О количестве и качестве роли государства в трансформационной экономике

К.А. Хубиев, д.э.н., проф. МГУ

1.                   Либеральная направленность экономических реформ в России длительное время опиралась на научное обеспечение зарубежных научно-аналитических центров. На фоне внешнего интеллектуального прикрытия со временем активизировались отечественные экономисты, которые образовали некое околоправительственное сообщество, обильно поддерживаемое всевозможными грантами, фондами и прочими целенаправленными потоками. Представители данного сообщества и поддерживающие их властные структуры уверовали в свою самодостаточность и при обосновании важных государственных решений не считали необходимым и возможным обращаться к другим научным сообществам (академическим и университетским) даже для экспертизы принимаемых решений. Даже очередные громкие провалы экономической политики государства не побуждали властные структуры к рассмотрению круга публичных обсуждений принимаемых решений и их научного обоснования (показательны примеры Земельного Кодекса и монетизации льгот). Более того, в последние годы некоторые представители «властной оболочки экономистов» стали предпринимать активные усилия для приобретения научного лидерства в некоторых областях науки, имеющих нормативную направленность. Например, был опубликован целый ряд работ, посвященных вопросам экономического роста под авторством высоких должностных лиц. С применением очень трудоемких расчетов и обоснований доказывалась главная мысль о том,  что темпы экономического роста находятся в обратной зависимости от степени участия государства в экономике. Научные опыты любой направленности имеют право на существование. Однако, два обстоятельства выделяли исследования указанной направленности. Во-первых: эксклюзивная доступность средств и ресурсов для подобных работ. Во-вторых: исключительный ресурс влияния на властные структуры. И тем не менее, доступными средствами следует реагировать на подобного рода изыскания, учитывая возможные последствия их практической или политической реализации.

2.                   Позиция вытеснения государства не является новой. Она имеет корни в классической экономической теории, из которой отбрасывается главное (например, теория стоимости) т берется производный вывод о государстве как «ночном стороже». Едва ли автор данной фразы придавал ему такое нормативное значение, которое придается ему сегодня. Не только чисто теоретические аргументы, но и опыт экономической истории опровергает мнение о свертывании роли государства в экономическом процессе. Активные сторонники подобной точки зрения плохо знакомы с зарубежной литературой на эту тему. На нее придется ссылаться, поскольку для околоправительственных кругов экономистов нет пророков в своем отечестве. В популярном американском учебнике по макроэкономике, написанным очень популярным в названных кругах автором Джефри Саксом, говорится «С начала XX века общие государственные расходы во всем мире увеличились. Во многих промышленно развитых странах по сравнению с 1938 г. Произошло удвоение доли государственных расходов в ВВП. В Нидерландах, например, доля государственных расходов по отношению к объему ВВП в течение 50 лет почти утроилась. Во Франции она более чем удвоилась, а в Соединенных Штатах - удвоилась» (Джеффри Д.Сакс, Фелиппе Ларрен Б. «Макроэкономика. Глобальный подход». М.: Дело. 1996 г. стр.225). Приведенные выводы сопровождаются соответствующими таблицами, обобщающие статистические данные за довольно длительный период времени. 

Явно выраженная тенденция к увеличению доли государственных расходов в ВВП не является исторической случайностью и неожиданностью для экономической науки. Ее предсказал (не исследовал постфактум, а именно предсказал) немецкий экономист А.Вагнер, и его именем назван закон – тенденция увеличения доли госрасходов в ВВП. О «законе Вагнера» написано в только что цитированной книге. Можно предположить, что на положения, получившие в науке статус закона, пусть даже необщепризнанного, принято реагировать, прежде чем доказывать прямо противоположное. Можно допустить незнакомство с формулировкой экономических законов. Но как можно не заметить статистической закономерности, проводя специальные обширные статистические исследования с целью доказать необходимость свертывания роли государства в экономике? 

Очень важно обратить внимание на обоснование причины названной выше закономерности. «Наиболее общим объяснением данного закона является то, что государственные услуги стали «высококачественным благом», т.е. эластичность спроса на государственные расходы со стороны домашних хозяйств  стала больше единицы. Другими словами, каждый процент увеличения в доходах домашних хозяйств ведет к большему, чем 1 %, увеличению спроса домашних хозяйств на G. Поэтому при увеличении дохода на душу населения доля G в Y также имеет тенденцию к росту» (там же).

Приведенные свидетельства дают основания для вывода о том, что настойчивые попытки подтолкнуть экономическую политику в России против исторически закономерного процесса возрастания роли государства в экономике не имеют достаточных научных оснований. Гораздо важнее поставить вопрос о качестве государственного участия в развитии экономики.

3.        Важнейшими функциями государства являются: обеспечение экономического роста за счет прогрессивных факторов и повышение уровня благосостояния граждан. В наиболее развитых странах государства, оперируя половиной ВВП, заботятся о структурных преобразованиях, поддерживая новые и прогрессивные отрасли с наукоемкой продукцией; проводится активная инвестиционная политика; поддерживаются отечественные производители на мировых рынках. Роль национальных правительств в экономике многообразна. На фоне мирового опыта и мировых тенденций позиция ряда известных отечественных экономистов, направленная на ограничение роли государства в экономике, не находит научного объяснения. Более всего любопытно то, что эта группа образует плотное кольцо вокруг структур власти и, казалось бы, должно занимать несколько иные позиции. Видимо, предметом специального научного исследования может быть вопрос о том, почему государство, участвующее в перераспределении значительной доли общественного богатства ВВП, должно устраняться от решения важнейших задач национального экономического развития. Не для того ли, чтобы меньше было общественного контроля общественности перед обществом в том самом перераспределении? 

4.                   Хотелось бы еще раз уточнить позицию о роли государства. Вопрос о ее усилении органически увязан с качеством выполнения государством своих функций. Как указывалось, услуги государства оцениваются обществом с высокой эластичностью. Т.е. возрастание роли государства опирается на фундамент общественной оценки качества выполнения им своих функций, т.е. количественное увеличение роли государства в экономике вырастает из демократического качества оценок. Поэтому, предпосылкой усиления роли российского государства является глубокое реформирование самого государства.

Усиление роли государства в условиях эшелонированной коррупции, когда чиновники подчиняют свою деятельность не качеству оказываемых услуг, а извлечению статусной ренты, имеет лишь негативные последствия. Роль государства необходимо органически связывать с качеством экономической политики и эффективностью ее проведения. В сложившихся для России условиях государство должно стать главным субъектом интенсификации инновационных процессов и структурной перестройки российской экономики на прогрессивной технологической основе. Попытка создания технопарков в регионах России свидетельствует о действиях правительства в правильном направлении. Но они являются явно запоздалыми, фрагментарными, т.е. не подчинены единой программе инвестиционного и инновационного развития страны. Кроме того, они проводятся на фоне не устраненной коррупции. Ряд точечных шумных процессов в этом направлении столь же быстро заглох, как и неожиданно начался. Заслуживает внимание попытка перестройки системы государственной власти и управления, инициированная Президентом РФ. Но при этом не решены главные вопросы: 1) Какова цена вопроса и где будут взяты необходимые средства. Государственное строительство (или перестройка) требует огромных средств, без которых нельзя достичь серьезных результатов. Для искоренения коррупции легальные доходы государственных чиновников должны составлять серьезную альтернативу незаконных доходов. Доходы в правоохранительных органах должны конкурировать с доходами их оппонентов. Экономический аспект усиления государства состоит в перераспределении потоков доходов. Важно выделить хотя бы два направления.

 Во-первых, в государственное русло следует направить хотя бы часть доходов, извлекаемых в сфере теневой экономики. Это усилит государство и ослабит его экономически негативных оппонентов. Во-вторых, государство должно овладеть потоками доходов, основу которых составит монопольная прибыль и природная рента (табак, алкоголь, сырьевые ресурсы). Приобретение государственной нефтяной компанией Юганск-нефтегаз является шагом в данном направлении. Но это окольный и точечный шаг. Государство имеет конституционное право на собственность на природно-сырьевые ресурсы и присвоение от имени народа (который по Конституции является их собственником) потоков доходов, основанных на их разработке.

 Если серьезно браться за укрепление государственности, то под нее необходимо подводить экономическую основу. А возможные варианты источников ограничены. 1. Можно повысить налоги. Но это будет иметь двоякое негативное следствие. Во-первых, это приведет к подрыву слабых ростков экономического роста, ослаблению конкурентоспособности предприятий. Во-вторых, это отразится на уровне доходов населения, которые и без того являются низкими. 2. Можно перераспределить бюджетные средства, не повышая налоги. Но тогда придется сократить социальные программы, что нанесет удар по самым малообеспеченным слоям населения. Трудности и социальные просчеты, связанные с монетизацией льгот, свидетельствуют об отсутствии запаса социальной устойчивости к сокращению программ социального обеспечения. В попытках создания экономической базы для существенного укрепления государственности остается один источник, который затронет и существенно ущемит интересы олигархических и криминальных групп, но не затронет непосредственные интересы широких слоев населения. Это – перераспределение в пользу государства потоков доходов, имеющих монопольную и рентную основу. Альтернативой является то, что будут продолжаться множиться миллиардные доходы олигархических групп и доходы теневых и криминальных оппонентов государственных структур. 2) Во имя чего проводить реформу государственной власти и управления? Этот важнейший вопрос пока остается открытым. Пока озвучены лишь намерения выстраивать вертикаль власти. Но для чего? Какие качественные изменения в выполнении государством своих функций предполагаются. Без ответа на этот важнейший вопрос назначение губернаторов или изменение формата выборности депутатов не имеет качественного смысла. А усиление государства в его сложившемся виде отнюдь не благо. Спрос на его услуги и общественные оценки пока нельзя считать эластичным. Можно поставить частный вопрос: пойдет ли усиление вертикали власти и назначаемость губернаторов к пользе государства, а также народа, доход от оборота алкоголя и другие доходы рентного и монопольного происхождения, которые на сегодняшний день поделены между разными уровнями федерального и регионального чиновничества. В более общей постановке этот же вопрос может быть поставлен следующим образом: приведет ли реформирование власти к изменению потоков доходов в пользу государства и граждан? Это главная экономическая проблема в вопросе о власти. Без ее решения, изменение вертикали и горизонтали власти означает лишь внутриаппаратные перестановки.

5. Существенно важной для условий переходной экономики России является формирование модели или типа экономики. Роль государства здесь особая и об этом будет сказано ниже.

Исследования в области российской модели рыночной экономики переросли в проблему российской модели смешанной экономики. Это более широкий взгляд на формирование экономической системы пореформенной России. Проблему эту еще предстоит исследовать. Предварительно могут быть обозначены ее некоторые контуры.

 В литературе термином смешанная экономика чаще всего характеризуется современная развитая рыночная экономика. При этом нет деления на модели, которые характерны для рыночной экономики, то есть научно не выделяются виды и типы смешанной экономики. Каков состав и структура смешанной экономики, какова ее система, что является элементами смешанной экономики? На эти вопросы следует вырабатывать ответы. Исследование данной проблемы имеет позитивное и нормативное значение для России.

1. Со стороны производительных сил – это сочетание различных технологических укладов, включая самый современный информационный уклад.

2. Со стороны технико-экономической – это новый уровень обобществления, где высока степень энергетической, информационной и иной жесткой взаимозависимости субъектов экономики. Уровни технико-экономического обобществления требуют соответствующие им уровни субъектов управления и контроля, в особенности, в связи с тем, что рост обобществления сопровождается ростом опасности и масштабов техногенных катастроф.

3. Со стороны собственности – это разнообразие ее форм. В настоящее время доминирует акционерная собственность, которая сама является сложной формой, сочетающей в себе элементы частного и коллективно-общественного присвоения. Кроме того существует индивидуальная, государственная, партнерская, кооперативная и другие формы. Процессы обобществления влияют на содержание и структуру собственности. Например, обеспечение безопасности эксплуатации сложных технических систем, контроль над едиными энергосистемами и другие направления государственного участия в технико-экономическом управлении и контроле расщепляют права собственности, ограничивают абсолютизацию частной формы. Экономическая политика прямо влияет на потоки присваиваемых доходов. Государственная собственность, рассматриваемая не как запасы (имущество), а как потоки, включает в себя бюджет, разрешительные права на недра, воздушное и водное пространство, массивы информации, права на вещательные частоты и т.д. Если рассматривать государственную собственность не только как долю государственного сектора экономики, а в предложенном выше смысле, то она имеют тенденцию к росту во всех развитых странах с рыночной экономикой.

4. Со стороны управления – это сочетание уровней индивидуального, корпоративного и государственного управления. Характер сочетания этих уровней нужно исследовать и установить тенденции их изменений.

5. Процессы глобализации и открытость экономик требуют конкретизации на международном уровне всех перечисленных выше процессов и тенденций: технологический прогресс, обобществление, собственность, управление.

 Без активизации государства, которое само должно быть социально ориентировано и социально ответственно выстроить указанное направление развития экономики невозможно.

6. В последние десятилетия получило распространение понятие «социальная смешанная экономика» или «социальная рыночная экономика». Но нет расшифровки прилагательного «социальная». Преобладает трактовка, связанная с реализацией социальных программ на основе перераспределительных процессов.

 Данный подход выше был дополнен производственной трактовкой социализации. Имеется еще один аспект проблемы, связанный с социальной структурой общества. Он имеет особую актуальность для переходной экономики России. Суть вопроса состоит в следующем: в пользу каких социальных слоев общества перераспределяются ресурсы, потоки доходов и вообще экономическая власть в переходной экономики России. Вариантом наиболее общего ответа является – в пользу зарождающегося социального слоя предпринимателей. Это верно только в самом общем виде. На самом деле сам слой предпринимательства неоднороден. «Первое издание» капитализма в России сопровождалось бурным ростом экономики, техническим развитием, поскольку весь слой предпринимателей был экономически заинтересован в инновациях, техническом прогрессе, росте производства и конкурентоспособности.

 Благополучие любого предпринимателя было результатом его личных усилий в этом направлении. Никакая милость не доставалась со стороны государства в виде имущества и потоков дохода. Производственные ресурсы переходили в руки созидательных социальных слоев общества. Основной социально объяснимый результат реформ состоит в том, что ресурсы, потоки доходов, созданные плановой экономикой и экономическая власть перешли во владение значительной части социально-паразитических и даже криминальных слоев общества. В причинной связи с этим процессом находится структурно эшелонированная коррупция в структурах государственной власти и управления. Это важнейший социальный аспект негативного формирования модели российской экономики. Борьба с коррупцией в виде точечных ударов по «оборотням в погонах» не дает системных результатов. Необходим существенный пересмотр итогов перераспределения собственности и экономической власти, как основы коррупции. Некоторой существенной попыткой в данном направлении является материал, подготовленный Счетной палатой – анализ итогов приватизации и предложение возместить разницу между номинальной и реальной ценой приватизированного имущества. Но даже эта попытка не находит пока поддержки в органах законодательной власти. Эффективная модель рыночной экономики может сложиться только на основе прогрессивной социальной структуры общества, когда ресурсы и экономическая власть будут распределены в пользу созидательных слоев общества с вытеснением социально паразитирующих слоев общества. «Жестким ядром» социальной экономики должны быть созидатели и инноваторы. Предприниматели должны владеть потоками доходов, ими созданными. Профсоюзы и предприниматели должны состязаться в повышении заработной платы. Тогда основу социально-рыночного хозяйства составит средний класс. Государство должно овладеть потоками доходов, формирующихся на монопольной и рентной основе для создания экономической основы укрепления государственности и эффективной реализации социальных программ. Таковы контуры социального аспекта формирования модели социальной экономики.

 7. Социальный характер рыночной экономики в РФ провозглашен и закреплен конституционно. Но до сих пор отсутствует теоретическая основа для исследований в данном направлении. Доминирующая неоклассическая теория не содержит достаточных оснований для теоретических и нормативных исследований. Более того парадигмальные основы неоклассической теории препятствуют научным разработкам в данном направлении. Например, методологический индивидуализм  противоречит сути социальной рыночной экономики. Как уже отмечалось абсолютизация эгоцентрических способов максимизации индивидуальной полезности соответствовала мелкотоварному и раннекапиталистическому производству, когда отдельный индивид производил блага и сам их реализовывал. Обособленный товаропроизводитель действовал индивидуально и автономно. Он не был вовлечен в сообщество крупных производителей, не был опутан сетью инфраструктурных связей и не зависел от политики правительства. Процессы глобализации не оказывали на него никакого влияния. 

 В современных условиях парадигма методологического индивидуализма устарела, хотя необходимость максимизации индивидуальной полезности сохранилась. Но она наполнилась новыми способами реализации.

 Во-первых, отдельные индивиды прямо или опосредованно связаны с глобальными процессами в мировой экономике. Финансовый кризис 1998 года прямо и косвенно отразился на «максимизации индивидуальной полезности» миллионов конкретных индивидов. В Москве, например, в коммерческих банках были сокращены сотрудники, работавшие в отделах по ценным бумагам, многие банки и финансовые учреждения прекратили свое существование, пострадали миллионы вкладчиков, были большие потери в сделках по причине девальвации рубля. Произошла «антимаксимизация» индивидуальной полезности по основаниям отнюдь не индивидуального выбора.

 Во-вторых, прямо или косвенно на максимизацию индивидуальной полезности влияют макроэкономические процессы, не зависящие от индивидуального выбора и индивидуальных решений, и экономическая политика государства. Например, решения о монетизации льгот не явились результатом индивидуального выбора, но прямо повлияли на экономическое положение миллионов граждан, причем, не только пенсионеров. Уровень инфляции, налоговая политика и иные меры государственного регулирования экономики прямо влияют на положение индивидов.

 В-третьих, в развитых странах доминирующее положение в производстве занимают корпорации. Максимизация индивидуальной полезности зависит от степени успешности деятельности корпорации. Никто не заменит индивидуальных усилий, но степень их вознаграждения будет зависеть от успеха всей фирмы, на которую, помимо уровня корпоративного менеджмента влияют названные выше два уровня факторов. Внутри фирмы результаты ее деятельности зависят от взаимодействия по технологическим цепочкам многих индивидов. Разрывы в отдельных звеньях отразятся на результатах усилий многих сотрудников. Возникает проблема взаимной ответственности внутри корпорации. Такая же система ответственности возникает между фирмами.

 В-четвертых, и отдельные индивиды и фирмы в условиях индустриального производства опутаны инфраструктурной сетью: энергетика, транспорт, связь, банковская система и др. А в условиях постиндустриальной экономики усиливается роль инфраструктуры новой экономики: информация, электронная связь, финансовая мобильность.

 К этому следует добавить опасность применяемых в современной экономике технологий. Опасность техногенных катастроф, в том числе и глобальных, повышают социальную ответственность участников экономического процесса.

 Итак, самим уровнем применяемых технологий и характером организационных форм экономики диктуется необходимость выработки новой парадигмы вместо методологического индивидуализма, который устарел вместе с технологиями и организационными формами его породившими.

 В результате многочисленных обсуждений предложено вместо «экономического человека» ввести понятие «социальный человек»[1]. Прилагательное «социальный» не указывает на утрату экономических характеристик. Оно указывает лишь на систему внешних институтов и на систему внешних связей, в рамках которых современный человек максимизирует свою индивидуальную полезность. Этот термин содержит в себе также характеристики отношений социального партнерства и социальной ответственности. Соответственно методологическому индивидуализму противостоит социально ответственный и социально обусловленный индивидуализм. Его можно коротко назвать «социальный индивидуализм». Эта новая парадигма открывает широкие возможности для новых исследований, направленных на положение индивида в экономике как производителя, потребителя и субъекта взаимоотношений. На основе этой парадигмы можно раскрыть отношения социального партнерства и социальной ответственности между государством, индивидом и другими субъектами экономики. На основе данной парадигмы можно выработать систему категорий, теоретически раскрывающей социальную рыночную экономику.

В книге «Благосостояние для всех» Л.Эрхард пишет о том, что в процессе послевоенного устройства экономики Германии профсоюзы и предприниматели состязались друг с другом в повышении заработной платы трудящимся. Нам представляется, что эта состязательность, возможно, явилась главным фактором определения оптимальной доли социальных слоев общества в национальном доходе и построения социальной экономики. В России на предпринимателей такие надежды возлагать не приходится. Профсоюзы абстрактно выступают за повышение заработной платы, но даже не ставят вопроса о доле в национальном доходе. Более того, их представители участвуют в принятии законов, которые не улучшают положение работников. В негосударственном секторе практически отсутствуют профсоюзы. В этих условиях роль государства в формировании социальной экономики оказывается решающей. Тем более, что социальный характер государства отражен в основном законе.

8. Важной проблемой в структуре социальной экономики и роли государства является вопрос о собственности, ее структуре, формах реализации. Особого внимания заслуживает государственная собственность. Если подойти к ее содержанию не очень традиционно, с учетом методологии запасов и потоков, то можно выделить следующие элементы: 

- принадлежащее государству имущество;

- собственность на неимущественные права;

- государственный бюджет;

- элементы экономической политики.

Первый элемент состоит из естественных ресурсов, недвижимого имущества производственного и социального назначения, фондовых активов (акций, облигаций). Естественные ресурсы являются общенародным достоянием и должны служить государственным интересам. В конкретном экономическом смысле доходы от разработки и реализации естественных ресурсов, имеющие рентное происхождение, как уже отмечалось, должны присваиваться государством и использоваться на общенародные цели.

Государственное имущество социального назначения по определению предназначены для реализации интересов населения. Однако при многих государственных учреждениях социального назначения создаются коммерческие структуры, платные услуги, что служит реализации индивидуальных или групповых экономических интересов с использованием государственного имущества. В данном случае на практике реализуется разрыв между запасами (госимущество) и потоками доходов.

Что касается государственного имущества производственного назначения, то проблема реализации интересов здесь представляется более сложной. Организационно оно представлено в виде унитарных и казенных предприятий. Если их функционирование направлено на реализацию исключительно государственных нужд, то цикл реализации интересов замкнут на государственном секторе, хотя и происходит дифференциация коллективных и государственных интересов. Работники таких предприятий должны иметь гарантированную оплату труда с элементами внутрихозяйственного экономического стимулирования. Положение других государственных предприятий, не полностью работающих на государственный заказ, двойственно. С одной стороны, они в приоритетном порядке должны удовлетворять государственные нужды, а с другой – функционировать на коммерческих условиях, реализуя групповой экономический интерес.

По государственному имуществу, для которого существует альтернатива приватизации или аренды, решение должно приниматься на основе расчетов с использованием экономических, социальных, экологических факторов. Опыт приватизации в России вообще и в отдельных регионах, в частности, показал, что форма аренды позволяет государству не только иметь доход от имущества, но и контролировать экологическое состояние, социальные факторы.

Особого внимания заслуживает производство и реализация продукции, связанной с монопольным положением. Если монопольное положение получено за счет создания новых технологий и продукции, то результаты монопольного положения должны приоритетно удовлетворять интересы тех субъектов, которые его создали. Сверхдоходы, полученные в сфере функционирования естественных монополий и приравненной к ней (алкоголь, табак и др.) должны служить реализации общественного интереса. Едва ли может быть оправдано экономически положение, когда государство отторгает от себя потоки доходов, приватизируя отрасли, приносящие рентный и монопольный доход и монопольную ренту, а затем прилагает огромные, зачастую малоэффективные усилия по получению в бюджет части этих доходов, которые целиком ей принадлежали изначально (пример ЮКОСА).

Доходы - важнейший элемент экономической реализации собственности и интересов. Каждый участник экономических процессов может претендовать на долю доходов, в формировании которых принял участие. Доходы от естественных ресурсов и монопольных товаров, не будучи результатом экономической деятельности отдельных физических и юридических лиц, должны присваиваться государством и служить реализации общегосударственных или общенациональных интересов. Не может быть экономически обоснована передача природной и монопольной ренты частным лицам.

К государственному имуществу относятся приносящие доход активы. Это особая сфера функционирования государственной собственности, где отчетливо проявляется отсутствием контроля со стороны социального субъекта общенародного уровня. Это проявляется в низкой доходности корпоративных акций, принадлежащих государству. А через высокодоходные инструменты государственного заимствования потоки доходов направлялись в спекулятивный сектор, разоряя бюджет государства. Отсутствие контроля со стороны социального субъекта, представляющего все общество, привело к тому, что именно оно (общество), а не доходополучатели приняло на себя основную тяжесть финансового кризиса 1998 года.

Следующим элементом государственной собственности является бюджет, который в исследованиях по собственности оставался в тени и не включался в содержание государственной собственности. Объясняется это тем, что в трактовке содержания государственной собственности преобладал ресурсно-факторный подход или «вещный» подход. Между тем, бюджет представляет собой важный поток доходов (и расходов), который реализует социально определенные интересы.

В условиях рыночной экономики бюджет служит главным фактором реализации общегосударственных и общенациональных интересов. Правда, речь в данном случае идет об экономической возможности, которая осуществляется не автоматически, а под взаимодействием социально-политических сил в бюджетном процессе.

Собственность на неимущественные права государства – особый элемент содержания государственной собственности. Совместно с экономической политикой она может оказаться главным элементом ее содержания в условиях индустриального и постиндустриального общества. Государственной собственностью, приносящей доход для реализации общесоциальных интересов, могут служить транспортные коридоры (наземные, водные, воздушные); контролируемое космическое пространство; эфирные частоты; основные коммуникации и объекты транспортной инфраструктуры; службы связанные с обеспечением безопасности движения всех видов транспорта. Перечень этот можно продолжить.

Важно отметить, что государство при соответствующей направленности ее экономической политики может быть активным, эффективным и состоятельным участником и субъектом новой экономики.

В качестве особого элемента государственности мы включили экономическую политику. Такой подход нельзя считать традиционным для основных направлений экономической теории, специально занимающихся вопросами теории собственности. Он может быть обоснован воспроизводственным подходом к собственности и трактовкой ее содержания как процесса реализации определенных интересов. Экономическая политика существенным образом влияет на направления, структуру и интенсивность потоков доходов, а доходы, в свою очередь, служат одной из важнейших форм реализации собственности. Налоговая, таможенная политика, политика доходов, динамики ВНП и занятости – эти и иные направления экономической политики служат реализации социально определенных интересов. Новейшая история России содержит достаточное количество свидетельств на сей счет. Явление «олигархов» в России объясняется тем, что экономическая политика была выстроена таким образом, что стала возможной концентрация значительной части прав собственности и экономической власти в руках узкой группы людей.  Конкретизация экономической политики, приводящей к олигархизации экономики; последовательность и направленность реализации такой политики требует особого исследования и описания. Основная суть, заключается в том, что экономическая политика, влияя на потоки доходов и реализацию интересов, выступает важным фактором государственной собственности.

Как воспроизводственный процесс все указанные моменты государственной собственности выступают в единстве.

Для формирования эффективной системы государственной собственности необходимо создать специальное ведомство по государственным доходам, не фискального происхождения. Её основными функциями должны быть анализ потенциальной и реальной доходности государственного имущества и неимущественных прав; контроль за потоками этих доходов и обеспечение перспективной эффективности государственных доходов и их источников. В ведомство подобного рода может быть преобразовано министерство по управлению государственным имуществом. Основной функцией данного ведомства была приватизация государственного имущества. Менее всего оно занималось доходами от госимущества и совсем не занималось проблемой доходов от неимущественных прав.

Но самый главный недостаток данного ведомства состоит в том, что его деятельность направлена на сужение базы доходности государственного имущества. Приватизация государственного имущества приносит разовое поступление в государственный бюджет вместо того, чтобы быть постоянным и эффективным источником доходов. Главной функцией ведомства по доходам от государственной собственности должна быть не приватизация, а инвентаризация всех источников государственных (внебюджетных) доходов, расширение доходной базы и контроль над единством запасов и потоков. Задачей данного ведомства должно быть обоснование необходимости изменения форм собственности (как приватизации, так и национализации) на основе учета критериев эффективности.

 Подавляющую долю ВВП в индустриально развитых странах производят предприятия с корпоративной формой организации. Для переходной экономики России эффективное функционирование данной формы имеет решающее значение. Практика становления корпораций (акционерных обществ) в России существенно отличается от мировой. Поэтому анализ недостатков в их работе и выработка рекомендаций требует особого подхода. В соответствии с выработанной выше методологией проблему формирования эффективной системы распределения прав собственности в корпоративной форме следует рассматривать на разных уровнях: собственность на ресурсы (средства производства); внутренняя организация эффективного использования ресурсов; контроль за менеджментом; распоряжение потоками доходов.

Логика образования абсолютного большинства эффективных корпораций состоит в том, что в исходном пункте их образования находится инвестиционный проект. Под этот инвестиционным проект, если он перспективен, мобилизуются средства акционеров, с помощью которых этот проект реализуется. Стержнем жизненного цикла акционерной фирмы является разработка и реализация инвестиционного проекта. Активы фирмы складываются из средств заинтересованных этим проектом лиц. Мотивы контроля базируются на интересе акционеров. Получение и распределение доходов венчают этот жизненный цикл, который повторяется заново. Главная причина неэффективности корпоративной формы в переходной экономике России кроется в нарушении эффективной логики её образования. Вместо концентрации активов под перспективный инвестиционный проект здесь происходило рассредоточение активов без всякой связи с инвестиционным процессом. Если путем акционирования приобретались прибыльные фирмы, то «улавливание» доходов было главной целью приватизаторов. То, что в эффективно формируемой корпорации является завершающим этапом, в переходной экономике России было исходным пунктом. По сути эта была рентноориентированная приватизация. Разрушение логики эффективности имело определенные последствия. Доходы и даже оборотные средства приватизированных предприятий отвлекались в спекулятивный сектор, который был более доходным по сравнению с реальным сектором. Инерционно приносящие доход средства производства не возобновляемо изнашивались. К такому же результату приводило инвестирование полученных доходов за рубежом. Разрыв прямой связи между доходами и их источниками разрушал логику эффективного функционирования акционерных обществ. В основе противоречия между собственностью акционеров и управлением лежало противоречие между реальным и спекулятивным секторами экономики. Прежние руководство предприятий ориентировалось на реальный сектор, т.е. на производство, а «новые» собственники, представлявшие финансовые структуры, ориентировались на спекулятивный капитал.

В литературе уже обсуждались проблемы становления корпоративной собственности в России. Рассмотрим кратко эти проблемы. Во-первых, имеются многочисленные материалы, посвященные законности и справедливости приватизации, в том числе и путем акционирования государственных предприятий. Эти материалы многократно обсуждались но редко связывалась напрямую с эффективностью. Во-вторых: много внимания уделялось нарушению прав акционеров. Этот пункт заслуживает более подробного рассмотрения, поскольку он напрямую связывался с эффективностью деятельности корпорации. В систематизированном виде нарушение прав акционеров выглядит следующим образом:

- манипулирование с реестором акционеров;

- нарушение прав акционеров на участие в работе общего собрания: несвоевременная и умышленно запутанная информация; отказ в регистрации по формальным признакам, особенно по доверенности: проведение параллельных собраний;

- отъем имущества с применением силы;

- нарушение прав голоса: конвертация старых акций в новые с изменением номинальной стоимости и консолидацией дробных акций; дополнительная эмиссия и «размывание» голосов;

- нарушение прав акционеров при распределении прибыли и получение дивидендов: намеренное уменьшение чистой прибыли; отсрочка выплаты дивидендов; без компенсации инфляционного обесценения дивидендов;

- нарушение прав акционеров путем умышленного банкротства.

Эти и многие другие виды нарушения прав акционеров концентрируются вокруг прав на ресурсы, контроля за их использованием и распоряжением доходами.

Вырабатывая меры по преодолению названных и других нарушений прав акционеров следует учитывать, что одни из них специфичен для переходной экономики, а другие присущие корпоративной форме как таковой и не преодолены даже в самых развитых странах с наибольшим историческим опытом в данном направлении. Первая группа проблем преодолевается по мере накопления собственного опыта. Например, нарушения прав при регистрации, конвертация ценных бумаг и др. преодолеваются путем актуального нормотворчества на основе накопленного собственного опыта. Но есть проблемы для решения которых и мирового опыта оказывается недостаточно. Прежде всего это касается взаимоотношения собственности и менеджмента. Основной многочисленных конфликтов между собственниками и менеджерами является противоречие между формальным и реальным распределением прав. Формально все права по контролю над производственным и коммерческим процессом находятся у собственников. Но реальное движение активов происходит под непосредственным контролем менеджеров и экономическая власть оказывается разделенной между собственниками и управленцами. Причем, при меньшем объеме прав у управленцев, последние пользуются этими правами концентрированно и эффективно, в том числе и при оппортунистическом поведении. Решение данной проблемы видится обычно в том, чтобы фактически пользоваться правами собственников (акционеров). Идеальным решением считается соединение собственности и управления. Но и тогда за пределами эффективной организации фирмы окажутся работники и мелкие акционеры. Поэтому эффективным представляется такое распределение и спецификация прав, которое объединяет труд, собственность и управление. Это одно из направлений социализации собственности.

Примеры практического решения проблемы соединения собственности, производства и управления имеются во многих странах с рыночной экономикой, в т.ч. и в России. На национально государственном уровне к решению данной проблемы в наибольшей степени приближен опыт внутрикорпоративных отношений в Японии.

Формирование эффективной системы прав собственности требует единства формальных и неформальных институтов. Нормативная спецификация прав собственников, управляющих и работников должна быть дополнена неформальными институтами типа кодексов и рейтингов корпоративного управления, традициями стран и народов. У основания сложной системы эффективного функционирования корпоративной собственности должны находится перспективные инвестиционные проекты. На их успешной реализации, должна быть сфокусирована вся система формальных и неформальных институтов.

 Следующей ступенью анализа структуры собственности социальной рыночной экономики является индивидуальная и партнерская собственность. Им соответствуют уровни хозяйственной организации, получившие название среднего и малого бизнеса. Безуспешность многолетних попыток развить данный спектр экономики как основу формирования массового среднего класса (жесткого ядра социальной рыночной экономики) объясняется бессистемностью усилий, направленных в заданном русле. Малый и средний бизнес направлен на обслуживание большинства населения, охватывая, в основном, сферу услуг. Для того, чтобы он был развит, требуется определенный уровень доходов абсолютного большинства населения, включая пенсионеров. Уровень их доходов должен позволить прибегать к услугам малых фирм в сфере обслуживания, питания, торговли и т.д. Кроме того, представители малого и среднего бизнеса взаимно пользуются услугами. Если уровень доходов большинства населения не позволяет прибегать к специализированным услугам, то большинству приходится ограничиваться собственным самообслуживанием на примитивном уровне. Ошибочность и безуспешность многократных попыток «создать средний класс» состоит в том, что проблема решалась не с того конца. Можно ввести какие угодно льготы по созданию, регистрации и налоговым льготам для малых и средних фирм. Но если узок круг потребителей их продукции, то вырасти искусственно они не смогут. Если же вырастут доходы большинства населения и существенно расширится его платежеспособная база, то естественно-экономическим путем вырастет количество малых и средних фирм как организационная форма индивидуальной и партнерской форм собственности.

 В этой связи стоит обратиться к проблеме льгот для населения. Они приобрели актуальность в связи с их монетизацией. Но, как нам представляется, проблема значительно упрощена как на уровне практики, так и на уровне теории. Система льгот в плановой экономики складывалась на основе относительно низкой заработной платы. А льготы формировались не только на уровне государства, но и на уровне предприятий. Но и у заработной платы, и у льгот была единая основа – национальный доход. Он распространялся по разным каналам – заработная плата и льготы, точнее, общественные фонды потребления.

 Отмена льгот фактически началась с уровня приватизированных предприятий, которые отменяли или коммерциализировали учреждения социально-бытового, культурного и иного бесплатного обслуживания своих работников (медицинское, санитарно-оздоровительное). Следует отметить, что многие приватизированные предприятия прежде всего закрыли детские сады, переформировали их под разные офисы или продали. На микро- и макроэкономическом уровне высвободилась часть национального дохода, которая должна была увеличить другую часть дохода – заработную плату. Но сколько-нибудь существенного перераспределения дохода не произошло. Обделенными оказались те слои населения, которые должны были составить средний класс. Еще до монетизации льгот были ликвидированы  или резко сокращены блага и общественные фонды потребления на федеральном и региональном уровнях. Последним шагом оказалась монетизация льгот для отдельных категорий граждан (пенсионеров, инвалидов и т.д.).

 То, что в обществе бурно обсуждается как монетизация льгот, на самом деле, представляет собой перераспределение национального дохода. Этот уровень не осознан ни идейно-теоретическими вдохновителями, ни практическими исполнителями. Браться за проблему льгот следовало на основе изучения образования системы общественных фондов потребления их доли в национальном доходе. Их ликвидация или замена должна проводиться при симметричном росте доходов населения (заработной платы, пенсий и т.д.). при растущих доходах населения расширяется материальная база платных услуг, что, в свою очередь, служит материальной основой для развития малого и среднего предпринимательства. В основе обсуждаемой проблемы лежат потоки доходов как форма присвоения, с одной стороны, и как экономическая опора для организационных форм для индивидуальной и партнерской собственности как объединения индивидуальных собственников. Осознанно или нет, но события, связанные с льготами, на самом деле сужают базу для развития среднего класса, поскольку проблема льгот (ОФП) решается бессистемно вне прямой связи со структурой распределения национального дохода.

 Свою нишу в социальной рыночной экономике должны занять кооперативная собственность, показавшая высокую эффективность в разных странах (Испания, Израиль). В России для существования и развития этой формы имеются глубокие исторические корни. 

 Социализация отношений собственности с учетом системы критериев эффективности ее функционирования лежит в основе формирования социальной модели рыночной экономики.

 Наша позиция о роли государственной собственности в структуре отношений собственности нуждается в некотором уточнении. Когда она измеряется исключительно принадлежащим государству имуществом, то искажается ее действительная величина. Приватизаторы в России ссылаются на то, что в развитых странах (например, в США) невелика доля государственной собственности. Отсюда делается вывод: чтобы стать развитой страной надо доприватизировать все, что еще осталось неприватизированным. Предлагается даже приватизировать учебные заведения, учреждения культуры и т.д.

 Собственность в данном случае рассматривается как запас, как принадлежащее государству имущество. Но если рассмотреть собственность как поток, которым распоряжается государство, то окажется, что государственная собственность в США составит около половины ВВП. Имея в распоряжении ресурсы такого масштаба государство может проводить эффективную внешнюю и внутреннюю политики, в том числе, и экономическую. Опыт именно развитых стран дает ориентиры на усиление роли государственной собственности. Ее структура в разных странах формировалась под влиянием конкретно-исторических причин. В одних странах государственное предпринимательство играет существенную роль , в других основной центр тяжести государственной собственности ложится на бюджет. Ставку на бюджет в структуре госсобственности могут делать те страны, где установился баланс межсоциального распределения национального дохода, отлажен национальный механизм эффективного сбора налогов, высока налоговая дисциплина, гражданская и предпринимательская этика.

 Россия пока еще очень далека от формирования подобного рода традиций. В условиях коррупции, высокой доли теневой экономики, олигархизации общества приватизация является неэффективной, поскольку ее результаты направлены на усиление указанных негативных тенденций. В этих условиях в России следует укрепить государственную собственность и прежде всего в отраслях, где доходы не имеют предпринимательской основы.

 Нефтедолларовые дожди играют в России противоречивую роль. С одной стороны, обеспечивают бюджетное благополучие государства, экономический рост. Но, с другой стороны, они держат правительство в инерционном состоянии. Экономика движется на основе конъюнктурных недолгосрочных факторах. Экономически прогрессивные факторы не задействуются. Научная проработка принимаемых решений монополизирована узким кругом околоправительственных экономистов. Их очевидные провалы свидетельствуют о том, что правительству (в особенности, его экономическому блоку) следует сменить горделивую позу научной самодостаточности на позицию заинтересованного диалога с академической и университетской наукой, как это принято, кстати, в наиболее развитых странах. 



[1] Теория капитала и экономического роста: Учеб. пособие / Под ред. С. С. Дзарасова  - М.: Изд-во МГУ, 2004. – 400 с.