сотни миллиардов и триллилны. А их положение от этого не улучшается, а, напротив, ухужшается. И деньги на пути процветания Запада впервые встали как непреодолимый барьер, больше того как настоящий рок. И они до сих пор не имеют даже элементарного понятия о состоянии, в котором они оказались столь неожиданно, стремясь к мировому господству.


Такова цена нашего мышления, не связанного с реальной жизнью. И мы теперь живем с мыслью, что поднимемся на уровень культуры Запада и тем достигнем своего светлого будущего. И это в то время, когда только в США, по официальным данным, постоянно недоедают 37 миллионов человек  (В. К. Ломакин. Мировая экономика, М., 2005, С. 215-216). В одной телевизионной передаче полицейский одного штата Америки жаловался, что только на его участке 50 тысяч детей-оборванцев. Но на фоне американского обогащения, как уже было сказано, может быть, эти цифры ничего не значат. В постсоветском же пространстве все обстоит иначе, и не только потому, что здесь, взятое вместе, проживает меньше населения, чем в Америке. Здесь распад принимает интенсивную форму, и он непосредственно отражается на жизни каждого человека и неприкрыто принимает форму его самоуничтожения. И оно уже не может оправдываться ни экономической и ни политической необходимостью, как в прошлом. И вот в этом смысле унас объективно сложилась революционная ситуация. И история не может остановиться, а пойдет вперед.



PDF /  EPUB /  FB2


Тайна краха социализма

Тайна краха социализма.


Так называется моя книга, которую я подготовил в этом году, но еще не опубликовал. Ее я по отрывкам публикую в интернете.


В последний период часто говорят о социализме, перечитывают Маркса и Энгельса, вспоминают Ленина. Растет потребность в переосмыслении социализма как прошлого. И хотя социализм еще сохраняется на каких-то уголках земли, но многие не могут осознать то, что если вообще социалистическая идея возродится, то уже возродится как сознание личности, нуждающейся в сциальных условиях развития. А как люди от индивидуальных представлений перейдут к социальным и историческим — вот в чем вопрос.


Чем глубже заходит кризис, тем яснее и четче люди представляют себе социализм как потерянного рая. Вообще, социализм никогда не был массовым сознанием, сознанием людей. Надо было от него отдалиться и на время побывать в шкуре капитализма, чтобы увидеть реальные преимущества социализма перед капитализмом и чтобы это сознание стало действительным социальным мышлением людей и возродился как сознание массы. Те люди, которые почувствовали комфорт в кахе социализма, конечно, говорили и будут говорить об «ужасах» сциализма и будут внушать это массовому сознанию, чтобы вытравить социалистического сознания. Ведь социализм в действительности существовал только как политическое сознание, в корне чуждое представлению индивидов. Политбюро, КПСС, командная администрация и т. д., воспринимающиеся сейчас тоталитаризмом, авторитаризмом, были политическими структурами, стоявшими над людьми и присвоившими себе это сознание и тем превратившими социализм в идеологию. Здесь в обществе, государстве люди имели одно лицо, а в семье, быту и индивидуальной жизни – другое. И вот история совершила трюк, чтобы совершить этот поворот в сознании массы, чтобы социализм стал их родным сознанием, только исчезнув из их жизни. Если в сознании массы такое действительно происходит под влиянием кризиса, то люди обязательно вернутся к социализму уже духовно, психологически, и он станет их потребностью. Ибо другого пути в историческом развитии нет, и не будет никогда. Именно поэтому возникло представление о конце света как итоге развития и завершения капитализма. Это представление отражает лишь конец капитализма. Но если все произойдет так, тогда и социализм уже не будет государственным строем и только политическим сознанием.
Социализм в истории вообще возник как теория и как политическое движение, уничтожающее капиталистическую систему жизнеустройства, и людей в него просто загоняли. И он в этом смысле не был потребностью людей. Поэтому люди бежали от него как от политической системы и стремились к Западу, не содержавшего эту политизированность. Социализм, стало быть, как государственный строй, возникший как величайший барьер на пути капитализма, уже не вернется. И государство в постсоветском пространстве в настоящее время вовсе не случайно оставило на произвол судьбы людей и озабочено собой.
История в постсоветском пространстве готовит величайший скачек. И наша задача состоит в том, чтобы способствовать пробуждению этого сознания у самой широкой массы населения, чтобы они осознали действительное положение вещей. Просветить людей и дать им настоящее социалистическое сознание — это самое благородное дело. В это дело должен включиться каждый сознательный человек. Ибо история не знает другого пути к прогрессу человеческого общества.
Нет ничего сложного в нашем мире. Просто миллионы людей, вдруг оказавшиеся в этой непривычной исторической ситуации и одураченные идеологией бизнеса, еще не освоились с данной исторической ситуацией. И они еще не поняли, что у истории нет другого пути и что переход от социализма как от политического движения к движению массовому – это есть объективная цель истории. И как бы ни противились враги социализма, социализм как сознание массы разовьется, а как сознание политическое неизбежно разложится. Просто история идет извилистым путем, чтобы породить этого сознания как сознания людей, каждого отдельного человека. И мы в этом смысле стоим на подступах к будущему и вплотную подошли к решающему историческому моменту. Это книга – о тайне краха социализма и о том, как он возродиться как реальная форма человеческого общежития, распавшись как политическая форма. Как политическая форма социализм уже распался, а как общественная форма он должен возродиться и сложиться. И только тогда в мировом движении появится эталон будущего и вместе с тем и выход из глобального тупика.
В мире сейчас неограниченно господствует рыночное сознание, названное мной денежной психологией. А это сознание отражает только глобальный тупик, в который человечество зашло и в котором бьется как в судорогах постсоветское пространство.

ПРОГНОЗ БУДУЩЕГО ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ ПРОПАСТИ.


Если мы находимся в пропасти, то мы осознаем, видимо, только обстановку пропасти, правда, представляя ее обратно, будто она есть наша жизнь и никакой другой никогда не было. У денег, изобретеных человечеством в незапамятные времена, есть одна особенность — ограничивать человека своим собственным благом. И когда этим собственным благом становится личные интересы индивда, отделенные от общества, то происходит всеобщее парализация. И человечество в конце концов через эту особенность денег упирается в безвыходный тупик. Очевидно, пока еще общество совершенствуется и без участия людей, опираясь на технологию, уже не нуждающейся в них. Но это иллюзия, которую создают только могущественные люди. В этой обсановке правильный прогноз может делаться не через призму денег как потребительной стоимости, а только с точки зрения исторической функций денег. Общество, ужеразвалившееся в постсоветском пространстве, развалится точно таким же путем и на Западе, и на Востоке.


Итак, только в том случае, если мы знаем доподлинно, что такое деньги в нашу эпоху и в особенности для постсоветского пространства, только в этом случае мы можем строить какие-то предположения, догадки и прогнозы, опираясь на их исторические функции. Материалы о деньгах как об облике человека я представил достаточно.


Только на основании анализа денег можно предположить, что переживаемое нами состояние как реальные процессы разрушения – это временное состояние. Постсоветское пространство не может пребывать в этом положении долго. Представления людей, порожденные данной ситуацией, есть чистые иллюзий, строящиеся на этот счет перевернутым восприятием жизни. Они могут исчезнуть хоть сейчас, а может и поддерживаться всей системой идеологической мистификации сознания сколько угодно, ожидая прозрения в рамках денежных отношений. Какие представления сохранились от социализма, когда он разрушился? Они улетучились тот же час. И люди остались без представлений в полом смысле этого слова. И они до сих пор не знают, где оказались и что происходит с нашим бренным миром. А что собой представляют их рассуждения? Чисто стереотипное восприятие, подогреваемое эмоциями. Мы свою великолепную шубу вывернули наизнанку и теперь все видим шиворот на выворот. И теперь сами не знаем, что с нами произошло и происходит. Об этом свидетельствует бег времени, принявший стремительный характер в бешеной погоне за деньгами. Казалось бы, во внешнем мире все стремительно изменяется, а дух (сознание) наш застоялся в распаде и просто недоумевает как оглушенный и оглохший. Об этом свидетельствуют, следовательно, все стремительные изменения, которые вызывают шок у современного человека. Если бы люди пребывали в этом состоянии, еще хотя бы столько, сколько прошло со времени распада социализма, то, по моему мнению, они скорее погибли бы от истощения своих нервов и методического разрушения их иммунных систем, а не от недоедания. А названная угроза обусловлена не органическими причинами одряхления организма, а чисто функциональными факторами, в конечном итоге предопределенными организацией жизни людей, которая сейчас как раз предоставлена невежеству каждого. И суть этого периода сводится к тому, что люди не смогут жить без общества, глядя только на свое государство, которое ни в коей мере им не заменит общества, а имеет свою вполне определенную функци. Мудрено ли, ту самую жизнь, которой испокон веков управляло общество, вдруг отдали в руки миллионов людей. И теперь ждут, что они, эти разрозненные люди, образумятся и на собственническом отношении построят гармонический мир, в то время как на самом деле эгоизм их разрушает. Медицина уже давно доказала, что в силу безмерного роста раздражающих факторов иммунные способности человека ослабевают, и он оказывается подверженным любой инфекции. В силу этого, то есть именно ослабления иммунной системы, возник СПИД и приняли массовую форму многие болезни и пороки людей. А это значит, что конфликтные ситуации, принимающие устойчивый характер на основе денег, подрывают здоровье человека, а отсюда и нации. И если сегодня мы все эти очевидные факты не связываем с общественным развитием и его будущим и в этом не видим никакой угрозы, то это происходит потому, что это просто факты индивидуальной жизни, не имеющие значения с точки зрения бизнеса. И причину такого равнодушия мы уже знаем. И дело здесь не в моральной оценке бизнеса, а в отчуждении, которое воспроизводится системой денежных отношений не зависимо от того, нравится это людям или нет.
И мы даже не замечаем, что нас разъедает самое настоящее невежество. И чему же сегодня учат, например, молодежь, оказавшуюся в этой ситуации: «маркетингу и менеджменту», то есть заполняют их деньгами в полном смысле этого слова. И вы хотите сказать, что эта молодежь, гоняясь за деньгами, становится созидателем. Вся наша общественная система, начиная с социализма и по сегодняшний день формирует денежную форму личности, которой суждено было убить этот капитализм. И ошибка Маркса состояла в том, что могильщиком капитализма он рассматривал пролетариат.
Для того чтобы формировать «денежную форму личности», социализму потребовалось более чем семидесяти лет. На историческую же арену она вступила со времени распада. Если исходить из исторического призвания владельца денег, соответствующего новой функции денег, развернувшейся только в постсоветском пространстве, то трудно сказать, что продолжительность жизни денежной формы личности может занимать хотя бы такое же время, какое было отведено на ее формирование и «роды». Владелец денег уже в утробах все подтачивал, а, родившись на белый свет, все стремительно разрушил. Ее аналог на Западе действовал иначе согласно своему историческому призванию, но, в конце концов, он тоже меняет свое призвание и неизбежно превратится в денежную форму личности, столь же безразличной ко всему происходящему, как и владелец денег у нас. Так что же нас ждет с деньгами? С денежной психологией? Только крах! И ничего больше. Здесь нет никакого выхода в будущее.
Если я говорю «хотя бы столько, сколько прошло со времени распада социализма» (а это не более двадцати лет), то я только предполагаю, нисколько не ожидая смягчения его миссии, отводя владельцу денег предельно допустимый отрезок времени, в течение которого он будет разлагаться, тем самым, углубляя хаос. И здесь мы говорим лишь о том времени, которое ему было отпущено богом на его становление. А вот сколько времени займет его распад (власть его не надо низвергать, он распадается сам, и такое в истории происходит впервые. Да и вообще, могут объединиться 10, 20, 100 человек, и они могут разорить любого миллионера. И с таким же успехом, как и другие для своего собственного блага, могут манипулировать этими же деньгами, но уже для общего блага.), это известно только одному Всевышнему. И речь здесь идет не о том, как «процветает» общество и насколько счастливы в нем люди и насколько несчастны, а в том, что умирает старое общество в противоположность трудному становлению человека в деньгах. И в деньгах оно принимает впервые такую мистическую форму и тем ставит человечество перед угрозой гибели.
И человек же бессознательно разрушает это общество, став владельцем денег. И если мы хотим знать, сколько нам еще осталось жить в качестве собственников, стремясь только к своему собственному благу, то для этого нам нужно определить, сколько времени история отпустила на становление человеческой личности, соответствующего становлению человеческого общества. Во всяком случае, мы стоим, вероятно, во входе к этому обществу. Поэтому в деньгах мы чувствуем лишь гибель собственнического отношения и, не видя, что находится за ними, заходим в духовный тупик, в полное невежество. Что здесь нужно прогнозировать, сколько будет еще существовать человек как собственник или когда родится человек с общественным взглядом на жизнь? Собственнику в деньгах осталось жить не долго, значит в скором времени на историческую арени появится и новый человек. А без него общество никогда не пойдет вперед, а только будут гибнуть. Так что прогнозировать здесь надо только появления на исторической арене нового человека, только который заменит фигуру владельца денег.
Какого-либо другого исхода здесь невозможно предположить, если исходить из действительного положения вещей, а не идеальных моделей, которых мы создаем в изобилии. Никогда не возникло бы и не развилось бы буржуазное общество, если бы не появилась буржуазия как социальная фигура, заменившая помещика и перестроившую мир по своим меркам. И эту буржуазию лишь на время заменил владелец денег. Чтобы понять исход событий в мировом развитии, достаточно понять, что полное господство денежной формы личности в мировом пространстве означало бы, что миром правит преступность. И эта тенденция на сегодняшний день не лишена основания, и опасения на этот счет могут воплотиться в жизнь при попустительстве государств и их разобщенности, роль которых в дальнейшем еще больше возрастет, вплоть до превращения в монархию. И если вообще оправдаются какие-либо опасения, угрожающие миру, то только в том смысле, что речь в данном случае идет о разрушительной функции денег, а не о людях и их сознании. Сознание не является самостоятельной сущностью, самостоятельной сущностью не являются ни воля и ни страсти человека сами по себе. А то, что они разрушают мир, есть не сущность человека, а историческая необходимость, объективно направленная на разрушение изжившей себя формы жизни.
Итак, к чему сводится суть нашего прогноза? Движение упирается в деньги как на исторически сложившиеся общественные отношения, ствшие индивидуальными и из средства превратившиеся в цель в руках людей. И общественное развитие на них наткнулось как на непреодолимый барьер, вдруг возникший перед постсоветским пространством. Те же самые деньги, что двигали капитализмом и двигают до сих пор, вдруг стали не деньгами. И именно как «неденьги» они закрыли нам путь дальше. И этого люди постсоветского пространства никак не могут взять в толк. Поэтому все пихают в сознание и самосознание. Вот вам и «разумный рынок» и «постиндустриализм», до которых будто бы мы дойдем.


 

Аватар пользователя va

Уважаемый Жарасбек!

В чем-то Ваши рассуждения очень напоминают рассуждения Совка: в них я не вижу даже следов развитого категориального аппарата какой бы то ни было философской, социологической или политической школы. Но вижу эклектический винегрет. Обозначьте школу, обозначьте хотя бы субъектов (или «акторов»), которыми Вы оперируете в своих рассуждениях, обозначьте критерии их различения, обозначьте в этих категориях свои симпатии и антипатии, и Вы тогда получите шанс хоть когда-нибудь стать понятым кем-либо. «Морально – аморально» – этого совсем недостаточно, это весьма относительно, хлипко и скользко. Для Вас аморально быть бедным и морально называть бедняков неспособными рассуждать о социально-экономических проблемах общества. Для меня аморально не то чтобы быть богатым, а кичиться своим богатством и воображать, будто лишь состоятельная элита способна сегодня формировать вектор социально-экономического развития общества в теории и в жизни. Боюсь, у элиты глаза застланы другими проблемами. И бесчувственными крокодиловыми слезами, извините.

В.Архангельский

Нередко звучат мысли о революции. Действительно, для чего она нужна? Что в нашу эпоху можно сделать через революцию, если люди сами являются жертвами власти денег? Наша эпоха — новая эпоха, основанная на власти денег, и здесь утратили весь свой смысл те категории, которые имели политическое и другое значение на предыдущем этапе. В том и загадка нашей эпохи, что должны быть вскрыты законы, действующие здесь. И разгадка состоит не в применении грубой силы, а в познании и раскрытии ее истинных движущих сил. А революции всегда были сломом, разрухой, разрушением и победой тех сил, которые перевесили. А у нас в действительности, и без этой революции, происходит саморазрушение и самоуничтожение системы.
Разве здесь она нужна для того только, чтобы добить уже разрушающийся мир? Чтобы уничтожить его до самого основания, чтобы исчезнуть в этом хаосе и самим? Это как раз уже делают не мало людей, к тому же с завидным успехом. И никто еще не знает, для чего они это делают. Как это ни странно, одни стали радоваться, если умирают другие. И охватывает ужас, когда осознаешь, что люди жаждут крови! И вот им подают кровавые голливудские фильмы, кровавый русский бандитизм. Уже вошло в ткань нашего существования и прочно сидят в умах людей деньги, деньги и еще раз деньги! И их люди обожествляют, им поклоняются. И, ничего не подозревая, многие о деньгах сочиняют стихи и складывают песни и прямо потрясающие мелодии, звучащие в ушах каждого как гимн нашего времени. А человек перед деньгами — пустое место, никто, призрак. И против кого же хотят совершить революцию? Против государства, которое ничего не стоит перед победным маршем денег? И вот насколько деньги вывернули сознание человека, что он уже не видит ничего, кроме этих денег и своего стремления к ним! И любовь к деньгам заменила все на свете. И все, что находится за их пределами, то есть за пределами денег, это просто мифы и призраки. Вот так деньги уничтожают весь мир на наших же глазах, всех превращая в призраков и мифов, и в первую очередь самого человека, для которого уже простая человеческая жизнь становится недосягаемой мечтой.
 Позволю некоторое объяснение: я действительно человек из будущего. Вот как это получилось.
В то время, когда я еще не родился на свет божий, моего появления ждали не два человека, то есть не только мои родители как своего первенца, а четыре — еще и мои приемные родители. У старшего брата моего родного отца не было потомства до пятидесяти лет. Он надеялся только на своего младшего брата. Моей родной матери тогда было всего 16 лет. Моего приемного отца звали Нургали, а родного Нургельди. Когда мне исполнился девять месяцев, меня отдали своему брату — человеку, жаждавшего ребенка и очень боявшегося остаться бес потомства.
Этот человек, вместе с моей приемной матерью, которую звали Джамиля, вложили в меня, видимо, всю свою любовь, которую они питали к жизни. Видимо, это было чистой и безмерной любовью. Когда мне не было еще пяти лет, отец меня покинул навсегда. Я смутно помню, как его хоронили. И когда стали засыпать могилу землей, я плакал и просил, чтобы этого не делали. Он ведь задохнется! На другой день откуда-то приехал его младший брат, сотворивший меня, не успевший на похороны. Увидев его из далека, я в слезах побежал к нему и, схватив его за руку, повел его к могиле отца. И потребовал, чтобы откопал его немедленно, он задохнется под землей. Потом меня каждый день находили у могилы отца, где я засыпал. Через какое-то время исчезла из моей жизни и мать. Я помню лишь, как она то появлялась, то исчезала. Я помню, как, внезапно появившись, она обнимала и целовала меня, а я от нее не отставал, пока она так же внезапно не исчезала. Я помню, как долго я ее искал. По тем же законам, по каким меня младенцем отдали на усыновление, они попросту запретили и моей матери быть вместе со мной. Я до сих пор помню те чувства радости, которые целиком охватывали меня, когда она, моя мать, откуда-то появлялась, и как они потом гасли. Лишь потом я узнал, что моя мать жила совсем недалеко от меня и умерла от тоски, когда я учился в седьмом классе. И я никогда не мог взять в толк, почему от меня скрыли ее? Этот вопрос я задавал себе всегда. До сих пор у меня возникает чувства горести и ненависти.
После исчезновения из моей жизни моих родителей я оказался в равнодушном и чужом для меня мире. И насколько я помню, я всю жизнь искал этот мир, потерянный для меня еще в детстве, мир любви. Я рос задумчивым и замкнутым мальчиком. И лишь потом я понял, почему я такой. Равнодушие и ненависть, порожденные вещными отношениями и заполняющие сегодня нас — это наша настоящая реальность, сводящая нас уже с ума. Любовь — это наше будущее. И я, открыв ее в себе, еще в молодости был движим ею. И с тех пор я внутренне восстал против мира вещей и денег. Ее, любви, сегодня ищет каждый, и млад, и стар, сами того не сознавая. И этого не могут понять только те, кем двигают только деньги. И если нам часто кажется, что мы любим вещи, деньги, то это значит, что нас им заполнили еще в детстве, не дав так нужной  любви и человечности. И я не могу винить этих людей ни в чем. Ведь речь идет не о том, чтобы устранить вещи и сделать всех нищими. Просто они не должны составлять содержания и смысла нашей жизни, чтобы люди были врагами друг другу и выли волками, а богатство было просто силой, стоящей над нами. Если современное общество создало мир сказочного богатства, то это значит, что уже каждый человек сегодня может жить намного лучше, чем самые богатые люди в мире — миллиардеры.
Если эти факты могут характеризовать меня как человека из будущего, то все люди, ищущие в жизни любовь и человечность, все они люди из будущего, но еще своим сознанием опутанные прошлым и живущие в прошлом. Поэтому мир стремится к будущему и созидает его в нас. И нам это нужно только осознать. Именно для этих людей написана моя книга.
Говорят, что Бог располагает, а мы предполагаем. Но я не думаю, что мои идеи могут быть восприняты как сомнительные идеи. Я уверен, что общая тенденция падения во всем мировом масштабе неотвратима, как неотвратимо и развитие будущего, связанного со свободным развитием личности и что распад есть не просто распад социализма, а распад отжившей себя системы, сложившейся исторически. Нет никакой общественно-экономической формации под названием «социализм». Это придумали люди Советского Союза. Социализм – всего лишь политическая формация, являющаяся мостом между настоящим и будущим и идя по которому мы можем открыть врата или в рай, или в ад. Третьего не дано. И в первую очередь граждане постсоветского пространства должны осознать это, если они не хотят раствориться в деньгах и тех иллюзиях и мифах, которых они создают на почве денег.
Человечество уже готовится совершить скачек к будущему — к человечности и человеческим отношениям. Оно уже отталкивается от настоящего и пятится, чтобы разогнаться  и совершить скачек. И это вызывает подчас суеверный страх у людей, недовольства и наполняет их иллюзиями и фантастическими представлениями. Куда идет история, назад, в пропасть? У людей, следовательно, уже возникли сомнения в незыблемости мира, недоверие как массовое явление. Все чаще звучит мысль, что «мы в этом мире гости». И вместе с тем незаметно зреет дух человека, растет критическое отношение.
Это объективная цель истории, независящая от того, осознают ее или нет. Но человечество еще не создало нового общественного сознания и до сих пор еще не имеет эталона своего будущего за иллюзорными представлениям и мистическими понятиями, особенно завладевшими сознанием массы в период распада. Так что все упирается в сознание. Не даром говорят, что сознание приходит последним. Но если есть уже дело, то будет и сознание. Ведь фактом является то, что нет уже общества в прежнем смысле, а в новом смысле оно складывается, осмысливаясь одними как «гражданское общество», а другими как «человеческое». И от того, что этого общества осознают по западным моделям как «технического», «технологического», «рыночного» и т. д., суть дела не меняется и капитализм не возрождается.  И здесь гораздо больше скептиков, склонных к отрицанию прогресса с позиции человека. Ведь позиция человека уже сложилась, но в денежной форме, как денежная форма сознания, преодолев товарную форму, а сознание этой позиции еще не сложилось, а только складывается в остром противостоянии человека и общества. Но общество должно создать свое будущее и ясно его представлять себе именно с точки зрения человека, чтобы оно могло выходить из кризисного состояния, принимающего неодолимый и всеобщий характер с точки зрения экономики и тем осложняющего жизнь. И человек в «облике денег», и человек в «облике личности» – это две несовместимые эпохи, одна из которых умирает, а другая рождается.
Выше мы видели, что если общество заходит в тупик и оно уже не имеет возможности выходить из него старыми путями, какими заходило в него, то люди из него могут выходить, сознательно объединившись и обуздав себя и свои страсти. И для этого надо бороться. Именно этой борьбой предполагается жизнь и ее развитие на земле. А общество как таковое, государство как таковое — это конструкция людей. И они их изменяют сами, если им противоречат их функции. Они скинут любую общественную  политическую форму, если они перестали соответствовать необходимости и стали им тесными. И в наше время уже нет никакой нужды в том, чтобы ради этого совершать революцию и сознательно разрушать мир и людей. И эту особенность нашей эпохи надо понять.
Я уже неоднократно подчеркивал, что нам нужно только сознание и еще раз сознание. И это сознание должно быть сознанием человека, каждого отдельного человека. И больше ничего. Общество же такого сознания не имеет. Оно до сих пор живет социалистическим сознанием, просто облеченным в денежную форму. Уже настало время перестать кривить душой и признать, что мы играем друг с другом, желая жить «по-капиталистически». Мы имеем дело лишь с распадом капитала, происходящим во всем мире – внутренним распадом в капиталистических странах, полным разложением товарных отношений у нас, и переживаем его последствия. Следовательно, мы имеем дело лишь с разложением капитализма на различной стадии его нисходящего движения, в котором социализм является лишь одним из этапов его разложения, а не «роковой ошибкой» истории. Следует иметь в виду, что социализм как общественно-политическое движение не может быть оценено с точки зрения индивидов и тем более морали. Он существовал и распался совершенно независимо от нашего сознания. И это доказывается тем, что мы даже до сих пор не имеем ясного представления о нем и его существовании в истории. И если мы умудрились осмысливать его «роковой ошибкой истории», то это всего лишь говорит о том, что нам необходимо осознать собственные ошибки. Человечество, как и человек, учится на ошибках и, желая исправить их, в процессе познания открывает новые стороны реальности.
Будущее – это не то, что уже известно. Каждая эпоха создает свои представления о будущем, которые теряются, исчезают, чтобы вновь возникнуть в новую эпоху. Но это будущее всегда заложено в настоящем и живет в нас в качестве идеала, бессознательного стремления к нему. И я не думаю, что стремление к человечности – это бессмыслица, а стремление к деньгам — это единственная истина нашего времени, движущая всеми нами. Да, она действительно есть такая истина, но ведущая нас непосредственно к смерти. И если вам нравится именно эта истина, то нам нечего даже посоветовать.
Вместе с тем будущее в человеческом облике – это не то, что создавали, а потом вдруг потеряли. Мы теряем всего лишь будущее в экономическом облике, но чтобы обрести человеческий облик. И ничего тут не поделаешь, так уж устроен наш мир и наше сознание.  Мы только в последнее время стали говорить о «капитализме с человеческим лицом», тем самым подразумевая, что капитализм, наконец, «очеловечивается». Стало быть, мы теряем будущее в экономическом облике, чтобы найти его в облике человека. А кто искал будущее в облике человека? Такого еще никогда не было. Нам известна только экономика и желание создать изобилие, а вместе с ней совершенствовать и человека. И тогда никому и в голову не приходило, что в богатстве будет разлагаться и человек, становясь рабом вещей. Нам известно, следовательно, только политика и движение общества с точки зрения политики, а вот куда движется мир с точки зрения человека и его реального развития, — это как раз и неизвестная область, с которой мы сталкиваемся только сегодня. Действительно, куда идет масса, миллионы людей, чего они хотят? Неужели все желают быть только миллионерами, и больше ничего? Или мы действительно хотим очеловечиться, но только почувствовав свою звериную сущность? Обнаружить самого себя, кто ты, осмыслить собственное содержание, — это само по себе величайшая победа. И этому как раз дорога открыта. И для этого тоже нет никакой необходимости совершать революцию. А это наше будущее.

Человечество уже создало высокие производительные силы, и оно их уже никогда не потеряет,  даже если оно полностью разорится и обнищает в процессе деградации человека. Но оно еще не создало облика человека, и мы должны осмыслить, как объективно складывается будущее в облике человека и в его внутренней сущности. А новый человек возродит производительные силы общества и будет развивать и их до бесконечности, если оно потребуется внутренней необходимостью.
Но мы уже начинаем понимать, что не можем долго мириться с этим положением. Отсюда и чувствуем, что нужна еще революция. На самом  же деле поперек дороги истории становятся деньги и связанная с ними «деградация человека», и все движение превращается в сложнейшую проблему. И теперь действительно создается впечатление, что мы все променяли на деньги. Но тот факт, что мы выполняем себя в деньгах, лишь доказывает, что мы впервые можем и задуматься, и создавать свое будущее, отталкиваясь именно от этого своего положения, ибо мы этого положения создали бессознательно, стремясь к деньгам и отнюдь не для того, чтобы их увековечить. Мы должны определить свое объективное положение и действовать исходя из него, причем хорошо зная, что мы двигаемся в противоположном направлении.
Мы находимся в уродливом положении, в положении, в котором никогда не бывали и именно в котором мы теряем все прошлые достижения. Но если мы потеряли свое будущее, то только для того, чтобы, повторяю, найти его в другом виде и нового будущего, и вовсе глядя не на Запад, а в самом себе – в человеке. А будущее с точки зрения человека, — это нечто совсем другое, чем то, что создавали о нем до этого, мечтая о сказочном богатстве. До сих пор создавали будущее с точки зрения вещей и этим заманивали людей, обещая всем «изобилие и сказочное богатство» в неопределенной перспективе.
Тем не менее, осознаем мы это или нет, именно вера в будущее нас по жизни двигает вперед, организует и направляет нашу жизнедеятельность, придает ей смысл и целесообразность. И то будущее, которое выработано западным мировоззрением как «обогащение каждого», есть просто миф, доказывающий, что человек, напротив, впервые утрачивает это свое будущее, оказавшись на зыбкой основе. Утрата же этой веры ведет к осознанию бессмысленности самой этой жизни и парализует и человека, и общество. И не случайно этот смысл утрачен именно в сказочном богатстве, и мы глубоко размышляем  только в периоды безденежья и кризисов. И сегодня этим кризисом охвачен весь мир. И как бы ни приукрашивали его, воображая, что кризис отступает, и мы счастливо будем жить в «посткризисном» периоде, развитие будет разрушать эти иллюзии и тем человека снова и снова будет подводить именно к правильному пониманию объективного исторического процесса.
Мы не живем в мрачном средневековье, подавленном темнотой и невежеством, а достигли высшего этапа истории, стадии ее реального превращения в новое качественное состояние. И в этот момент истории уже никого не могут удовлетворить неизвестность, ложь и самообман. Напротив, впервые для человечества программирование становится законом. А если это так и мы действительно имеем дело с реальными стремлениями людей к их развитию как с необходимостью, то и люди научатся программировать свою жизнь и ее развитие, сознательно соотнося себя с обществом. И теперь не абстрактное общество, а и реальные люди могут двигаться вперед, лишь предвидя свой завтрашний день и понимая сегодняшний и с ними сообразуя все свои действия. И сознание человека, человека конкретного, реального, обязательно придет, раз оно уже подвергло отрицанию безжизненное общественное сознание, уже превращающееся в мистику. И тот факт, что настоящее развивается в будущее, лишь превращаясь в свою противоположность, предполагает правильного осмысления как настоящего, так и будущего состояния действительности, действительности, в которую переходит наша жизнь как к своей противоположности. Что с собой представляет эта противоположность? Наша жизнь действительно заполнилось злом, в ней начинает преобладать мистические представления и насилие, произвол, обусловленные отношениями купли и продажи, и мы вдруг оказываемся во власти иллюзий и обманываем себя сами. Мы живем просто самоутешением, надеясь только на фортуну. И власти, оказавшиеся на этих отношениях, тоже обманывают нас. Тем самым все на наших же глазах превращается в обман. И обстановка требует, чтобы мы их восприняли как правду. Вы представляете, дорожают товары, подает цена человека, растет преступность, и все это обосновывается, оправдывается. Если вы вдумаетесь, то вы найдете тысяче фактов, которые перед вами предстают в вывернутом виду. И вы все это должны воспринять как необходимость и сообразоваться с ней. Так куда же мы должны двигаться, чтобы идти к своему будущему? Ясно, мы не может продолжать жить так, как живем сейчас, глядя назад, к идеям прошлых поколений и традициям своих предков, которые и расстраиваются, и будто они могли о нашем времени знать лучше, чем мы сами или будто ушедшие порядки могут удовлетворить и нас. Мы должны повернуться к будущему. Мы должны очищаться в полном смысле этого слова и сбросить этот груз прошлого и от зла двигаться к добру, от уродства к красоте, от болезни к здоровью, и это движение для нас является необходимостью именно сейчас, когда названные явления действительно становятся социальными проблемами, недугом, болезнью нашего века. Мы к этому уже подготовлены, мы к этому уже идем бессознательно. И нам не достает только сознания для того, чтобы двигаться в новом направлении.
Мы видели, что человек – активное, сознательное, разумное существо. Социализм лишь на время подавил человека, подавив инициативу человека капиталистического общества, каким он сложился исторически, но породил другую активность – инициативу предпринимателя, за которой скрывается человеческая активность. И эту активность может раскрыть каждый, критически относившись к вещам и деньгам.  Именно поэтому люди должны изменить свою обстановку и объединяться сами, преодолев власть денег, отчуждающую их. И теперь он всю ту силу, которую до этого употреблял на свое внешнее совершенствование и на свое упорное самоуничтожение, должен обратить на себя и на преобразование своих собственных отношений. В историческом развитии человеческого общества впервые деньги становятся откровенным и единственно конкретным фактором отчуждения, причем став обликом личности. И этими деньгами людям для начала нужно сознательно управлять вместе.
Практика показывает, что на основе кражи  труда обогащались капиталисты. На основе кражи денег обогащается каждый, кто научился делать деньги. В мире не все люди воры и злодеи. Многие стремятся к добру, любят людей. И вот вы объедините вокруг себя 10 человек, 100, 200, и вам как к сплоченному коллективу потекут эти деньги сами, как они сейчас текут миллионерам. И ими вы будете побивать не друг друга, а злодеев, ворующих народные деньги и празднующих за их счет. И добрые люди потянутся к вам, а не к миллионерам. И история идет к этому
И если отсюда пойдет речь о прогнозе будущего, то он может строиться только на реальных тенденциях будущего, имеющихся в настоящем, исходя из которых мы можем определять и нынешнее состояние общества и его устремления. Знать что-либо о сегодняшнем дне, ничего не зная о будущем, к которому объективно устремлена жизнь, невозможно, тем более рассматривая его со стороны экономики. Экономика — это не человеческий фактор, а настоящий обман. Поэтому «экономикой» манипулировали господствующие классы. И Маркс лишь вскрыл этот обман и тем заслужил презрения капиталистов, но не человечества. И сложность состоит в том, что они выступают в различных формах, мистифицированы и искажаются. Но сегодня все как раз зыбко и все открыто и находятся как на наших ладонях, и мы впервые воочию видим этот обман в деньгах, деньги, которые его концентрировал в себе в виде всеобщего богатства и тем уже уносит их с собой, ясно говоря нам, что я – весь ваш обман и я ухожу от вас. И вот в лице миллиардеров и миллионеров они и ушли от нас и совсем безразличны к людям и их страданиям. Поэтому нет твердых убеждений, руководящих людьми, нет и новых идей, руководящих и обществом. Все движется слепо, по методу «проб и ошибок», исключительно через случайные проявления и, не видя за ними упорно развертывающуюся необходимость, упершись в деньги, люди уперлись в тупик.
Ведь будущее, к которому идет человечество, не будет же выступать в какой-то прекрасной форме, притягивающей людей к себе своим обаянием и манящей их своей красотой, если оно развивается из настоящего, ломая его и разлагая все его те жизненно важные структуры и формы, которые себе отжили. Даже человек, чтобы двигаться и стать на путь праведный, должен идти против себя и ломать сложившиеся привычки, нормы, правила, которым он слепо следовал. А это значит, что развитие будущих тенденций просто деформирует настоящее и парализует жизнь, если она развивается стихийно. И жизнь парализуется только на основе денег. А представления же о том, что социализм создавал нечто новое и изменял мир на человеческих основах, по самой своей сути было ошибочным и иллюзорным в момент, когда общество шло, напротив, к разрушению старого строя из необходимости выходить из него. Ведь капиталистическая система, прежде чем превратиться в коммунизм, должна была разложиться. И вместе с тем именно в этом процессе его разложения должны развиваться и элементы будущего, заложенные здесь. А разрушающей силой ведь могут выступать только элементы будущего, зародившиеся здесь и облеченные в деньги. И вот этот процесс и развивается за последний период, причем в беспрерывном изменении, без конца переворачивающим и наши представления, да так, что людям уже мерещится конец света  в силу неопределенности и бесконечности самого этого исторического процесса, не находящего какого-либо завершения в данном иррациональном движении.
Иррациональное – это движение назад, в котором еще нет рационального, системообразующего и положительного. И общество, попавшее в это движение, теряет все и впадает в забытье, а человек – в маразм. Но этого беспорядочного движения преодолевает только человек, и благодаря своему разуму, активности.  Иррациональное – вообще само по себе есть нечто нескончаемое, абсурдное. Иррациональное есть движение вниз, ниже нуля7 И мы как раз оказались в этом движении, а потому кружимся в заколдованном круге. И человечество из него выйдет, только преодолев данное состояние. И если мы, по воле судьбы, вступили в это движение, сами того не сознавая, то нам не остается ничего, как только столь же «бесконечно» твердить только о восходящем движении, надеясь на то, что фортуна нас не обойдет. Все религий солидарны в одном: в конце концов, страдания становятся удовольствием и наслаждением жизнью, но только на том свете, и чем быстрей люди перейдут в иной мир, тем быстрее они обретут бессмертие. И человек на земле этому сопротивляется, не желая вневременно перейти туда. И нас здесь совершенно не интересуют мистические формы осмысления этого исторического процесса, что люди приходят к нирване или к царствию божьему. К счастью же человек действительно приходит через страдания и осознания и упорную борьбу.
Но и прогресс не имеет границы и не может когда-либо закончиться. Однако прогресс именно как восходящее движение радует своей бесконечностью. И поскольку в нисходящем движении все выступает именно в отрицательном проявлении, то и развивается негативное видение. И от того, что обеспеченные слои населения, еще эгоистически наслаждающиеся жизнью, называют это движение «восходящим», ничего в жизни не меняется, и вовсе не этот обман удерживает людей от бунтов и социальных потрясений. Неожиданным здесь является то, что это осуществляет человек, облеченный в деньги – денежная форма личности. И именно ее поведение еще не ясно. Ведь мы не случайно называем «революцией» то, что является следствием конкурентной войны, «подбиванием» или «подбиванием» другого с применением насилия. К тому же необходимо иметь в виду, что мы находимся на почве мирового капитала. А если мировой капитализм сегодня сотрясается терроризмом и экстремизмом и переживает не лучшие времена, то они не могут обойти стороной и нас. Надо запомнить навсегда, что мы вовлекаемся в мировой процесс развития. Стало быть, этот процесс нас охватывает целиком. Но вместе с тем, все это не значит, что мы пойдем в этом бессознательном потоке вместе с нисходящим движением капитализма. Если нисходящее движение капитализма является истиной, то становление и развитие человеческого общества – необходимость. И она в любом случае будет осуществлено, даже если мир превратится в руину.
Ведь это же не то, что придумали люди нашей эпохи, а историческая необходимость, развертывающаяся как раз независимо от сознания и воли людей. И люди могут только осознать эту необходимость, а потом сообразоваться с ней, но не идти вместе с гибелью капитализма к катастрофе. И вот мы и имеем дело с прогнозами, основанными на этих деньгах и деятельности человека как владельца денег. И мы к нему попросту прикладываем мерку капитала, то есть к своему развитию. Ведь речь-то как раз идет о том, что капиталистическое общество сходит со сцены истории не как-нибудь иначе, а именно индивидуализируя капитал и тем общественное богатство превращая в богатство людей, то есть превращая это богатство в богатство индивидуальное. А это значит, что общественное развитие в этом движении превращается в развитие индивидов. И поскольку эти индивиды еще незрелы и по сей причине еще не знают, что с ними стряслось, то на этом и спекулирует и мистика, и идеология.
Отсюда и то представление, что «бедные» могут снова восстать и еще раз установить справедливое общество со справедливым распределением богатства. И конечным назначением этой борьбы опять является «обогащение каждого» или та же банальная справедливость и равенство. И как это ни прискорбно, именно это исключено для нашего движения по этой же самой причине. Ибо у нас этого богатства уже нет, мы их просто завозим из-за границы. А это богатство, мыслимое нами, есть просто потребительная стоимость, а не стоимость (производство, производственные отношения). Богатство, находящееся в руках отдельных людей, не является основой общества. Только реальные общественные богатства нашей страны, которые и могут расти безгранично, являются нашим общественным достоянием. И основой этого богатства всегда являлось производство. И еще более прискорбно, что деньги самоликвидируются, а вместе с ними страдают и люди. Разве есть какая-либо разница в том, что мучается миллионер, теряя свои миллионы, и что умирает нищий, не находя материальную опору в жизни. В любом случае распадается человек, являющийся владельцем денег, следовательно, денежная форма личности. А человек как личность становится в этом процессе, проходя через муки «очищения». Но даже если в этом процессе ориентироваться на тех, кто менее всего приспособлен к нашей системе, то это не значит, что в этом содержится элементы гибели мира. Мир распадается на основе разрушительной силы денег. Отдельные люди, не выдерживающие давления этой ситуации, действительно могут согнуться и опуститься. Но не мир. Мир на этом основании обновляется,  очищая таким образом людей и развивая их дух против их воли и сознания, чтобы человек наконец осознал свое реальное положение и истинное свое назначение в мире и отделил себя от вещей – продукта своей деятельности, в котором то развитие, когда человек развивался вместе с вещами, просто распадается, превращаясь в денежное развитие. Определять человека той суммой денег, которой он располагает и в то же время не видеть человека как такового, сложившегося исторически – это характеристика только нашего времени.  Только люди нашей рыночной эпохи умудрились определять человека как владельца денег и в этом видеть некий рациональный смысл.
В этом содержится, безусловно, уродство нашей системы. Но просто как результат ее расстройства. И люди их могут осознать. И я не думаю, что осознав объективное положение вещей, они не могут изменить свою жизнь на человеческих началах. Напротив, мир сегодня как никогда открыт для новых преобразований. И деньги в последний раз нужно использовать именно для этой цели. Они как раз открывают путь к новым горизонтам. Они именно для этого приняли самодовлеющий характер. И если неограниченная власть денег сложилась и это уже угрожает человечеству, значит, человечество уже достаточно созрело для того, чтобы манипулировать не людьми, а деньгами. И это должно осуществлять, по моим предположениям, общество, государство. И государство встало над обществом именно для этой цели. Мы вступили в эпоху формирования человека, преодолев эру становления  общества как такового, стоявшего над людьми. Мы находимся, следовательно, на стыке двух эпох. И никакой «эры денег» в истории нет, сама такая мысль есть абсурд и чисто индивидуальный взгляд на жизнь. Отсюда и судите, где человечество находится и где находится постсоветское пространство, а в их числе и Казахстан, и что их ждет впереди – рай или муки ада?



Аватар пользователя va

Гораздо проще и понятнее о том же, о чем сказал Жарасбек: http://echo.msk.ru/blog/radzihovski/928069-echo/

Могу только добавить, что по пролетарской классовой колее мы действительно вернемся к началу того же самого порочного круга. Нужен прорыв. Выход на бесклассового социального носителя общенациональных интересов страны, составляющей части носителя общих интересов человечества – бесклассового аналога классовой парадигмы пролетарского интернационализма. Лишь в этом случае у нас есть надежда реального приведения надстройки в соотвествие с требованиями экономического базиса, объективными материальными интересами громадного большинства населения страны без кровавой каннибалистски-антагонистической революции.

В.А.

Уважаемый Коллега! Я не знаю, кто Вы и кем являетесь в этом мире. Но я искренне благодарю вас за внимание. Я не руководствуюсь какими-либо симпатиями или антипатиями к этому миру. Я люблю жизнь и людей в полном смысле этого слова, и руководствуюсь самыми возвышенными побуждениями. И знаете, чего я хочу? чтобы каждый был человеком. И поскольку каждый им становится сам, вырабатывая свои правила самостоятельно, то и я изначално не придерживаюсь каких-либо правил и пользуюсь свободным изложением мыслей и чувств.


Но я не понял, о каком «шансе» вы говорите. Речь идет об идеях нашей эпохи, которых свободно излогают и читают все, кто имеет желание их постичь. И я их представляю в публицистическом изложении. В этом смысле каждый видит, что я их излагаю не без правил. Еще раз благодарю за замечание.

Аватар пользователя va

Ваш ответ понятен, уважаемый Жарасбек. В химии такие компонеты, которые не участвуют в реакциях ни как реагенты, ни как катализаторы, называются инертами, химическим балластом.

В обществе же идет непрестанная коллизия интересов. Самых разных. От мнимых до действительных. Все участвуют в перетягивании каната, но только не в две противоположные стороны, и даже не по каждому из 32 румбов компаса, а в направлении каждого  из 360 градусов. Постепенно люди начанают понимать, что так результата не добиться. Начинают кучковаться, объединяться. Осмотревшись, начинают соображать: а куда мы тянем? Что за спиной: не топкое ли болото? Не пропасть ли? Заметившие эту опасность поднимают крик. Это идеологи-катализаторы. Но идеолог идеологу рознь. Есть такие, которым сослепу что-то показалось. Это еще пол-беды: зрячие подправят. Но бывают и такие, задача которых свалить соплеменников в пропасть, утопить их в болоте. И завладеть ставшим ничьим богатством, усесться на престол. Как предостерегал нас Юлиус Фучик, люди, будьте бдительны!

Теперь Вам понятно, о каком шансе я говорю? Куда веревку тянуть? Куда Вы сами тянете? Или Вы в этом как социальный инерт не участвуете?

В.Архангельский

Что происходит с человеком?


Эссе и публицистика


Что происходит с человеком?



Действительно, что происходит с человеком в нашу эпоху и кем он становится, освободившись от своих оков? Это правомерный вопрос, на которого до сих пор нет ясного ответа.


До сих пор нет объяснения, например, такому явлению, как деградация человека. А что касается деградации морали, культуры и вообще разложения социальных отношений, то здесь вообще тупик.


Деградацию человека, например, связывают с сознанием людей, их волей. Опускается человек по своей доброй воле и поднимается тоже. Одни достигают высоких успехов и стремительно идут в гору, а другие топчутся на месте, а третьи оказываются на самом дне. И объяснять это тем что все это было всегда, это уже не ответ в эпоху становленияличности когда каждый желает жить просто человеком.


Между тем люди уже с недоумением взирают на это явление и не могут его взять в толк. Привычные способы интерпретации нас уже не могут удовлетворить. Беспричинно человек не опускается и не падает. А некоторые летят с высоты и разбиваются вдребезг. Мы стоим на вершине, со всех сторон окруженной обрывам. Любой может сорваться в любую минуту c этой скалы. Часто многие прикрываются деньгами, властью, а внутри все пусто и воет волком. Когда писал эти тексты, об этом явлении я знал еще мало. Но я хорошо понял одно: в этом мало вины человека как субъекта и объекта общественной и государственной манипуляции. Это само по себе чудовищное безразличие к человеку и глумление над его жизнью, обусловленный безграничным эгоизмом того же человека, порожденного денежным рабством. Нужно новое объеъдинение, до которого мы уже доросли, раз умудрились пасть так низко. Не забывайте, чтобы подняться ввер по леснице истории, нужно сначало очеь низко опустться.


Новое объединение людей, поэтому, формируется только сознательно. Или его не будет никогда. В эпоху интеллекта общество может продвигаться вперед только сознательно. Это непреложный закон нашего времени. Только сознательно оно может выходить и из кризиса. Оно формируется, по моим предположениям, только из продуктов распада, т. е. из людей, лишенных всего. Когда-то, в ходе распада феодализма, из таких людей формировался класс пролетариев, сложившийся основным классом буржуазного общества. В наше время распад обусловлен деградацией человека, а не неким таинственным падением производительных сил. Социализм давил на человека, выходившего из капитализма. И раздавил его. Современное же общество, называемое рыночным, продолжает его давить. И в этом, бесспорно, оно достигла кульминации и теперь торжествует, превратив его если и нев в раба, то в мутанта.


Современное общество, в своем попятном движении оказавшееся на уровне средневекового состояния, всем своим строем изуродовало и искалечило людей, пичкая их алкоголю, наркотиками и другими ядами, дающими баснословные прибыли их производителям и распространителям. Если отвлечься от экономических и других социальных причин, только одно это уже приняло форму самоуничтожения человека. Эта система изо дня в день превращает людей в бездушных монстров и равнодушных денежных воротил и тем создает разнородный контингент людей. Если в этой неопределенной системе на одной стороне жизни живут люди на уровне утробного состояния капитала и ежедневно выхолащиваются спекуляцией и изнурительной торговлей и ежедневно опустошаются дикой эксплуатацией и нескончаемой борьбой за выживание, то на другой стороне жизни появляется контингент людей, опустившиеся на уровень первобытного состояния, люди, совершенно свободные от принципов и норм современной цивилизации. Состав этого контингента людей разнороден и по социальным, и по возрастным, и по половым признакам (мои выводы. Людям, стоящим на краю пропасти, сегодня легче оказаться здесь, чем подняться на вершину, карабкаясь по скалам).
Говорят, что эти люди утрачивают адаптацию, и общество с ними не может делать ничего. Эти люди в буквальном смысле есть люди, обреченные и которые не имеют ничего, кроме желания простого уцелеть, иначе говоря ими двигает элементарный животный инстинкт самосохранения.
Жестокость, проявляемая современным обществом, обнаруживается здесь, ибо здесь может оказаться каждый и сегодня никто от него не застрахован. Потому что оно является необходимым продуктом распада. И его предопределило социалистическое развитие, методически деформировавшее способности людей, и притом не какие-либо, а именно способности к отдельному существованию, насаждая коллективизм. В этом состояло историческое призвание социализма: разложить коренного отношения человека к человеку, воспитанного капитализмом на протяжении столетии и сделать его неспособным жить по капиталистически, в котором стремление к отдельному существованию лишится смысла. И объективно возникает условия нового объединения.
Как коллективное существо человек формируется только в коллективных отношениях. И в этом процессе развиваются прежде всего его способности к коллективной жизни. Но эти способности не могут сложиться, пока человек способен к отдельному существованию и может выживать в одиночку. Наша система сегодня устроена так, что мы хотим быть счастливыми в своем эгоизме, одним снимая свою шляпу и поклоняясь, а других взирая с высоты и презирая. Лишь с полным разложением этих способностей человек оказывается в состоянии, описанном выше, и утрачивает адаптацию и, сам того не сознавая, бежит от современной цивилизации. Это уже сейчас принимает массовую форму проявления.
В силу неудержимого характера распада, происходящего на уровне всех отношений общества и людей: семейных, брачных, воспитания, образования и т. д. число этого контингента людей растет и напоминает нам страшную раковую опухоль, разъедающую тело общества в глубоких и скрытых пластах его тканей. Этот контингент людей собирает всех, кто бежит от современной цивилизации и ее жестокостей. И если они отравляют жизнь, находясь в глубине пропасти, то другие отравляют ее, находясь на вершине, с которого они падают и попадают не в рай, а прямо в самый настоящий ад. И когда сегодня люди говорят о райе и аде, то они имеют в виду то, что им рисует их воображение, а не эту уродливую реальность с ее самым отталкивающим безобразием.
Это не бомжи, как их именуют теперь, а свидетельство того, что общество, в своем обратном движении уже оказавшееся на уровне средневековья, погибает, опускаясь на уровень первобытного состояния. Они нам наглядно показывают, во что в итоге превращается общество в своем слепом движении, гоняясь за деньгами — в общество, в котором не нужно трудиться, ибо нет производства и парализована деятельность человека.
Таким образом, современное общество, идущее назад, постоянно производит и воспроизводит условия своей собственной гибели, парализуя деятельность людей и подавляя их активность во всех отношениях, предоставив каждого «деланию денег». Поэтому здесь все направлено на деформацию и уничтожение. Что это общество уже не способно заботиться о своих гражданах и оно утратила свою необходимость, это видно из того, что люди брошены на произвол судьбы и каждый выживает как умеет.
Так в результате разложения старого общества создаются субъективные и объективные предпосылки перехода общества к другой, боле высокой форме жизни, которая, естественно, не может родиться блаженно и тем более бессознательно.


Аватар пользователя Совок

    Этот вопрос задаваемый Жарасбеком вызывает удивление. Всем известна суть человека-это примат животного происхождения как установила современная наука. Деградация человека-это вполне объективный процесс,возвращения в своё первобытное состояние. Другой вопрос о механизме деградации должен бы разрешиться наукой о человеке,развитие которой всячески тормозится властью и религией. Вот в этом-то и проблема человечества.

Вам, по-моему, достаточно кривить душой. Вы можете любить себя, высоко ставить собственные суждения и вообще возомнить себя богом. Это ваше дело. И все это вам не дает основания для огульных и ничем не обоснованных толкований. Я форуму даю четко сформулированные идеи. И повторяю, тот факт, чо они не нравятся вам, отнюдь не означаю, что меня и другие воспринимают, как вы. Живя в прошлом, нельзя понять настоящее, не говоря о будущем. А рассуждать просто о социализме, уже 20 лет не существующем, и снова и снова его крутить и вертеть, это просто уходить от действительности. Зарубите себе, вы не с тем имеете дело, кем себе вообразили меня. Я не националист, а гражданин мира. Именно поэтому рассуждаю о человечестве и человека, а не о русских и казахах.

Аватар пользователя va

Уважаемый Жарасбек Коргамбаев!
 
Благодарю Вас за пояснение своей позиции. Она проясняется. Насчет сравнения меня с богом Вы переборщили. Я ровно такая же, как и Вы, семимиллиардная частица человечества. Нисколько не выше Вас, но и не ниже. Если хотите (я не настаиваю, если желаете, можете остаться при своем мнении), говоря Вашими словами, зарубите это на своем носу. Желательно навсегда, чтобы больше не возвращаться к этому высосанному из Вашего пальца вопросу.
 
Зачем милостивый и всемогущий бог (по христианской версии) за частные грехи вавилонян наказал все человечество, понять невозможно. Если б я верил в Бога и Дьявола и не был бы атеистом, то я бы отнес акт межнационального разделения всех потомков Адама и Евы целиком на счет Дьявола. Этот акт, будь он действительно совершен всемогущим и всемилостивым, не подпадает под наблюдение Черномырдина. Нельзя хотеть как лучше и сеять семена межнационального непонимания. Из них произрастает межнациональная рознь, которая приносит дьявольские плоды межнациональных войн вопреки завету Творца: не убий. Если б я был верующим, я бы счел библейское объяснение существования межъязыковых барьеров на нашей планете удавшейся хорошо спланированной провокационной спецоперацией Дьявола, вся ответственность за которую перенесена им (как это всегда и бывает) с больной головы на здоровую. Как эта античеловеческая (вспомним об образе и подобии человека Богу) версия Дьявола просочилась в Библию – вопрос открытый.
 
Кстати, между строк: потомки Адама и Евы все-таки нашли способ достичь неба. Первый землянин проник туда с земли казахов, с советского космодрома Байконур. А через десяток лет другие потомки первых людей, многоюродные братья первого космонавта побывали на Луне, а сегодня они готовятся к полету на Марс. А созданные ими (или, если хотите, нами – потомками Адама и Евы) космические телескопы вглядыватся в далекое прошлое нашей Вселенной и видят и познают в ней события, происходившие многие и многие миллиарды лет назад.
 
Очень хорошо, что Вы, как и я, не националист, хотя это не отменяет того факта, что я русский и живу в России, а Вы – казах (если как гражданин мира не отреклись от родного народа, извините, что эти подробности мне неизвестны) и живете скорее всего, на территории Казахстана, расположенном, как и Россия, на планете Земля. Если Вам показалось, что общенациональные интересы того или иного общества, о которых я говорю, имеют дьявольскую природу, (и тем самым враждебны таким же интересам сопредельных и более удаленных стран) или не существуют вовсе, то Вы, кардинально ошибаетесь и здесь. Пока что – хотите Вы того или нет,– народы организованы государственно и все еще размежеваны государственными границами, несмотря на то, что те становятся более проницаемыми хоть, например, в Западной Европе, хоть между осколками СССР и внешним по отношению к нему миром. Правильно понятый (то есть объективно существующий) общенациональный интерес любой страны не противоречит, а лежит в русле опять-таки объективно существующего глобального общечеловеческого интереса всех жителей планеты Земля, интереса более высокого порядка, нежели общенациональные интересы .
 
Но мне непонятна Ваша агрессия («зарубите себе на носу», что Вы не тот, за кого я Вас принял). Если разговаривать со мной не желаете – и не надо, ничего от этого не потеряю. Но коль скоро Вы сами пришли на форум (понимаете слово форум?) будьте любезны вести себя как на форуме, а не как на трибуне одностороннего пророческого вещания. 
 
Пока я только хочу понять Вас, как этого хотят понять и другие участники форума. Если Вы знакомы с нашими баталиями, то должны знать, что все мы разные. Двух одинковых мнений нет ни у кого ни с кем, и тем не менее мы скорей интересны, чем противны друг другу в диспуте, в котором проверяем силу наших точек зрения .

В предыдущем ответе Вы слукавили, что у Вас нет симпатий и антипатий. Сегодня Вы поступили честнее, выразив свое отрицательное отношение к социализму. А почему оно у Вас отрицательное? Вот Милянцев и Корягин свою точку зрения изложили. А Вы – нет! Более того, Вы задали нам новую неразрешимую шараду, потому что как гражданин мира, как носитель идеологии мирового братства и сотрудничества всех людей на свете не можете не понимать, что эти идеи не могут стать господствующими в мире, пока они не стали таковыми в каждой отдельно взятой стране: Канаде, Казахстане, России, Японии и т.д., и.т.д. То есть Ваши взгляды должны были бы быть близкими идеям-задумкам социализма и коммунизма (я не говорю сейчас об их реализации в СССР), а у Вас к социализму антипатия. А как тогда обстоит дело с Вашим отношением к аутеничному марксизму?  Конкретнее: с отношением к материализму, материалистическому пониманию истории, к идее эволюции Вселенной, жизни на Земле и человеческого общества? Как относитесь к диалектике вообще и применительно к развитию общества? Если все Ваши ответы эти вопросы отрицательны, то назовите свой позитив сами, но тогда зачем Вам вообще этот сайт Альтернативы? Если совсем честно? Потому что на веревке Вас сюда никто не тащил.

В.Архангельский

Уважаемый В.А. Архангельский. Не тратьте время на полемику с людьми, которые, очевидно, зациклены на самих себе,  на своем «токовании» — вот мой совет. Ведь Вас все равно не слышат и, судя по всему, слышат чаще всего только себя.

Давид Эпштейн

Архангельскому. Согласен с Эпштейном. Надо ставить реальные задачи. Наша задача научить этого аксакала правильно кнопки нажимать. Не пойму почему его тексты попадают в коментарии. Почему ему мало блога. Как только он перестанет засорять нам комментарии своими текстовками, можно спокойно про него забыть. его тексты интересны и понятны только ему самому.

Уважаемый В.А. Архангельский. Не тратьте время на полемику с людьми, которые, очевидно, зациклены на самих себе,  на своем «токовании» — вот мой совет. Ведь Вас все равно не слышат и, судя по всему, слышат чаще всего только себя.

Давид Эпштейн

Аватар пользователя va

Я ведь адресую свои соображения не только прямым адресатам.  Но и новым, пока еще потенциальным жертвам ловцов метущихся душ, которые в наше переломное время еще не сделали своего выбора и не определились окончательно. Те, правда, тоже едва ли услышат, но Вы-то, Давид Беркович, услышали. И это немало. А тут Изборский клуб с участием нового министра культуры (см. взгляд изнутри).

Еще немного и материалисты станут уголовно преследуемыми еретиками, врагами России, толкаемой в Средневековье почувствовавшими свою силу фарисеями и теми, кого уже успели оболванить библейскими и давно разбитыми наукой мифами, верой в Христа, в его православных трактовках господствующих сегодня сергианцев и подавляемых ими катакомбников, староверцев и прочих сект. Судя по вчерашнему интервью г-на Гундяева, вопрос о христианизации населения России – вопрос уже решенный в верхах (светских и церковных), проблема лишь в сроках. Вместо изучения наук в школах и вузах будем учить своих детей петь народные песни, водить экзальтирующие хороводы, разряжать себя ради забавы и  в назидание нехристям-атеистам мордобоями, самоубийственно внедрять в сознание новых поколений догматы катехизиса, как на том настаивают г-н Гундяев и члены Изборского клуба. Перлы А.Дугина Армия сатаны атакует, равно как и Порвать пасть креативному классу стоит посмотреть каждому. Отдельно Совку, Петру и Фельдблюму рекомендую посмотреть вот это: Александр Дугин о Сталине.

В.Архангельский

Аватар пользователя Совок

    Всей честной компании. Чемь трепать имя Сталина,лучше бы учили наизусть его цитаты. Благотворно влияют на интеллект. Привожу одну из них.»

 


 


 



Марксизм не признаёт неизменных выводов и формул, обязательных для всех эпох и периодов. Марксизм является врагом всякого догматизма». И.В. Сталин

Аватар пользователя professor-v

«Марксизм не признаёт неизменных выводов и формул, обязательных для всех эпох и периодов. Марксизм является врагом всякого догматизма». И.В. Сталин


Наизусть выучить легко. Понять — сложнее! Цитата состоит из двух самостоятельных утверждений. С первым утверждением трудно согласиться. От него сильно отдаёт волюнтаризмом. Позволяет делать с марксизмом всё, что душе угодно. Это недопустимо. Если марксизм — наука (а это мы должны признать), то здесь, как и в каждой науке, должны быть неизменные выводы и формулы, справедливые для всех времён. Например, в астрономии это вывод, что Земля вращается вокруг Солнца. В физике это справедливость атомно-молекулярного учения. В химии — справедливость периодического закона элементов Д.И.Менделеева. В математике — таблица умножения. В марксистской политэкономии — это определение процесса труда, данное Марксом в первом томе «Капитала». В новой политической экономии (междисциплинарной общеэкономической теории) — это одушевлённая производственная функция. Она справедлива для всех «эпох и периодов». Так что в этом вопросе я не вполне согласен с И.В.Сталиным.


Что касается второго утверждения И.В.Сталина, то с этим я согласен, но с важной оговоркой. Марксизм, как и любая наука, нуждается в непрерывном развитии и в этом смысле не признаёт догматизма. Но только в этом смысле.  Непризнание догматизма не означает непризнания бесспорных научных истин.


 

Аватар пользователя Совок

      Критикуя цитату Сталина,Фельдблюм показл,что он отрицает диалектику,поскольку цитата это лишь констатация законов диалектики,а не отрицание элементарных относительных истин,таких,например,как дважды два четыре. Диалектика исключает как волюнтаризм,так и метафизику и не исключает,что в будущем таблица умножения потеряет смысл,поскольку может быть человечество перейдёт на двоичную систему счисления. Рассуждения Фельдблюма-обычный приём немарксиста,путём мошеннических словесных схем ввести в заблуждение добрых людей и бросить тень на Сталина.Диалектика утверждает,что человечеству доступны только относительные истины. Например,истина о плоскости земли,которой жило человечество на протяжении многих веков, впоследствие претерпела уточнение в связи с шарообразной формой земли. Другой пример из геометрий Евклида и Лобачевского о параллельных прямых. Вот о чём цитата Сталина. И конечно нужно рекомендовать её не просто вызубрить,а понять смысл каждого слова.Обратите внимание на слова»обязательных для всех эпох и периодов.»

Аватар пользователя professor-v

Например,истина о плоскости земли,которой жило человечество на протяжении многих веков, впоследствие претерпела уточнение в связи с шарообразной формой земли.


Я тень на Сталина не бросаю. И мошенничеством не занимаюсь. Не надо оскорбления по моему адресу высказывать. А скажите, Совок, шарообразная форма Земли — это какая истина? Относительная или абсолютная? Как там по вашей диалектике?

Фельдблюму.

«Наизусть выучить легко. Понять — сложнее!» — Ваши слова.  Не обижайтесь профессор, но Совок понял цитату Сталина лучше, чем Вы.

Критерий истины в науке- практика. Если марксизм наука, к нему надо подходить с тем же критерием. Меняется практика жизни и меняются критерии истины. Совок привел великолепные примеры.

  Кроме того, вы говорите « От него сильно отдаёт волюнтаризмом. Позволяет делать с марксизмом всё, что душе угодно».

То есть, по вашему, Сталин волюнтарист и искажает марксизм себе в угоду. И после этого Вы говорите, что не бросаете тень на Сталина. Практика всей его деятельности, как государственного деятеля, подтвердила, что Сталин истинный марксист.

То что земля не строго шарообразная, а приплюснутая  у полюсов. изучают кажется в третьем классе. школы, так что данная истина тоже относительная.

Аватар пользователя professor-v

Меняется практика жизни и меняются критерии истины.


Критерии истины меняются, но от этого дважды два всё равно остаётся четыре!


 Сталин истинный марксист.


Когда он уничтожал крестьянство, он был марксист? А когда устраивал гонения на генетику, кибернетику, биологию, языкознание и другие новые научные направления, он тоже был истинный марксист? А когда устроил массовые репрессии и расстреливал невинных людей, он тоже был марксист? Маркс и Энгельс к такой политике никогда не призывали.


То что земля не строго шарообразная, а приплюснутая  у полюсов. изучают кажется в третьем классе. школы, так что данная истина тоже относительная.


Теперь это абсолютная истина. Тем более, что её изучают в средней школе!

Аватар пользователя va

Комментарий – в заголовке. В.А.

Фельдблюму.

Сталин истинный марксист.

Когда уничтожал крестьянство. Конечно, также как английские графья и бароны занимались огораживанием в семнадцатом веке. Основной класс при капитализме, а также при социализме рабочие.

«Когда устраивал гонения на генетику, кибернетику, биологию, языкознание и другие новые научные направления». Конечно, потому что все это подавалось как достижения запада. Достижения советской науки и культуры он всячески приветствовал.

Все физики ядерщики жили при коммунизме. Академики Иоффе, Вернадский, Капица и т.д.прекрасно себя чувствовали. Константин Симонов, Сергей Михалков, Твардовский, Дунаевский, Хренников, балет, театр и т.д. про кинематограф вообще не говорю.


«А когда устроил массовые репрессии и расстреливал невинных людей». Конечно. Вопрос насколько массовые и насколько невинных? На днях показали фильм о Тухачевском, (невинный парень?)


«Маркс и Энгельс к такой политике никогда не призывали». Конечно. Ведь они выдающися теоретики. А как Вам это «Рабочему классу нечего терять, кроме своих цепей, приобретут же они весь мир.» (Манифест коммунистической партии).

Фельдблюму.

Сталин истинный марксист.

Когда уничтожал крестьянство. Конечно, также как английские графья и бароны занимались огораживанием в семнадцатом веке. Основной класс при капитализме, а также при социализме рабочие.

«Когда устраивал гонения на генетику, кибернетику, биологию, языкознание и другие новые научные направления». Конечно, потому что все это подавалось как достижения запада. Достижения советской науки и культуры он всячески приветствовал.

Все физики ядерщики жили при коммунизме. Академики Иоффе, Вернадский, Капица и т.д.прекрасно себя чувствовали. Константин Симонов, Сергей Михалков, Твардовский, Дунаевский, Хренников, балет, театр и т.д. про кинематограф вообще не говорю.


«А когда устроил массовые репрессии и расстреливал невинных людей». Конечно. Вопрос насколько массовые и насколько невинных? На днях показали фильм о Тухачевском, (невинный парень?)


«Маркс и Энгельс к такой политике никогда не призывали». Конечно. Ведь они выдающися теоретики. А как Вам это «Рабочему классу нечего терять, кроме своих цепей, приобретут же они весь мир.» (Манифест коммунистической партии).

Аватар пользователя va

У Вас очень богатое воображение: Опять Архангельский о Сталине. Я о Вашем кумире не сказал ни слова, просто порекоменодовал Вам материал Александр Дугин о Сталине, не более того.

Что касается Вашей рекомендации учить цитаты Сталина наизусть, то привожу Вам слова Иосифа Виссарионовича из той же работы «Марксизм и вопросы языкознания», с той же странички, только абзацем выше.

Начетчики и талмудисты рассматривают марксизм, отдельные выводы и формулы марксизма как собрание догматов, которые «никогда» не изменяются, несмотря на изменение условий развития общества. Они думают, что если они заучат наизусть эти выводы и формулы и начнут их цитировать вкривь и вкось, то они будут в состоянии решать любые вопросы в расчете, что заученные выводы и формулы пригодятся им для всех времен и стран, для всех случаев в жизни. Но так могут думать лишь такие люди, которые видят букву марксизма, но не видят его существа, заучивают тексты выводов и формул марксизма, но не понимают их содержания.

Заучивание наизусть марксистских формул, учит и никак не научит Вас товарищ Сталин, не есть гарантия того, что Вы понимаете их содержание. Скорее наоборот: зубрежка цитат оказала на Вас, как это доказывают неопровержимые факты, тлетворное, антибольшевистское влияние, а вовсе не благотворное, как Вы, товарищ Совок, об этом всем громогласно заявляете. Но марксисты знают, что громче всего гремят пустые бочки. Поэтому примите, пожалуйста, последнее предупреждение от товарища Сталина: в случае повторного клеветнического заявления о том, что люди, включая меня, еще не сапиенсы, а только на пути от приматов, или даже только приматы (или, по-Вашему, я, как русский грузин Сталин не человек?), будете привлечены к суду по всем пунктам статьи 58 Уголовного кодекса, дейстовавшего в СССР при моей жизни. Со всеми вытекающими последствиями. Распоясались, «марксисты»-засранцы!

В главном согласен и с замечанием В.Фельдблюма о цитате из Сталина (если отсечь несущественный для логики замечания пример об ОПФ). Уточнение замечания в обращении к Фельдблюму ниже.

В.Архангельский

Аватар пользователя Совок

   Каждый остался при своём мнении. 2 голоса за Сталина и два против. Ничья. Теперь пора перейти к обсуждению последнего коментария Жарасбека о диалектике. Очень дельный коментарий. У меня только единственное замечание по поводу его вольного обращения со словом социализм. Во- первых он кажется не различает,что в СССР было два социализма: сталинский и хрущёвский.Во-вторых говорит о превращении и исчезновениии социализма,что на самом деле не соответствует действительности,о чём свидетельствует укоренение и распостранение социализма во всём мире и в первую очередь в передовых странах запада. 

Совку. Да ничего подобного. Люди считающие себя диалектиками в своих рассуждениях почему то не руководствуются фактами, в масштабах мировой истории двадцатого века, а как лживые диссиденты, выдергивают многократно крапленые фактики из рукава.

Кто применил ядерное оружие против мирного населения чужого государства. США.

Кто разбомбил Дрезден, абсолютно невоенный город за несколько дней. Англия, США.

Кто поливал  напалмом, химическим оружием Вьетнам. США

Кто не дает развиваться Кубе и всей латинской Америке.

Кто расколотил независимую Ливию. НАТО.

Кто сейчас пытается тоже самое сделать с Сирией.

Кто постоянно угрожает бомбардировками Ирану. США НАТО.

Фельдблюм. Архангельский. Чего молчите. Кричите возмущайтесь. По Марксу-СТАЛИНУ ВЫ пособники империализма. Со всеми вытекающими.

Аватар пользователя va

Посмотрел ролик Дмитрий Рогозин о Сталине. Почти со всеми утверждениями Рогозина согласен. Кроме некоторых. Например, «страна стала больше». Территориально – да. Но нельзя забывать, что численность населения СССР была искусственно усечена, особенно на присоединенных территориях.

Но речь не об этом. Моим предметом, о котором я толкую, является политическая экономиия (и шире – социология) социализма. Та самая, которая господствовала в СССР в качестве теоретического фундамента совершенстования социализма и развернутого строительства коммунизма. Фундамента, как показала жизнь, никудышнего. О чем, впрочем, была масса свидетельств, начиная с времен начала строительства социализма, даже еще до объединения советских республик в союзное государство. От В.Ленина до Е.Фадеева.

Предметом Вашего интереса является личность Сталина, которую Вы вместе с Дугиным трактуете как символ героических усилий выживших в годы репрессий 1929–1953 гг. остатков советских людей, надрывным трудом которых СССР стал тем, чем стал к 1953 г. И негативно отноститесь к любой критике действий Сталина, которая была просто невозможна при его жизни и поэтому развернулась только после его смерти. 

Давайте отделим мух от котлет. Я действительно часто вспоминаю имя Сталина, но совсем в другой связи. Мы обязаны разобраться, почему рухнул социализм в СССР. Я вижу главную причину в слабом теоретическом фундаменте. Сильное общество на мощном фундаменте не может рухнуть просто из-за ошибок первых лиц: а ошибки-то откуда? Большинство русских царей и императоров по крови и на четверть не были русскими. Но будучи правителями России, блюли интересы страны, которой правили, а не интересы чужих государств. Предположение о слабом фундаменте резонно?

История теоретического фундамента в сжатом виде такова. В основу его взяты прогнозы основоположников марксизма, выполненная ими экстраполяция тенденций развития изученного ими капиталистического общества, из которого они сумели извлечь теоретический дистиллят, очищенный от влияния всех некапиталистических отношений.

Уже первые послереволюционные годы показали, что реальная жизнь куда богаче прогнозов классиков, на что предельно четко указано Лениным в послеоктябрьских текстах «Государства и революции».

1920 г. Появилась новая парадигма; общество (сам рабочий класс) на всем протяжении социалистической фазы вплоть до победы коммунизма оказывается поляризованным на свои полюса, на свои противоположности (причем так, что поляризованным оказывается каждый пролетарий), а именно: 1) на пролетариев-наемников как продавцов своей рабочей силы и 2) на пролетариев-коммунистов как собственников общенародных средств производства, которые (пролетарии-коммунисты, и только они) в силу этого перестают быть пролетариями.

1921 г. Новая экономическая политика. Фактическое признание Лениным того факта, что выводы и прогнозы, сделанные на  основании теории чистого капитализма-дистиллята, в многоукладной экономике не работают, даже если экспроприировать заводы и фабрики в общенародную собственность, установить диктатуру пролетариата. Пересмотр отношения к роли денег, категории стоимости и к товарному производству при социализме.

1922–1924 г. Выбытие Ленина из политического руководства страной и его смерть.

1928–1931 гг. Свертывание НЭПа. Укрепление политической власти Сталина.

1936 г. Ленинская парадигма отвергнута и заменена новой – рабочая сила не является товаром, пролетариев-наемников не существует; из теории социализма исчезла диалектика; суть социализма не есть «самая трудная борьба» (Ленин) коммунистического полюса общества против своего наемнического антипода, движущими силами развития объявлены не диалектическая борьба противоположностей, не диалектика поляризованного общества, а адиалектические силы благодати (морально-политического единства, советского патриотизма и дружбы народов). Параллельно с водружением антимарксистских и антиленинских лозунгов и знамен шла дискредитация и физическое уничтожение всех активных членов ленинского политбюро 1917 г. – оппонентов Сталина, который стал таким образом единоличным автором теоретического фундамента советского социализма.

1950 г. Казнь Н.А.Вознесенского, члена Политбюро ЦК ВКП(б) и уничтожение его рукописи «Политическая экономия коммунизма», которую автор назвал своим кредо ученого и коммуниста.

1953 г. Смерть Сталина.

1961 г. Программа КПСС развернутого строительсва коммунизма в СССР на 1961–1980 гг., построенная всё на том же адиалектическом и потому никудышнем теоретическом фундаменте.

1961–1980 гг. Полный провал выполения программы строительства коммунизма, включая контрольные рубежи на 1970 и 1980 гг.

1983 г. «Концепция социализма как общества социальных противоположностей» передана мной в ЦК КПСС, институты экономики и философии АН СССР в качестве моего видения корректировки теоретико-идеологической платформы деятельности КПСС, в которой была обоснована и выдвинута в качестве гипотезы парадигма неклассовой поляризации общества социализма на неклассовые, но однородные с ними образования: наемнический и коммунистический полюса, которые я назвал классоидами; одновременно предлагалось расширить категориальный аппарат марксистской социологии: общественные классы и классовую борьбу рассматривать лишь как одну из уже давно известных форм социально-экономических полюсов общества; другой – неклассовой – формой диалектических противоположностей общества (диапротоб) являются классоиды. Истерический протест рецензентов из ИЭ и ИФ АН СССР против выдвинутых предоложений и гробовое молчание ЦК КПСС; признание рецензентами ошибочности своей критики. Меня не посадили и не отправили в психушку, за что всем премного благодарен и прошу не судить меня строго тех, кто не избежал этой участи.

1991 г. Падение правления КПСС. В общественном мнении причиной падения социалистической организации общества стал не сталинский теоретико-идеологический фундамент, а собственно марксизм 19 века. Власть с молчаливого согласия новой исторической общности – советского народа перешла к антикоммунистам, почти поголовно – бывшим членам КПСС. Началось хищническое разграбление общенародных рукотоворных и природных богатств СССР. Армия «теоретиков» и идеологов «марксизма-ленинизма» распалась на две группы: часть (большая) переметнулась в другие (немарксистские) школы социологии, и хорошо еще, если в школы институционализма, другая заняла оборону рассыпавшегося сталинского фундамента. Лишь считаные единицы пытаются, опираясь на основополагающие принципы аутеничного марксизма, разобраться в проблемах советского социализма, но о них ничего не слышно. Понимая, что результаты моих исследований даром не нужны ни первым (априори), ни вторым (по приобретенному опыту), а народ практически не оказал поддержки обанкротившейся партии, я на 20 лет полностью отошел от своих упражений в социологии. Чванливых учителей-идеологов я по наивности принимал за добросовестно заблуждавшихся ученых и не видел в них (потому что не хотел видеть) заурядных мошенникокв и лицемеров. Понял, что последнее не хотел – вредно.

2011 г. Попробовал погрузиться в науку, которую оставил 20 лет назад. Осмотревшись, увидел, что результаты погромов, которые проходили с 1920-х годов до середины 20 века, не преодолены и не залечены до сих пор. Многие по-прежнему сидят в окопах погромщиков. Но уже с Интернетом и современными средствами связи.   

Ваша, господин Фельдблюм, междисциплинарная теория вполне совместна со сталинским кастратом марксизма (вот в чем боятся признаться нынешние обществоведы, которые десятилетиями после смерти Сталина продолжали охранять хлипкую сталинскую конструкцию теоретического фундамента социализма). Ни в  первой, ни во второй социальная диалектика никакой роли не играет, а проблемы рассыпавшегося фундамента советского социализма Вас не колышат, поскольку во всем виноваты либералы (т.е. не диктаторы и не его холопы). Тем более, что и функции этих школ практически одинаковы: оправдывать любые действия властей и осуждать любые действия оппозиции. Что мы и видим в непрекращающемся потоке Ваших статей о мудрости властей (ждем восторгов о мачо-дельтапланеристе и о его многотрудной педагогической и воспитательной работе как опытного биолога и эколога в отношении краснокнижных стерхов). И о подлости, об ошибках и о тупости оппозиции и ее исключительно зарубежного тыла.

Моя же «Концепция социализма как общества социальных противоположностей» несовместима с чужеродными марксизму сталинскими новациями, которые не только ослабили фундамент социализма вплоть до фактически свершившегося реального краха последнего, но и временно скомпроментировали аутеничный марксизм целиком и в глазах исследоватетелей общественных отношений, и в глазах их простых участников. Что я и пытаюсь объяснить тем, кто не понимает.

Относительно Вашего комментария Совку. Безусловно, сталинская формула позволяет протащить в социальную науку любой произвол, ссылаясь на изменившиеся исторические условия. Но нельзя забывать, что в социологии вообще и в марксизме различаются два уровня: общеисторический, объектом изучения которого исторический процесс в целом как закономерная смена исторических фаз развития общества как способов производства и общественно-экономических формаций, и частный. Применительно к общеисторической составляющей науки Ваше замечание совершенно справедливо. Но оно справедливо и по отношению к частным теориям, изучающим исторически определенные фазы развития общества, например к капитализму или его стадиям. Да так, собственно, поступают и в любой иной науке. Изучается поведение какого-либо произвольного объекта всегда в привязке к определенным диапазонам значений параметров среды, условий опыта. За пределами изученной области всегда имеем terra incognito, о поведении объекта в которой можно судить только предположительно. В этом диалоге с Совком и Петром о достаточно абстрактных вещах Вы, по-моему, вполне сохраняете объективность.

В.Архангельский

Аватар пользователя professor-v

Прочитал с интересом. Спасибо.

Архангельскому. Браво! Ваш упертость по отношению к Сталину привела к новому всплеску дискуссии о Сталине, даже Ваш коллега Першин высказался. Правы пиарщики. Плохо или хорошо, лишь бы не забывали.

Послушал Дугина, Рогозина и даже Лукьянова о Сталине. Дугин во многом прав — в Сталине люди видят олицетворение успешности страны, своей веры в светлое будущее. 

Рогозин прав, потому что предлагает отказаться от одноцветного восприятия Сталина. Более всех меня поразил своей детской наивностью Лукьянов. Его, видите ли, умилили лишь три костюма да пара сапог с валенками, оставшиеся после  Сталина. И многочисленные правки Сталина синим карандашом к статье о роли компартии в Конституции СССР. А то , что Сталин заставил Бухарина писать Конституцию СССР, до этого обвинив его во всех смертных грехах как организатора «троцкистско- зиновьевско-бухаринского блока», то, что к тому времени (1936 год) уже были уничтожены десятки тысяч ленинских партийных кадров только потому, что они когда-то имели смелость высказать свою точку зрения, не совпадающую с официальной, это Лукьянов оставляет за кадром…, впрочем, как и многие сотни тысяч догаматиков от Сталина. Они признают лишь победы и мудрость Сталина, не желая видеть ошибки, поражения и преступления Сталина. Те ошибки, которые порождали поражения, а затем эта поражения надо было списать на врагов, для чего Сталин и шел на преступления, дабы сохранить власть.

Я полагаю, что Сталин не мог в принципе сколь -нибудь далеко отойти от концепции социлаизма как господства государственной собственности, так как ее основы заложили МАркс и Ленин, а авторитет свой Сталин строил на почти буквальном следовании Ленину, если у того были соответствующие соображения. Но, надо сказать, он все же увидел необходимость товарно-денежных отношений при социализме и дал соотвествующую трактовку. 

Сталину как вождю в плюс — высокие темпы индустриализации и проведение коллективизации, выигрыш войны. Сталину как вождю в минус — форсирование коллективизации, спонатнность перехода к коллективвизации да и всей политики с 1923 по   1941 год, его лозунг о «социал — фашизме», который позволил Гитлеру прийти к власти, его уничтожене ленинской гвардии, а таке сотен тысяч ни в чем не повинных людей всех слоев, его ошибку с определением срока начала войны, непонимание роли обороны в будущей войне с Германией, уничтожение головки армии.

Если бы в 20-х годах победил не Сталин, а Зиновьев с Каменевым или Бухарин с Рыковым или даже Троцкий, то, полагаю, для страны и ее будущего это было бы значительно лучше. Если бы, конечно, у них хватило решительности жесткости в удержании власти в руках, в подавлении контрреволюционных выстплений.

Насчет фильма о Тухачевском, который написан по сценарию Ю Жукова, надо иметь в виду, что это автор -  жулик. Кто читал его книги- тот это видел. Он обвиняет Тухачевского в том, что тот не мог не иметь критическоо взгляда на деятелдьность Воршилова и Сталина, не мог их не критиковать, следовательно, не мог не готовить заговор. Вот и все доказательство.  А заговором он назыает обсуждения возможности смены  руководства страны, в которых, якобы, Тухачевский со-тварищи признался. О том, что признания доывались под пытками, и люди оговаривали себя, чтоб сохранить жизнь членам семьи (которых все-таки, как правило, расстреливали) и  чтобы потомки позе сразу увидели всю нелепость обвинений в заговорах и шпионаже в пользу 36 разведок…, об этом Жуков-Жуликов умалчивает. Презрения заслуживает он и подобные ему историки.

А современникам надо читать самим протоколы и стенограммы съездов, труды соратников Ленина, а не только Сталина.

Д. Эпштейн

,

Аватар пользователя professor-v

«Если бы, конечно, у них хватило решительности жесткости в удержании власти в руках»,


Иначе говоря, если бы они были как Сталин?

Сталин не  определяется тем, что он жесткий руководитель и вождь. 

Жестких в ту пору было немало, да и перечисленные мной попали в вожди не за мягкость.

ДЭ 

Аватар пользователя В. Першин

«Сталину как вождю в плюс — высокие темпы индустриализации и проведение коллективизации, выигрыш войны. Сталину как вождю в минус — форсирование коллективизации, спонатнность перехода к коллективвизации…».

На мой взгляд, Сталин, пусть с «перегибами», но все-таки осуществил коллективизицию в сельском хозяйстве (и это ему в плюс). Однако он даже не подумал сделать это в промышленности, что ему в минус, и прежде всего как коммунисту и вождю партии.

«Сталин не мог в принципе сколь-нибудь далеко отойти от концепции социлаизма как господства государственной собственности, так как ее основы заложили Маркс и Ленин, а авторитет свой Сталин строил на почти буквальном следовании Ленину…» 

В концепции социализма Маркса, Энгельса и Ленина коренным вопросом является не господство государственной собственности, а политическое господство — вопрос о власти. У кого власть — у того и собственность. Следовательно, государственная собственность является социалистической лишь тогда, когда власть в государстве не на словах, а на деле принадлежит рабочим и крестьянам в форме советов. Однако такая власть продержалась у нас не долго. После смерти Ленина Конституция РСФСР 1918 г. в части вопроса о власти была профанирована. Вместо диктатуры рабоих и крестьян в форме советов, избираемых снизу доверху во всех сферах гражданской жизни общества, Сталин создал в этих сферах номенклатурную вертикаль партийно-государственной власти, то есть систему назначений руководителей всех уровней сверху донизу. Отсюда господство не социалистической, а бюрократической государственной собственности. Вот это Сталину в большущий минус, и прежде всего как коммунисту и вождю партии. Однако Сталин создал жесткую номенклатурную вертикаль власти в всех силовых структурах (в армиии, на флоте, в органах безопасности и т.д. и в непосредственно связанных с ними учреждениях и ведомствах. Это ему в большой плюс как коммунисту, вождю партии, верховному главнокомандующему и руководителю страны.

Уверен, что в первую очередь личности Сталина надо давать принципиальную партийную оценку — и не только как практику, но и как теоретику. Поэтому вряд ли можно согласиться с заявлениями типа: «Если бы в 20-х годах победил не Сталин, а Зиновьев с Каменевым или Бухарин с Рыковым или даже Троцкий, то, полагаю, для страны и ее будущего это было бы значительно лучше». «Если бы, конечно, у них хватило решительности жесткости в удержании власти в руках, в подавлении контрреволюционных выступлений».  Отнюдь не эти качества яляются решающими для того периходного периода к социализму, когда остро стоит задача «научиться Россией управлять» (Ленин), а дествительное владение революционной теорией и обладание соответствующими организаторскими способностями. В этом отношении Сталин был на голову выше указанных четырех и даже пяти товарищей по партии. А по части патриотизма — так на целых две.

Тов. Першин!

По сути, Вы солидаризировались с моей оценкой плюсов и минусов Сталина, но добавили

Сталину существенный минус — извратил демократическую сущность диктатуры пролетариата, создав номенклатуру вместо выборов снизу доверху. Так это или не так, это отдельный сложный вопрос — пределы выборности в условиях диктатуры пролетариата,  в условиях монополии одной партии и капиталистическго окружения, после ожесточеннейшей Гражданской войны. Этот вопрос  можно обсуждать.  Но я не уверен в Вашей 100%-ой правоте, тут явно у Вас есть доля утопизма. И он свойственен огромному числу анархо-синидкалистов, к которым Вы не относитесь.  Но об этом не сейчас.

А вот следующий Ваш тезис, по-моему, ошибочен глубоко!

Я имею в виду то, что Сталин владел революционной теорией и обладал выдающимися организаторскими способностями в разы выше всех иных  вождей ВКПб. Да и смешно утверждать это после провалов первой пятилетки, спонтанной коллективизации после долгой борьбы с «левым уклоном», который как раз и настаивал на ускорении коллективизации и индустриализации, после поражений 1941 года и т.д.

Я полагаю, что  Троцкий один был на голову сильнее  Сталина в этих координатах. Это видно по его трудам! Вы, кстати, по сути, повторяете его (Троцкого)  тезисы 20-х — 30-х годов о демократии и диктатуре партийного чиновничества. Хотя и он допускал, видимо, ошибки, но их надо изучать не по «Краткому курсу» , а самостоятельно читая труды Троцкого, не выдергивая из него цитаты.

Да и остальные стали вождями не за доброе знакомство с Ильичом, а все они были революционерами — продпольщиками, все были организаторами, все были неслабыми теоретиками. Одно руководство Коминтерном и и Ленинградской парторганизацией немалого стоит. Но нас и Вас учили в школе и Вузе, что все они  были ничтожества, и их вообще-то стоило, если не расстрелять, то уж на лесоповал отправить…учиться жизни, как примерно и сейчас  говорят об оппозиции. 

И кстати, личные качества для вождя в те годы были весьма важны, как мы убедились. Теорию вырабатывают коллективно, организаторские качества вожды дополняет организация коммунистов, а вот руководство страной после Гражданской войны очень сильно   зависит от личных качеств вождей (моральность, совестливость, уважение к людям и к истине, независтливость, незлопамятность, но и жесткость, решительность по отношению к действительным, а не мнимым врагам). С этим у «великого кормчего» было очень плохо!

Успехов в овладении революционной теорией!

Давид Эпштейн

 

 

Эпштейну. Сравнивая Троцкого и Сталина Вы как-то однозначно в пользу Троцкого. Но каковы факты. Проанализируйте период гражданской войны. Троцкий фонфарон, утопающий в крови. Уничтожение казачества это на чьей совести. Они все прошли, через гражданскую войну, все прошли через кровь, делить на чистых и нечистых сегодня это по меньшей мере глупо. Недавно по производственной необходимости нужно было установить пожарную сигнализацию в морге, непосредственно в анатомическом зале судебной медэкспертизы, не могли найти исполнителей. Зрелище неприятное для неподготовленного человека. Знаете кто согласился. Два чеченца. Когда они прекрасно выполнили работу, другие рабочие естественно спросили, ну как вы, рядом разделывают трупы, запах стоит, с ног сшибает. Ответ. Мы в Чечне и не такое видели. Вот пример, современного человека, но волей обстоятельств перестроившего свое сознание. в котором уже отражены те картины, которые многих жителей Москвы просто приводят в ужас, а для них это норма . 

Что касаемо моральных качеств тут вообще странно. Один кавказец, другой еврей. Разные культуры, разное воспитание. Вспомните ограбление банка  в 1907 году , проведенного Сталиным. Сумма была кажется около 3 млн. золотых рублей. Все отправил через границу Ленину. !907 ГОД РЕВОЛЮЦИЯ потерпела поражение, когда следующая неизвестно, Ленин еще в 1913 году сомневался, что они доживут до следующей революионной ситуации, а тут 1907 год, какая вера в победу и какое практическое стремление к победе. Ведь если бы поймали, то пожизненная каторга обеспечена, если не хуже. Вот это кавказец, а теперь вспомните где был и с кем общался в это время Троцкий (Бронштейн). Только не привязывайте здесь мне разжигание межнациональной розни. Упоминаю национальности чтобы подчеркнуть разницу в культурах и моральных принципах.  Если для еврея «все и всех продать, это не продать, а предвидеть.» То для кавказа норма «Поклонение личности и личная преданность. » И то и другое имеет свои плюсы и свои минусы. Кавказец не уехал из Москвы в 1941, уже за одно это ему вечная память, а Париж, как известно, объявили открытым городом и сдали в 1940 году.

Аватар пользователя Совок

   Это я о Петре, о его ответе Эпштейну.

Аватар пользователя professor-v

«для еврея «все и всех продать, это не продать, а предвидеть».


Это Вы о ком так оскорбительно? Обо мне? Я тоже еврей, но никого не продавал, не продаю и не собираюсь продавать. А вот предвидеть — стараюсь, это моя научная работа.

Фельдблюму. Ну так и я об этом.

Страницы