Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

Толкование Социализма и Коммунизма Марксом.

 В «Критике Готской программы» Маркс критикует заключение программы, которое имеет следующий вид: «А так как приносящий пользу труд возможен лишь в обществе и при посредстве общества, то доход от труда, целиком и на равных правах, принадлежит всем членам общества».

 Маркс пишет на это утверждение следующее: «Вот так заключение! … и все что выручено трудом, принадлежит обществу; на долю же отдельного рабочего достанется из него лишь то, что не требуется на содержание «условий» труда – общества. И на самом деле, во все времена приверженцы каждого данного общественного строя всегда выдвигали это положение. Прежде всего, выдвигаются притязание правительства и всего того, что к нему липнет, — ведь оно является общественным органом для сохранения общественного порядка…». Прямо антисоветская агитка и насмехательство над Советским строем.

Поэтому важно дать толкование социалистическому обществу по Марксу, чтобы не называть Советский Союз социалистическим государством.  «Следовательно, вместо общих фраз о «труде» и «обществе», нужно …» дать определение этим понятиям и показать существующие отношения между их владельцами и распорядителями. В дополнение к этим определениям Маркс дает определение понятиям, сопутствующим для определения «труда» и «общества» — ««Трудовой доход» — расплывчатое представление, выдвинутое Лассалем вместо определенных экономических понятий. Что такое «справедливое распределение»?» — слова Маркса будут отмечаться кавычками.

Доход общества делится Марксом на сумму затрат хозяйствующего лица, как общественного института и сумму затрат на «часть средств потребления, которая делится между отдельными производителями товарищества», т.е. затраты трудящегося на потребление. Затраты на производство не подразумевают затраты на потребление трудящихся других товариществ, как участников производства конечной продукции. Производственные затраты имеют не потребительский характер, которые Маркс кратко перечисляет в «Критике Готской программы». ««Неурезанный трудовой доход» незаметно превращается в «урезанный», несмотря на то, что все удерживаемое с отдельного производителя, как частного лица, возвращается либо непосредственно, либо косвенно ему же, как члену общества». Только возвращенное имеет вид общественного пользования, которым пользуется частное лицо, даже вне его желания или сознания.

В результате мы получаем два вида затрат и у двух видов граждан – частное лицо и общественный институт, такой как субъект финансово-хозяйственного права. Третьим участником отношений в обществе и его членом является такой общественный институт, как правительство или в более полном содержании понятия такой, как государство. Государство это самостоятельный субъект права, отличающийся по своим правам и обязательствам в гражданском обществе. Под государством « действительно понимают правительственную машину, или государство, поскольку оно в силу разделения труда образует свой собственный, обособленный от общества организм». Общество представляет отношения между этими тремя видами лиц. Отношения частного лица с другим частным лицом, общественным институтом, государством. Отношения общественного института с другим общественным институтом, частным лицом и государством. Толкование правовой природы этих отношений позволяет сделать толкование уклада общества.

Рассмотрим отношения между общественными институтами. В распределение дохода между хозяйствующими лицами, которые связаны производством потребительской продукции, Маркс вводит понятие «равного права». «Право производителей пропорционально доставленному ими труду: равенство состоит в том, что измерение проводится равным мерилом – трудом». «Это равное право есть неравное право для неравного труда». «Поэтому по своему содержанию является правом неравенства, как и вообще всякое право. По своей природе право может состоять лишь в применении равного мерила…». Так какое же право, может измерять доход участника производства при распределении дохода от продажи конечной продукции между участниками производства конечной продукции? Чем измерить, какой трудовой коллектив и сколько потребит из того, что они вместе сделали? В производственных отношениях есть только одно «равное право», которое равноправное для всех участников производства – право требования покупной цены за поставку конечной продукции производственного рынка. Сумма этого права формируется из гражданских отношений между сторонами (общественными институтами), как волеизъявление самих участников производства.

«Право никогда не может быть выше, чем экономический строй и обусловленное им культурное развитие общества». Право является инструментом регулирования гражданских отношений государством. Маркс противопоставляет «вульгарному социализму», который не придает существенного значения отношениям распределения в производстве, «научный социализм», объясняя общественный строй организацией производственных отношений и считая что, отношения между производителями включают в себя определенную систему распределения общественного дохода. «Всякое распределение средств потребления есть всегда лишь следствие распределения самих условий производства».

В период жизнедеятельности Маркса, распределение между отдельными производителями осуществлялось по принципу отношений обмена «товарными эквивалентами», т.е. деньгами, которые имели вид покрытого ценностью денежного обязательства государства (казначейские билеты России) и эмиссионных банков (банкнота центрального банка Англии), помимо использования товарных денег, когда вес (количество) товара отображается суммой с измерением в валюте. В настоящее время отношения между производителями существенно изменились в худшую, для равноправных отношений, сторону. Расчеты, между участниками производства конечной продукции, проводятся путем изменения суммы денежного долга должника хозяйствующего лица, т.е. зачислением на банковский счет продавца с банковского счета покупателя. Банковская операция отображает собой кредитные отношения между сторонами, а не обмен на «товарный эквивалент» (деньги). Дело в том, что в активе покупателя на правах собственности нет денег в банке. Хозяйствующее лицо владеет долговым документом, таким как финансовым обязательством оплатить в определенной форме и в определенные сроки, а не распорядительным документом на деньги у предъявителя документа. Эти разные документы отображают собой совершенно разные отношения между эмитентом документа и его владельцем. Долговые документы отображают исключительно кредитные отношения предоставления займа в любом товарном или денежном виде. Распорядительные документы отображают только  обязательство эмитента документа из договора купли-продажи услуги по хранению, транспортированию, складированию и аналогичные услуги, например ведению учета ценных бумаг по счету-депо их владельцу. Банковский счет отображает сумму долга банка, ведущего счет, по аналогии с простым векселем, только долг сам по себе не передается в отличие от передачи долга эмитента векселя, путем передачи самого векселя. Таким образом, в активе у покупателя есть только долг, который передать никому нельзя. Так как можно оплатить тем, что не имеет обращения, т.е. когда отсутствует основное свойство денег — обращение? Выстраиваются кредитные отношения между должниками сторон производственных отношений, поскольку реального покрытия своим долгам эмитенты финансового обязательства не имеют.

Так производители стали зависеть от отношений между их денежными должниками. Но поскольку сумма эмиссии безоборотных банковских долгов, которые обслуживают товарно-денежные отношения (оборот в производстве) превышает сумму стоимости конечной продукции, то кредитные отношения приводят к кризису в расчетах между сторонами основного производственного договора. Измерение в виде безоборотного долга, не участника производственных отношений, приводит к дисбалансу между товарной и денежной суммами. Должник заранее обречен на не возврат долга, т.к. ничего не производит того, что приносит ему доход. Кредитные отношения должника приводят к потере стоимости денежных долгов (девальвации). Следует отметить, что распорядительный документ это отображение продажи услуги, которая приносит доход его эмитенту. Кредитные отношения отсутствуют между сторонами отношений.

Эмитентом денежных долгов потребляется львиная доля от стоимости конечной продукции.  Поскольку расчеты в производстве проводятся долгами коммерческого банка, то коммерческие банки смело эмитируют свои долги в оплату конечной продукции и даже кредитуют собственными долгами потребителей. При этом покрытие долгов (пассив), выданных в кредит, должно осуществляться деньгами (банковским резервом – актив), суммы которых нет в природе финансовых отношений. Кредитуемые долгами потребители обречены на не возврат долга без обесценения суммы долга (девальвации). Самим участникам производственных отношений остается незначительная доля конечной продукции, что приводит к несправедливому распределению дохода хозяйствующего лица между трудящимися этого общественного института.

При распределении дохода внутри общественного института (хозяйствующего лица) в силу вступает право голоса на решение (действие) самого общественного института, как гражданина общества.

И так, мы имеем два вида затрат у двух видов граждан. Каждый вид граждан при распределении дохода внутри вида между собой использует определенные права, которые отображают разные отношения. Общественные институты используют право кредитных отношений, а частные лица (люди) используют право голоса для построения отношений найма между частным лицом и общественным институтом. Правом собственности на капитал обладает сам общественный институт, а не частное лицо, как гражданин. Третье лицо в виде государства, когда в отношения вступает чиновник, оставим пока без внимания. Государство также действует через выше отмеченные права, помимо прямого влияния на саму хозяйственную операцию, оказывая влияние на распределение между общественными институтами. Последнее обстоятельство порождает коррупцию в обществе.

Построение отношений между этими тремя видами граждан характеризует собой общественный строй. Передача прав собственности на капитал хозяйствующего лица одному субъекту права в лице государства, уничтожает существование самого хозяйствующего лица, как гражданина. Отношения внутри общественного института имеют административно-командную форму, как следствие отношения между хозяйствующими лицами перестают быть отношениями обмена или кредитными отношениями в пользу установления административно-командных отношений. Таким образом, распределение между трудовыми коллективами уничтожается распределением собственником капитала, т.е. распределением по старшинству ранга чиновника. Назвать такое распределение социалистическим нельзя, т.к. нет никакого равноправия между хозяйствующими гражданами, как и не существует гражданского права у самих общественных институтов. Если нет равноправного распределения между трудовыми «товариществами», значит, нет социалистического общества, по толкованию этого понятия Марксом.

Но не стоит «изображать дело так, будто социализм вращается преимущественно вокруг вопросов распределения». При социализме свободу получают только такие граждане, как общественные институты, путем построения равноправных отношений между собой. Измерение правом денежного требования, как доля дохода от сбыта конечной продукции, обслуживает отношения обмена между общественными институтами. Отношения внутри общественного института остаются административно-командные, что выстраивает рабские наемные отношения между людьми на базе права голоса в общественном институте.

Социалистические отношения между общественными институтами позволяют, на базе развития производительных сил, изменить гражданские отношения общественных институтов с частным лицом. Отношения найма между общественным институтом и рабочим могут быть заменены на коммунистические отношения, когда потребительские затраты рабочего обязуется оплатить общественный институт. Законодательные отношения общественного института с государством могут ограничить использование права голоса частного лица в построении отношений между тружеником и собственником капитала (общественным институтом). Устранение права голоса физического лица из этих отношений, формирует обобществление труда хозяйствующим лицом, а не присвоение его другим частным лицом. Таким образом, социалистические отношения между «трудовыми коммунами» отображают обобществление труда общественным институтом (хозяйствующим лицом), а не государством, которое представляет собой административно-командную систему отношений. Право голоса в общественном институте должно определять только хозяйственную деятельность субъекта права, а не распределение им общественного дохода.

Коммунистические отношения экономически выгодны такому собственнику капитала, как хозяйствующее лицо. Пропадают отношения найма, пропадают затраты по уплате подоходного налога без изменения суммы себестоимости продукции. Правом собственности на потребительскую продукцию и недвижимость рабочего обладает хозяйствующее лицо. Общественные институты создают права ведения, как у чиновников при пользовании государственным имуществом. Данные обстоятельства существенно влияют на поведение и отношение к труду рабочего человека. Для получения свободы от внутренних административно-командных отношений, трудовые коллективы могут приобретать статус хозяйствующего лица по мере реального сплочения людей между собой. Экономическая свобода между трудовыми общественными институтами обеспечивает свободу волеизъявления рабочего человека. Разделение экономической власти должно контролировать государство, как единый орган политической власти.

Конечно, административно-командные отношения, такого субъекта права как государство, не могут устранить отношения найма. Государство, как субъект права, имеет гораздо больше прав и полномочий чем любой общественный институт. Это естественное неравенство между этими участниками отношений показывает совсем другую природу отношений у государства, как субъекта права. Мотивация деятельности государства это рост капитала общественных институтов и уровня жизни частного лица, вплоть до самоликвидации, если существование этого института приносит ущерб для достижения поставленной цели. Но поскольку общественный интерес всегда присутствует в обществе, то потребность в государстве у общества будет всегда. Поэтому частную собственность для личного пользования сменить правом ведения, передав право собственности государству, неравноправно по отношению к другим частным лицам. Что и показало несправедливое распределение общественного Советского общества. Отношения найма, таким образом, между частным лицом и государством не пропадают, как в случае с общественным институтом (хозяйствующим лицом). При этом, права собственности на потребительские продукцию и недвижимость государство должно иметь ограничение. Для устранения конфликта государства с общественным институтом в распределении труда, т.е. между чиновниками и трудящимися, можно закрепить государственного чиновника к некоммерческому общественному институту в качестве налогообложения коммерческих институтов. Таким образом, чиновник становится неотъемлемой частью трудового коллектива в потребительском интересе. Решение построения отношений в государстве это важное решение, т.к. «система наемного труда является системой рабства» в административно-командной системе, «и притом рабства тем более сурового, чем больше развиваются общественные производительные силы труда, независимо от того, лучше или хуже оплачивается труд рабочего».

Маркс придавал большое значение понятию «свободное государство». «Свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, всецело этому обществу подчиненный». Другими словами свобода «определяется тем, в какой мере» ограничивается эта «свобода государства». «Между капиталистическим обществом и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе». Речь идет об обществе, а не о государстве, в котором труженик становится чиновником и устанавливает в этом органе свою диктатуру пролетариата. Так в чем же состоит «не государственный характер диктатуры пролетариата», задавался этим вопросом Ульянов Ленин. Ленин понимал, что «бумажные деньги представляют собой наихудшею форму принудительного займа», но решения он не нашел.

Кто является источником права на эмиссию денег, тот управляет общественными отношениями распределения труда. Построение равноправных отношений между хозяйствующими лицами не содержит «старой демократической дребедени: всеобщее избирательное право; прямое законодательство; народное право; народное ополчение и пр.» Трудовой коллектив создает самый важный актив в экономической системе отношений – право требования покупной цены потребительской продукции и ценных бумаг хозяйствующего лица, которые отображают основные средства эмитента ценной бумаги. Это право имеет измерение в валюте и полное покрытие своему существованию (эмиссии). Это право надо сделать деньгами, путем обезличивания эмитента этого распорядительного документа и возможности разделения суммы права на доли по желанию собственника документа. Эти деньги обеспечивают отношения разделения труда, а не потребления труда. Потребление могут обслуживать финансовые обязательства центрального банка или коммерческих банков, как и в настоящее время. Однако, право на эмиссию финансового обязательства надо жестко привязать к операционной системе расчетов на производственном рынке. Это достигается привлечением эмитента финансового обязательства в отношения между хозяйствующими лицами в качестве плательщика в договоре поставке конечной продукции своему клиенту  и собственника денег от продажи продукции потребителям, т.е. зачислением на банковский счет. Функциональная система расчетов деньгами, источником эмиссии которых является трудовой коллектив, устанавливает реальную диктатуру пролетариата, а не чиновников, пусть даже бывших рабочих и крестьян. Нельзя менять интерес и менталитет в управлении доходом общества, переходом рабочего с фабрики в государство. Это не диктатура пролетариата, а смена имен во власти и не всегда в лучшую сторону. Управление, как и другая деятельность человека, требует узкую специализацию для производительного труда. Поэтому руководством должны заниматься подготовленные обществом люди, а не политические деятели. Тем не менее, отношения в распределении должен обеспечивать закон, а не решение госчиновника. Этот товар дорого стоит и незначителен по затратам, что делает его производство доходным, даже если этот товар низкого качества.