Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

Новый удар по бюджетной сфере

Русский
Разделы: 

Сергей Козловский

Закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений» был подписан президентом в канун 9 мая. С телеэкранов стариков поздравляли с великим праздником, обещая внимание и заботу теперь уже навсегда. В актовых залах десятков тысяч школ проходили торжественные мероприятия – так главный государственный праздник затмил собой похороны бюджетной системы образования. Спецоперация по как можно менее заметному принятию и утверждению очередной реформы, начавшаяся 30 декабря, успешно завершилась. А осуществление её будет напоминать блицкриг. 

Расстрельные списки

Всего полтора месяца отпущено составителями закона для утверждения региональными и федеральными министерствами и ведомствами списков бюджетных учреждений, которые перестанут быть таковыми. За этот короткий срок должна решиться судьба миллионов работников школ, детских садов, больниц, поликлиник, домов культуры, библиотек и ещё очень и очень многих социально значимых организаций, оказывающих пока ещё бесплатные (или почти бесплатные) услуги населению.

Точнее, само словосочетание «бюджетные учреждения» останется, более того – оно станет официальными наименованием, только содержание этого понятия претерпит существенное изменение. Главным образом – за счёт изменения структуры бюджетного финансирования. Если до нынешнего времени бюджетные учреждения финансировались по смете, т.е. объёмы отпускаемых им средств зависели от числа работников, территории, занимаемых зданий и производственных нужд, теперь такого не будет.

Так, например, финансирование конкретной школы будет зависеть не от числа работающих в ней сотрудников, а от количества обучаемых детей – т.е. взамен прежней системы повсеместно вводится нормативно-подушевое финансирование. Весьма неоднозначные результаты экспериментов по введению такой системы в ряде российских регионов, результатом которых стало снижение и без того невысоких зарплат педагогов в большом количестве школ, не остановили законотворцев. Напротив, очевидно, с точки зрения властей, это как раз не отрицательный – а самый положительный результат, полностью соответствующий поставленным целям.

Или, например, библиотеки. Несмотря на широкое распространение  интернета и рост образовательных и энциклопедических ресурсов сети, значение библиотек пока ещё довольно велико. Да и доступ ко многим электронным библиотекам, в отличие от обычных, является для населения платным. Наивно надеяться, что интернет в столь сжатые сроки полностью переймёт ту педагогическую роль, которую играют детские и юношеские библиотеки, куда школьники приходят не только за книжками для подготовки к урокам литературы, но и, например, собирать материал для рефератов. Узнав тему, по которой подростку задан реферат, опытный библиотекарь подберёт для ребёнка понятные ему тексты, и уж явно не станет давать такого, который можно просто перекатать и выдать затем за своё «сочинение по теме». А к чему приводят самостоятельные поиски информации в интернете учеников 6-8 классов хорошо известно каждому учителю. Ни к чему хорошему. В то время как сдача материалов в печатном виде давно уже стала необходимым стандартом, педагогам (причём, не только в школах, но и в вузах!) приходится всё чаще требовать сдачи рефератов, написанных только от руки, дабы иметь гарантию, что учащийся хотя бы ознакомился со сдаваемым.

Конечно, в силу безобразного бюджетного финансирования, ситуация с комплектованием подавляющего большинства российских библиотек так же безобразна. Но вместо того, чтобы исправлять сложившееся положение, власти предпочли его только усугубить. Простой и логичный принцип финансирования библиотеки в зависимости от её потребностей по закупке новых книг, ремонту  старых и содержанию штатов работников, чиновники надумали и здесь в качестве основного критерия использовать количество посетителей. А что это будет? Если нынешний школьник и студент  идёт в библиотеку неохотно, значит библиотекам необходимо расширять штаты сотрудников, вводя ставки консультантов и педагогов, которые будут проводить работу по привлечению читателей. Но чиновники считают совсем наоборот – мало читателей – значит пусть будет и меньше работников, меньше новых книг и т.п., т.е. создают условия для окончательного вымирания библиотеки.

Впрочем, эффективный способ по привлечению населения наши библиотекари изобрели уже давно: вместо научной и учебной литературы закупать ту, что пользуется «массовым спросом». И в то время как научные издательства в силу отсутствия библиотечных заказов неуклонно сокращают тиражи книг и журналов, рядовой посетитель провинциальной библиотеки всё чаще вместо актуальной литературы (как правило, в интернете недоступной) видит на полках детективы, любовные романы и прочее развлекательное чтиво.

Если же добавить к этому, что объёмы книжных фондов зачастую жёстко ограничены (в силу нехватки площадей и персонала), мы уже в течение многих лет наблюдаем тенденцию замещения в библиотеках полезной литературы всевозможным книжным хламом. Ведь списывают классику, академические издания, зачастую представляющие даже библиографическую ценность, и списывают только для того, чтоб поставить на их место развлекательные книжонки в мягких обложках.

Библиотекарей понять можно – в условиях, когда речь идёт об элементарном выживании, им уже не до выполнения высокой просветительской миссии. А политика властей сводится к тому, чтоб условия эти изменились лишь в худшую сторону.

А теперь посмотрим на поликлиники. Давнее уже введение «государственного медицинского страхования» вроде бы мало что изменило для простых граждан, обращающихся за медицинской  помощью. Раньше в поликлинику ходили с паспортом, затем потребовалась ещё какая-то зелёная бумажка. Но для врачей это нововведение означало установление прямой зависимости между количеством принятых пациентов и размером зарплаты. Вот тут-то и кроется причина того, отчего так нефункциональна наша бесплатная медицина. Многочасовые очереди к врачу, который первые несколько минут, пока пациент сидит у него в кабинете, заполняет многочисленные бумаги, а затем, едва взглянув на больного, снова возвращается к бумагам – следствие потогонной системы труда в государственном здравоохранении. Вместо увеличения числа врачей увеличивается нагрузка на каждого врача. И поскольку всему есть предел, в результате получается, что лечить врачам элементарно некогда.

Впрочем, сам по себе принцип финансирования в зависимости  от объёма оказанных населению услуг, как бы ни был плох, не грозил бы катастрофой, если бы его введение сопровождалось серьёзным (в разы!) увеличением бюджетного финансирования вышеперечисленных учреждений. Однако, его не ожидается. И в тех условиях, когда социальная сфера и так дышит на ладан, подобное её реформирование не означает ничего иного, кроме её окончательного уничтожения.

Принудительная  «автономизация»

Терминология нового закона не лишена иронии. Те учреждения, которых реформа не затронет, будут отныне называться «казёнными». Что такое «казённый дом» объяснять не нужно. Судя по намерениям правительства, тюрьмы получат своё прежнее наименование. Плюс в эту спасённую от разорения категорию попадут разнообразные заведения, обслуживающие государственный аппарат: гаражи, санатории, службы охраны и т.п. А вот такие, явно не способные к оказанию коммерческих услуг населению, и при этом весьма дорогостоящие заведения, как коррекционные школы и интернаты для инвалидов в категорию «казённых» не попадут.

Всем остальным придётся выбирать: БУ или АУ, «бюджетные» или «автономные».

Принимая три года назад закон «Об автономных учреждениях», государственные мужи рассчитывали на то, что руководители учреждений, имеющих большие внебюджетные доходы, с охотой перейдут в новый статус – так ведь проще и зарабатывать на платных услугах, ну и расходовать внебюджетные средства по собственному усмотрению. Сначала так и вышло – ректоры самых престижных вузов выстроились в очередь, но тут начался экономический кризис, и они стали отзывать свои заявки. Ведь статус АУ означает, что государство, позволяя руководителю тратить деньги как заблагорассудится, отказывается от всяких гарантий по долговым обязательствам учреждения. А поскольку кризис поставил сохранение прежних объёмов внебюджетных поступлений под вопрос, вся затея с быстрой автономизацией образования с треском провалилась.

Ректорский корпус проявил редкое умение быстро ориентироваться  в меняющихся условиях. Не помогли ни уговоры, ни даже прямой подкуп в виде новой системы оплаты труда, позволившей ректорам на вполне легальных основаниях увеличить свои зарплаты в десятки раз.

Не уговорами – так принуждением. Сравнение двух статусов – автономного и бюджетного учреждения, показывает, что для  администраций учебных заведений теперь уж нет иных путей.

С принятием нового закона государство сняло с себя обязательство полного или хотя бы частичного финансирования бюджетных  учреждений. Т.е. вместо прежнего сметного финансирования – субсидии на выполнение государственного или муниципального задания, предоставлять которое, между прочим, ни федеральные, ни местные власти теперь и не обязаны.

Кроме того, государство отказывается от защиты учреждения от его кредиторов, т.е. в случае если школа, вуз, детсад или больница оказываются в долгах, они обязаны погашать их за счёт собственного имущества, за исключением недвижимости, принадлежащей государству.

При этом, если даже государственное или муниципальное задание бюджетному учреждению всё же спущено, государственные и местные власти получают право финансировать выполнение этого задания… не в полном объёме. Короче говоря: велено – выполняй, а не можешь – не наша проблема. Установление такой весьма экстравагантной нормы не случайно – фактические расходы на оказание одной и той же услуги в разных учреждениях разные. Один академический час доктора наук, профессора, например, стоит дороже, чем академический час ассистента без учёной степени, а соотношение количества первых и вторых в разных вузах различно. Сильно различаются и хозяйственные расходы различных учреждений, и это зависит далеко не только от эффективности работы завхоза – здания разные, условия разные и т.п.

Т.е. бюджетное учреждение должно, чтоб выполнить возложенное на него задание, либо компенсировать свои расходы за счёт внебюджетных поступлений, либо на чём-то сэкономить. Очевидно, что экономить придётся на зарплатах и на качестве.

А вот «автономные учреждения» от этого тягла оказываются  освобождены. Т.е. они, если им это невыгодно, вправе отказаться от выполнения госзадания, обслуживая только тех, кто сможет платить больше, чем предлагает государство.

Теперь за всё придётся платить

Прямая зависимость между «престижностью», уровнем  специалистов, материальными условиями работы социальных учреждений и объёмом привлекаемых ими внебюджетных средств известна давно. Есть дешёвые частные вузы, просто торгующие дипломами. Есть государственные вузы, в которых значительную часть студентов составляют внебюджетники, оплачивающие своё обучение по ценам, сопоставимым с уровнем государственного финансирования студентов бюджетников – таких вузов большинство и плачевное положение дел в них также давно всем известно. И есть небольшое количество «дорогих», как государственных, так и частных университетов, в которых концентрируются студенты из как правило весьма состоятельных семей, и где за большие деньги всё-таки обеспечивается приемлемое качество образования. Небольшой процент бюджетных студентов, обучающихся в таких престижных вузах, формируется как правило за счёт очень серьёзного отбора, включающего в себя, помимо ЕГЭ, массу дополнительных испытаний.

В школах и муниципальных детсадах ситуация пока иная. Есть школы и садики побогаче, есть победнее, в зависимости от возможностей родителей. Но всё-таки основную массу почти везде, хотя бы формально, составляют дети из простых семей, которые до сей поры могли в школу вообще ничего не платить, а в садик ограничиваться лишь символической платой. Конечно, на практике поборы были везде, но они лежали, выражаясь языком президента Медведева «вне правового поля». Т.е. управу на слишком жадных директрис найти хоть как-то, но можно было.

Что будет теперь? Во-первых, перешедшие в статус АУ школы и детсады получат право отказывать неплатёжеспособным родителям в приёме их чад на законных основаниях. Т.е. в государственной системе образования появится множество почти стопроцентно платных учебных заведений. Остальные же, чтоб при скудности бюджетного финансирования, иметь возможность всё-таки выполнять необходимый образовательный минимум, будут вынуждены вводить поборы поменьше, но всё равно родителям придётся раскошелиться.

Впрочем, для вовсе неплатёжеспособных предусмотрен и третий вариант. По поручению президента Медведева к 1 сентября текущего года в Государственную Думу будет внесён новый законопроект, даже примерные очертания которого просто шокируют.

Судя по заявлениям официальных лиц, законопроект будет  направлен на снижение санитарного контроля в образовательных учреждениях, а также… отмену обязательности выполнения детскими садами образовательных и воспитательных функций.

Вот дословная цитата из официального сообщения РИА «Новости»:

«Президент также сказал, что есть предложения разделить законодательно полноценные детские сады, в которых есть образовательные и воспитательные функции, и те, где дети просто проводят под присмотром время. В свою очередь, Фурсенко сообщил, что есть еще третий вариант, когда ребенок приходит в сад на короткое время».

Учитывая всё вышесказанное, нетрудно догадаться, в каких детских  садах образовательные и воспитательные функции будут сохранены, а в какие детей будут просто сдавать, как багаж в камеру хранения. Иных объяснений столь странного предложения просто быть не может: детсады для бедных останутся, но гарантировать их полноценное финансирование, означающее наличие в учреждении квалифицированных педагогов и психологов, государство более не станет.

Ну а под видом борьбы против, как выразился министр образования Фурсенко, «чрезмерных требований санитарных служб», скрывается отказ от ещё одной значимой государственной гарантии – гарантии безопасности детей во время нахождения в детском саду. Т.е. директор скорей всего отвечать за безопасность детей будет, но ресурсы для проверки качества продуктов, здоровья персонала, да и санитарного состояния зданий будет изыскивать самостоятельно. Хотите, дорогие родители, чтобы ваше чадо в нашем саду осталось здоровым – платите деньги, не хотите – ваше право.

При этом, государство не отказывается от политики щедрых дотаций «лучшим» образовательным учреждениям и «лучшим» учителям. Уже сейчас в многочисленных конкурсах на государственные гранты побеждают те учреждения, которые имеют самую жирную внебюджетку. Т.е. богатые получают премии, а бедных лишают даже минимального.

Спасение в наших руках

Ярко выраженный классовый характер реформы образования в  частности, и реформы всей бюджетной сферы в целом не вызывает никаких сомнений. Буржуазное государство отказывается от заботы о простых людях, отказывается от гарантий для всех, высвобождая  ресурсы для поддержки «элитных» школ, вузов, детсадов и других подобных учреждений.

Ошеломлённые педагоги с ужасом осмысливают происходящее, пытаясь понять его причины. На кафедрах и в учительских, на кухнях и в дачных электричках звучит один и тот же вопрос: может быть «там» сошли с ума? Снова набирают популярность слухи о том, что Путин и Медведев, якобы «агенты западных спецслужб», которых внедрили для того, чтобы «развалить Россию».

Если бы только педагоги знали, что «на Западе» давно всё точности также. Для любого буржуазного государства характерна именно такая политика. Капиталисты обирают рабочих, присваивая результаты их труда, ограничиваясь жалкими подачками в виде зарплат – лишь бы работник не сдох. Государство облагает эти гроши налогом, якобы для выполнения «социальных задач», но в действительности, поскольку государство это стоит на стороне капиталистов, оно старается потратить собранное так, чтоб к рабочим вернулось как можно меньше, а капиталистам досталось как можно больше. И чем меньше капиталисты и бюрократы боятся массовых протестов населения против такой политики – тем больше они наглеют.

С 1 января 2011 года очередная реформа вступит в силу. Помешать этому могут только массовые коллективные действия педагогов и родителей, всех, кто пострадает от этой реформы. Причём, готовить эти действия надо уже сейчас. Действия, направленные на отмену принятых и готовящихся грабительских законов, на увеличение бюджетного финансирования учреждений социальной сферы, на отставку правительства, такие одиозные законы инициирующего, на создание правительства, которое будет действовать в интересах большинства населения – в интересах наёмных работников.

 

Соцсопр.ру